Начальником отдела внутренней разведки был назначен майор Кемпис. «Для руководства абвером (контрразведкой) в целом требовался мне совет в международных вопросах, общественных и правовых делах», — пишет Николаи. Исполнение этих функций было поручено прикомандированному к нему советнику полиции Бауэру: «Практически наибольшим авторитетом в абвере пользовался начальник главного полицейского управления города Страсбурга Бауэр, который занимал эту должность и работал против французской разведки в течение 30 лет». Далее Николаи добавляет: «В контрразведке мое практическое сотрудничество в качестве начальника состояло в том, что мне непосредственно должны были сообщаться дела, требующие особого внимания, которые я сам и разрешал».

Разведка при помощи печати занималась обработкой местной и иностранной прессы, пропагандой, цензурой, дезинформацией противника. В ее состав входило Военное ведомство печати, возглавляемое сначала майором Дойтельмозером, а после назначения его руководителем отдела печати МИД — майором Штоттеном.

«Управление военной прессы (единственная большая закрытая организация при начальнике отдела III Б) создано майором Генерального штаба Дойтельмозером, являвшимся референтом прессы при военном министерстве… С возникновением Управления военной прессы последняя организовала в качестве своего представительства “Комитет прессы”. Его председателем был избран директор издательства Ульштайн Георг Бернгард с технической стороны — лучший и как журналист один из способнейших. С образованием “Главного ведомства цензуры” я был засыпан всевозможными предложениями (мы с ним обменивались мнениями). Я хотел использовать его призвание в Главном цензурном ведомстве… Он умолял меня отвести его кандидатуру, что я будто бы разрушу все его существование. Но закончилось это запоздалыми выговорами со стороны знающих людей. Так, “Союз немецких газетных издателей” выставил против меня упрек, что я будто бы их как владельцев газет обесправил в их собственном доме», — раскрывает Николаи в рукописи некоторые детали деятельности разведки в период реорганизации.

Отделом разведки при помощи печати руководил майор Кре-гер. Организационно он делился на три департамента: по делам отечественной печати — руководитель Дойтельмозер, по делам иностранной печати — руководитель подполковник Герварт, департамент цензуры — руководитель фон Ольберг. Разведывательной обработке материалов иностранной прессы, пропаганде за границей уделялось первостепенное внимание. Вся информация просеивалась разведчиками, пополняла и обогащала полезными данными картотеку отдела. Под руководством Герварта выпускались бюллетени «Сообщения иностранной прессы», которые рассылались военным и гражданским властям, а также крупным монополиям — для сведения, органам печати — для контрпропагандистских выступлений.

Штат новой разведки и контрразведки был значительно увеличен — с 12 до 80 офицеров. Руководящий состав при Вальтере Николаи в центре состоял из 18 человек: «Находящееся при мне в Верховном командовании армии руководство организацией начальника Отдела III Б состояло из:

Офицер-ординарец — 1 чел.

Работник личного состава — 1 чел.

Сотрудник военной истории — 1 чел.

Офицер по введению в заблуждение — 1 чел.

Сотрудник по связи с военными отделами и МИД — 1 чел.

Сотрудник по связи с штаб-квартирой нейтральных военных атташе —1 чел.

Руководитель тайной разведки с 1 помощником — 2 чел.

Руководитель фронтовой разведки с 1 помощником — 2 чел.

Руководитель внутренней разведки с 1 помощником — 2 чел.

Руководитель разведки печати, включая руководителя прессой, политикой, контрпропагандой с 2 помощниками — 3 чел.

Руководитель абвера с 2 помощниками — 3 чел.

Всего 18 чел.

Это было много в сравнении с тремя офицерами, находившимися при мне, начальнике “Секции III Б”», — сообщается в рукописи.

Таким образом, «организация новой разведки включала в себя все вплоть до контрпропаганды и обработки касающихся Верховного главнокомандования вопросов внутренней политики, — констатирует Николаи в рукописи. — Контрпропагандой занимались офицеры, преподававшие в Германии, армии и флоте. Они же готовили кадры… Введение противника в заблуждение осуществлялось под руководством начальника отдела III Б. Этим занимался прикомандированный к нему особый офицер штаба. Руководство центральных полицейских управлений в Бельгии, Польше, Румынии получило квалифицированных юристов и государственных специалистов, с тем чтобы организация могла решать и не только чисто военные задачи. Начальнику отдела подчинялись правление секретного фонда, штаб-квартира военных атташе, научный военный советник».

Объем полномочий реорганизованного отдела III Б был столь широк, что, как отмечает Николаи, включал «многое такого, что, собственно говоря, должно было являться функцией военного комитета». Ему были поручены все связи с иностранными военными атташе, наблюдение за посольствами в Берлине. В рамках отдела было создано специальное бюро по сбору материалов об антимонархической пропаганде. Контрразведчики занимались перлюстрацией переписки немцев с иностранцами.

«Как начальник разведслужбы я имел доступ во все министерства и другие служебные инстанции, а на фронте ко всем командующим армий, — отмечает он. — В большинстве случаев они сами придавали значение такого рода высказываниям. Я намного откровеннее познакомился с их взглядами, чем они становились известны самому Генеральному штабу. Я мог кое-что разъяснить и сравнить… Разведслужба внутри страны, а также нейтральные военные атташе оказывали мне содействие в беседах с осведомленными лицами нейтральных стран, находящимися в Германии. В особых случаях я приглашал их в большую штаб-квартиру, что всегда принималось с их стороны с благодарностью. В более редких случаях я знакомил их с начальником Генерального штаба.

Как в Берлине, так и в большой штаб-квартире у меня для всех были открытые двери вне зависимости от взгляда на них партий».

Фактически в результате реорганизации отдела III Б Генштаба Николаи создал разведку и контрразведку общегосударственного масштаба. В ней работали не только офицеры, но и штатские сотрудники, знающие заграницу, иностранные языки, представители науки (историки), делового мира, дипломаты, журналисты. В подчинении Николаи оказались офицеры выше его званием: «Люди старше меня возрастом и рангом подчинялись мне. Генерал Брозе, мой первый начальник в отделе III Б с 1906 до 1910 г., был моим заместителем, — замечает он в рукописи. — Все подчиненные офицеры в зависимости от потребности состояли или в активной службе, или были отпускниками, опытные в дипломатической, внутриполитической и хозяйственной жизни. Два принца: один баварского королевского дома, другой сын императора был в качестве офицера помощника. Я был майором до 1916 г. Начиная с майора досрочное повышение ранга было тогда невозможным. Так как я служил до звания майора всего 10 лет, то по моему возрасту для этого ранга считали меня еще молодым. Вначале оба эти обстоятельства усложняли мою задачу, но впоследствии, по мере того как признавалось это всеми, с уважением отмечалось, что эти задачи были мне доверены… Для себя я использовал только 2 молодых хорошо воспитанных и с большим кругозором ординарцев-офицеров, с которыми я не говорил о службе. Они были моими молодыми товарищами. Они устраняли встречающиеся у меня на пути мелочи, сопровождали меня и т. д. Но даже поездки я совершал чаще один. Я хотел их сделать прежде всего несложными, ни с чем не связанными, разумными, неизвестными, чаше неожиданными и ошеломляющими в целях наблюдения, выяснения определенного мнения из разумной практики, стремясь не впутывать себя вдела моей службы… Другой мой офицер был легацион-ным секретарем, использовавшийся мною в случаях недостаточной моей компетенции в вопросах службы министерства иностранных дел, прежде всего руководящих его работников в Германии и за границей. Организация располагала своим точным легко применяемым шифром (в форме 8-разовой сменяемости)».