И сквозь этот туман ко мне рванули еще три воздушных диска. Земля под ногами снова задрожала — землевик гнал новую волну, а слева, прорезая пар, метнулись огненные стрелы коротыша.

Можно отступить, но… Там же зыбучие пески!

Они гнали меня на них. Ни уйти влево, ни вправо. Обычный Рывок здесь уже не спасет — радиус поражения слишком велик.

Оставалось переходить к Скольжению. Эта техника жрала куда больше живицы, она была сложнее, но сейчас выбора не оставалось.

Я ложным движением корпуса обозначил рывок влево. Экзаменаторы тут же скорректировали свои атаки, направляя удары туда.

А сам ушел в Скольжение вправо. Мои кроссовки едва касались песка, я скользил над поверхностью арены, как конькобежец по льду. Маленькие ледяные дротики продолжали сыпаться в то место, где я был долю секунды назад. Воздушные диски, словно гончие, взявшие след, попытались изменить направление, закладывали крутой вираж.

Я скользнул еще дальше, изогнув тело под таким немыслимым углом, что сам себе стал напоминать пресловутую букву «Зю». Чего только не сделаешь, чтобы пропустить над головой огненные стрелы коротыша. Жар опалил лицо, пахнуло паленой тканью — край моей майки слегка обуглился.

«Не, ребята, — пронеслась в голове холодная мысль. — Так дело не пойдет. Если вы будете швырять в меня заклинаниями со всех сторон, находясь на безопасном расстоянии, рано или поздно я устану. Резерв же не бесконечен. А когда я выдохнусь, то вы меня одолеете».

Надо принимать кардинальные меры. Сломать их строй и заставить ошибиться.

Я резко затормозил, гася Скольжение. Мышцы бедер взвыли от напряжения. Тут же присел и направил живицу в ноги.

Прыжок!

Взмыл вертикально вверх. И в ту же секунду врубил Огненный Шторм. Мощный выброс плазмы из-под моих рук сработал как реактивный двигатель. Меня подкинуло еще на пять метров в высоту, и я пролетел над полем боя.

В полете, находясь в верхней точке параболы, я сформировал в руках раскаленные заряды.

— Ловите, господа! — рявкнул я.

Один за другим я метнул четыре Огненных Клинка, распределяя их между нападающими. Чтобы никто не ушёл обиженным и обделённым.

Но экзаменаторы были хороши. Водяник выставил ледяной торос, воздушник сдул мой клинок потоком ветра, землевик укрылся за каменной плитой, а огневик поглотил своим щитом. Все четыре клинка были отбиты.

Гравитация взяла свое, и я начал падать.

В этот момент землевик, не теряя времени, провел контратаку. В том месте, куда я должен был приземлиться, с хрустом вырвался здоровенный каменный кулак, размером с малолитражку!

Ядрёна медь! Он хочет прихлопнуть меня, как надоедливую муху!

Я извернулся в воздухе, выпустил из ладони струю огня, чтобы чуть сместить траекторию падения. Каменный кулак обрушился на то место, где должна была оказаться моя нога. Удар был такой силы, что арена содрогнулась, а в песке появилась выбоина.

Приземлившись на одно колено, я тут же метнул в землевика новый Огненный Клинок. На этот раз он не успел закрыться полностью. Плазма ударила в грудь. Взрыв отбросил огневика на несколько метров назад, он прокатился по песку, но, к моему разочарованию, вскочил на ноги. Крепкий, зараза!

И тут на меня обрушилась водяная волна.

Водяник воспользовался тем, что я отвлекся на землевика, сформировал цунами высотой в три метра и обрушил на мою макушку.

Я едва успел выставить Огненный Щит, влив в него максимум энергии.

Вода столкнулась с огнём. Раздался пшик невероятной силы. Вода вскипела. Пар густым белым облаком взвился вверх. Меня окатило кипятком, хлестнуло по плечам. Даже Кольчуга Души не помогла!

Я заскрежетал зубами от боли. Боль была адской, но именно она стала катализатором. Мой организм, почувствовал реальную угрозу и запустил защитный механизм. Кожа начала уплотняться и приобретать непробиваемость.

Щит выдержал. Он удержал основную массу воды, которая продолжала бить по мне, пытаясь раздавить массой.

