- Дорогой мой Сардаха, - улыбнулся главный казначей, выскочил из-за стола и по южной традиции чмокнул вошедшего три раза в щеки. - Слухи о том что ты, наконец, приобрел себе рабов, облетели Атебьер со скоростью света.

- Да, Ашиль, - Сардаха присел на краешек стола и кивнул на покорно застывших у дверей невольников. - Кажется нашел таких, о каких мы мечтали.

- Только я забросил затею искать истинных невольников, и кажется зря! – казначей подскочил к рабам внимательно их разглядывая.

Ашиль задержался взором на грудях Эфры, положил ладони и смял, с возбужденным вздохом. Невольница быстро бросила взгляд на господина, тот наблюдал чуть насмешливым взглядом. Решила, что нужно полностью подчиняться другу хозяина, хоть тот и не распорядился, но видимо это подразумевается. Казначей тем временем продолжил осмотр, развернул девушку задом, огладил упругие ягодицы, потолкался, изображая фрикции.

- Ну, хороша же? - Ашиль обнял ведьму сзади прижавшись напряженным пахом.

- Я бы хотел, чтобы ты оценил их качества как невольников, а не только сиськи, - усмехнулся Сардаха.

- Не могу, - простонал казначей, пошло толкнувшись в упругий зад. - Пока не трахну ее не могу мыслить здраво, вот солью и тогда оценю их.

- Ну, давай, - фыркнул Сардаха.

Казначей дернув пояс халата вмиг оказался обнаженным, платье девушки было на запахе тоже легко снималось. Эфра посмотрела на влажный крепкий ствол блондина. Как хотелось его облизать! Но Ашиль предпочел более решительные действия. Подхватил ведьму на руки и ворвался своим орудием в такие влажные, горячие ножны. Сильный маг легко сношал девушку на руках, издавая вожделенные стоны на все казначейство. Эфра позволила себе стонать ему в унисон. Не запрещали же.

- Какая ты горячая шлюшечка, - расплылся в похотливой улыбке Ашиль. - Как нравится мне чувствовать твою течку, твое желание.

Сардаха перевел взгляд с совокупляющихся на Ланса. Невольник был облачен в серый льняной халатик, который никак не мог скрыть его возбуждения. Ланс стоял, опустив взгляд в пол, и кроме высунувшегося из едва сходящегося запаха халата колом стоящего жезла, ничто не выдавало его возбуждения.

- Ланс, возьми сейчас Эфру в зад, - ухмыльнулся Сардаха.

Только по ауре можно было считать радость невольника. Внешне он себя ничем не выдал. Скинул халатик, подошел к совокупляющейся парочке. Ашиль по-прежнему сношал Эфру, удерживая на руках, девушка жадно обвила его тонкий стан руками и ногами. Ланс мягко проскользнул в предложенный ему вход, присоединяясь к сходящим с ума от сладострастия магам.

Кабинет главного казначея, наполнился пошлыми стонами, вскриками и влажными шлепками. Эфру крыли оргазмы, и отверстия ведьмы жадно засасывали таранящие их стволы магов. Казначей излился первый, не вытащил жезл, дождался быстро догнавшего его Ланса. По окончании соития рабы сразу опустились на колени, и Ашиль бросил им на пол одно из полотенец, что взял со стула. Судя по тому что оно уже было перемазано засохшей спермой, в кабинете казначей развлекался часто.

Все уставились на единственного одетого среди них мага.

- Ашиль, если теперь ты все же в состоянии мыслить головой, давай обсудим пару безотлагательных вопросов касательно податей, - Сардаха переместился со стола на стул.

- А ты разве не хочешь спустить сначала пар? - изумленно спросил казначей, занимая место в кресле.

- Потом, - отмахнулся Сардаха.

Из здания казначейства переместились в главный магистрат. Это двухэтажное сооружение было больше, стояло в центре, не имело двора, и внутри было не таким уютным как небольшое здание казначейства. Всюду сновали маги, почтительно здоровались с Сардахой, чуть ли не в стену вжимались, чтобы дать ему дорогу. Рабов разглядывали украдкой и с интересом. В кабинете наместник велел рабам раздеться, дабы не портили они по том новенькую одежду, и расположиться на небольшом ковре в углу. Ланс, обладая магией целительства, вполне мог контролировать потоотделение, но безропотно подчинился, аккуратно сложив халат у стены. Через час, во время которого наместник читал и писал что-то в приготовленных заранее свитках, Сардаха отложил перо и продолжил удивлять своих невольников.