Сквозь мутную завесу пара я увидел, как в мою сторону метнулись три огненных хлыста. Коротыш-огневик решил добавить жару.

Удар! Ещё удар! И ещё!

Огненные плети фигачили по щиту, заставляли его мерцать и прогибаться. Меня протащило назад. Кроссовки пропахали две борозды в мокром кварцевом песке.

Я держался, стиснув зубы и концентрируя живицу.

Но тут ударил воздушник.

Сбоку, из слепой зоны, прилетел кулак из спрессованного воздуха. Я не успел перевести щит в нужное положение, и удар пришелся в ребра.

Меня подняло и швырнуло метров на пять влево, как тряпичную куклу. Я рухнул на песок, прокатился кубарем, сгруппировался и встал на одно колено.

— Елисей! — донесся крик Яромира из-за барьера. — Не надо останавливать бой?

Противники ухмыльнулись.

— Нормально всё! — прорычал я и сплюнул кровь из прокушенной губы.

— Во славу Рода! — крикнул Яромир.

— Во славу Рода! — ответил я.

Все четверо рванули ко мне, сокращая дистанцию, чтобы добить.

Землевик вскинул руки, и из земли рядом со мной вырвался еще один каменный кулак.

Он снова пытался меня прихлопнуть. Но в этот раз я был готов. Мозг ведаря уже просчитал новую тактику. Раз они прут все вместе, значит, нужно использовать их скученность против них самих.

Я не стал убегать. Вот ещё. Не для того я приближался! Я метнулся влево, уходя из-под каменного кулака, и одновременно с этим выбросил правую руку в сторону бегущего коротыша-огневика.

Из моей ладони вырвалась Огненная Цепь. Раскаленные звенья со звоном рассекли воздух и захлестнули огневика поперек туловища, прижав его руки к бокам.

Мужик только успел выпучить глаза.

А я, упершись ногами в песок, дернул цепь со всей дури!

Огневик, не ожидавший такой подлянки, полетел в мою сторону. Я пропустил его мимо себя, и в следующую секунду каменный кулак землевика, который предназначался мне, со всей дури шарахнул по летящему коротышу!

— Нет! — заорал землевик, пытаясь остановить заклинание, но было поздно.

Коротыш успел в последний момент выставить блок, вспыхнув огненной аурой, но масса камня была слишком велика. Удар вбил огневика в песок по самые колени. Он охнул и опрокинулся на спину.

Один на время выведен из игры. Отлично!

Но тут огромная волна снова поднялась рядом. Водяник решил накрыть нас обоих, видимо, посчитав, что огневик сам виноват, а меня упускать нельзя.

Ну не буду же я ждать, пока меня смоет волной. Я дернулся в сторону воздушника, который как раз готовил очередную серию дисков.

В последний момент, когда волна уже готова была обрушиться на меня, я рванул ещё раз, используя Рывок на пределе возможностей.

Волна с грохотом обрушилась на то место, где я был. А заодно окатила с ног до головы воздушника!

Человек со шрамом выставил воздушный щит, чтобы не захлебнуться, и его внимание на долю секунды рассеялось.

Этого мне хватило. Опять Рывок и…

Я оказался у него за спиной. Никакой магии. Вложил вес тела в удар и всадил локоть в основание шеи, туда, где нервные узлы сходятся в один пучок.

Раздался глухой хруст.

Воздушник покачнулся. Его глаза закатились, руки повисли. Он рухнул на одно колено, а затем завалился лицом в мокрый песок.

Вот уже минус один! Прэлестно!

Почему минус один? Потому что огневик начал шевелиться и подавать признаки жизни.

Водяник, поняв, что натворил, с рыком развернулся ко мне и сформировал в руках ледяное копье.

Я сократил дистанцию двумя скользящими шагами и пробил двоечку в челюсть. Первый удар пробил его наспех выставленный водяной щит, а вторым ударом голый кулак встретился с подбородком.

Голова водяника мотнулась назад, изо рта вылетел сноп брызг пополам со слюной. Он рухнул на спину, раскинув руки. Минус два!

Но праздновать было рано.

Землевик и пришедший в себя огневик поняли, что дело пахнет керосином. Они отбросили всякую осторожность.