- Как вам Ашиль? - Сардаха усмехнулся, увидев искреннее удивление невольников.

Мнения Ланса никто ни разу за две с лишним тысячи лет его жизни не спрашивал даже о погоде, а тут он должен высказать его о главном казначее города-государства. Парень открыл было рот, ибо обязан был ответить хозяину, но так и не смог найтись с ответом.

Мнение Эфры спрашивала юная госпожа, к которой ее взяли в компаньонки, но когда они были совсем детьми. Может поэтому она все же смогла выдавить из себя ответ.

- Он очень страстный, красивый, он интересный, - несмело выдала девушка, ей так неловко было, что она не в силах была поднять взора от ковра.

- И чем он показался тебе интересным? - напряженно спросил Сардаха.

- Он показался мне легким на подъем, веселым, несмотря на серьезность своей профессии и магии, он ведь чернокнижник. А еще он очень жесток, но какой-то извращенной жесткостью, это мне было тяжело считать по ауре, - осмелела Эфра.

- Когда говорите со мной смотрите в глаза, не хочу напрягаться, считывая вашу откровенность, - Сардаха вышел из-за стола и присел на его угол. - А ты что скажешь, Ланс? Видел раньше магов из краев Ашиля? - намеренно не упомянул откуда казначей родом, проверял.

- Да, - Ланс глубоко вдохнул, чтобы решиться посмотреть в глаза господину, как тот велел. - Он ведь с северо-востока, если судить по внешности и по акценту. Я жил на самом севере в государстве Косые Горы, но к моему прежнему господину частенько приезжали друзья из Изумрудной Долины и Темноводья. Манера речи, внешность, специфическая артикуляция – все выдает в нем уроженца тех мест.

Сардаха кивнул и выдохнул про себя. Он так надеялся, что все что он читает по ауре Ашиля правда: и дружба, и преданность, и что в целом он такой каким себя показывает.

Тысячу раз мечтал Сардаха довериться Ашилю. Рассказать о беспокойстве терзающем его, вместе начать разгадывать тайну города. Но никак не решался. Никому нельзя доверять.

Они с Ашилем были назначены на должности в Атебьер почти одновременно. Ашиль жил пару сотен лет в Пустынных Огнях, приехал из Темноводья, правитель его ценил, и назначил главным казначеем в Атебьер через несколько месяцев после назначения Сардахи. Они сразу сдружились, у них были схожие интересы, схожая мораль, схожие взгляды на управление городом. Город...

- Мы с Ашилем, были назначены на сии должности почти одновременно, - что-то же нужно начинать им рассказывать, вводить в курс дела. - Очень подружились. И когда у нас появились деньги, решили прикупить себе невольников. Пару парней для работы по дому, пару девушек для утех. Только вот тут, лишаясь метки, они часто убегают. Погибают, конечно, но все равно бегут. В общем и не жалко, если сторговаться подешевле, но мне почему-то претила мысль, что под моей крышей будет находиться кто-то, кто ненавидит меня всеми фибрами души. И мы с Ашилем обсуждая эту тему дофилосовствовались до того, что решили найти истинных невольников. Кто бы был таковым по сути, был бы счастлив в служении господину, принимал бы любой приказ как должное. Но при этом мы не хотели тупой скот, хотелось очень красивых и образованных невольников.

- Мы такие, господин, - тихо произнес Ланс. - Может потому, что нас сделали рабами сразу, и сие мировосприятие укореняли в нас сотни лет, а может потому что нам это нравится, и мы находим изощренное и извращенное удовольствие в рабском служении.

- Очень хотелось бы верить в это, мой мальчик, - вздохнул Сардаха.

- А почему ты изменил мнение насчет наших обязанностей, господин? – обратила внимание на сей факт Эфра. - Не сношаешь меня, хотя член у тебя постоянно стоит, не загружаешь Ланса работой, хотя есть у тебя нечего, сад в запустении, мул не чищен.

- Потому что год назад все изменилось, и нахождение таких вот невольников из блажи превратилось в необходимость. Вы нужны мне для другого. А не сношаю я тебя и не загружаю работой Ланса, потому как не уверен пока, что вы мне подходите, - Сардаха заметил, что взоры они опустили, взгрустнув, да им стало грустно и обидно. Что ж... - И, кстати, вы же не думаете, что ваше дрянное поведение на невольничьем рынке будет прощено? После обеда поведу вас наказывать.