Два правителя встретились на Дунае и договорились о мире. Греки пропускали воинов Святослава на Дунае. Даже дали в дорогу хлеб. Русский князь соглашался уйти с Дуная. Доростол русские оставляли. Ромеям отдали всех пленных. Русь и Византия возвращались к статьям соглашений 907–944 гг. Стороны снова считали себя «друзьями». Это означало, что Константинополь снова платил дань Руси. Также Цимисхий должен был направить послов к печенегам, чтобы они освободили дорогу.

Таким образом, Святослав Игоревич избежал военного поражения. Мир был почётным. Византия снова считалась «партнером» и платила дань. Однако Болгарию, на которую у русского князя были большие планы, пришлось оставить и там устанавливалось византийское господство. Поэтому Святослав желал продолжить спор за дунайские земли, издавна принадлежавшие славяно-русам. Святослав отправил в Киев Свенельда с большой частью рати, она шла по суше. Сам с малой дружиной остался на Белобережье, на острове дунайской дельты, и зимовал там. Князь ждал прихода с Руси новой большой рати, чтобы продолжить сражение на Болгарию.

Наконец Аделя вернулась мыслями на грешную землю и, направилась к стоявшему на возвышении золотому Престолу, изготовленному из золота из последней добычи Святослава. Сев на золотой трон в виде ажурного, будто плетенного из золотых шнуров кресла, украшенного драгоценными камнями, повелела — Вызови-ка третью Верховную ведьму и Верховного жреца Волкодлаков.

Веденея приложила два сложенных пальца, указательный и средний к виску, мысленно связавшись с нужными людьми, затем прошла к трем простым деревянным креслам, украшенным только искусной резьбой, стоявших перед Престолом и заняла одно из них. Во второе кресло села появившаяся через пять минут рыжеволосая Ярослава, чье имя значило — «славящая Ярилу-солнце». Ярослава была одета в шелковый изумрудного цвета сарафан, одетый на простую белую льняную рубаху с небогатой вышивкой. На голове ведьмы был золотой венец с огромным изумрудом размером с голубиное яйцо, обрамленный крупными брильянтами, закрепленные на венце в районе висков висели рясны из мелких изумрудов, опускающиеся чуть ниже плеч.

Третье кресло ждет Аделю после появления Ведьмака.

Отворилась и неслышно закрылась тяжелая, обитая сталью дубовая дверь — вошел жрец-волхв Радомир (радеющий о мире), огромный, под два метра ростом, на лице которого совсем не читались прожитые им почти три сотни лет — ему можно было дать и тридцать и пятьдесят, присмотревшись к морщинам около внимательных глаз с ярко-зелеными зрачками. Подбородок Радомира был выбрит, над верхней губой росли длинные усы, голова у него была выбрита, но с одной стороны, ближе к середине, свисал клок русых волос чуб-оселедец, свисающий к левому уху — признак знатности рода, как в глубокой древности у его предков варягов-русов. Широкая грудь напоминала бочку, мышцы и жилы змеями оплетали его тело. В одно ухо была вдета золотая серьга, украшенная крупным рубином. На мощных предплечьях были боевые позолоченные браслеты, которыми можно было остановить даже меч. На шее виднелась татуировка мирового дерева, остальное скрывала безрукавка из меха волка.

Жрец Велеса одновременно почитал и Перуна, Бога воинов, несмотря на войну между Велесом и Перуном, причиной которой стала банальная борьба за власть. Велес хотел доказать, что он могущественнее Перуна, но, проиграл. Несмотря на его поражение, славяне не перестали поклоняться «скотьему богу», хотя несколько опасались его. Своим Велеса считали колдуны и маги, что старались заручиться его поддержкой с помощью оберегов.

В руках жреца был дубовый посох, на одном конце которого был закреплен булатный наконечник копья. Жрец сел недалеко, в десяти шагах слева от трона на удобную лавку с выгнутой спинкой, обитую войлоком — Что случилось, Аделя? Меня отвлекли от занятий с отроками.

— Похоже, мы все-таки дождались нашего Пастуха, только вот есть одна загвоздка — в детском теле скорее всего после клинической смерти нашла прибежище душа Ведьмака.

Византийская империя. Константинопль. Дворец императора. Золотая палата.

Константинополь, действительно, был прекрасен. Как и Рим, он раскинулся на семи холмах: его широкие улицы с открытыми галереями, большие площади с колоннами и статуями, великолепные храмы и дворцы восхищали всех, кому доводилось побывать в нем. И среди них Священный дворец византийских императоров, который называли также Большим, или Великим. Священным дворцом византийских императоров обыкновенно называлась совокупность всех дворцовых зданий, находившихся на юге от храма Святой Софии и на востоке от Ипподрома. Однако в придворном уставе императора Константина Багрянородного указываются только те здания, которые прилегали или вели к Золотой палате (Хрисотриклиону) и входили в комплекс царских жилищ — в противоположность другим зданиям дворцового ансамбля (например, дворцам Магнавра или Дафна), с северной стороны города, где начиналась стена Ираклия, возвышалось византийское здание одиннадцатого века. Несмотря на многие войны историческая часть города была сохранена, столица Византии разрослась во все стороны.

Большой дворец византийских императоров — трехэтажное здание, но он был настолько выше внешних и внутренних стен города, что первые два его этажа по высоте своей равнялись этим стенам, а третий был гораздо выше. Размерами и роскошью огромного дворца не могли надивиться многие иностранные послы: он один с окружающими его стенами занимал все пространство между морем и Ипподромом. В комплекс дворцовых сооружений входили сады, часовни, дворы, галереи, казармы, жилища для императорской свиты и слуг.

Сам Священный дворец с наружной стороны был выстроен из кирпича вперемежку с полосами светлого мрамора, а все соединительные помещения дворца, притолоки окон и дверей, колонны и капители — из белесоватого мрамора. Вход в Священный дворец вел через Медные ворота. Сама резиденция византийских императоров, заключавшая в себе множество апартаментов и залов и соединенная несколькими зданиями с Ипподромом, находилась со стороны моря. В нее входили Жемчужный зал, Овальный зал, Зал Орла и многие другие.

Тронным залом императорского дворца являлась Золотая палата, в которой в полностью совершалась, начиналась или завершалась большая часть придворных обрядов. Здесь византийские императоры ежедневно принимали чиновников и чаще, чем в других тронных залах, — послов и знатных иностранцев. В Золотой палате производили в чины и должности, в ней давались пиры и обеды, здесь же начинались и оканчивались выходы императоров в храмы и другие тронные залы.

Золотая палата представляла собой восьмиугольный зал, увенчанный куполом с шестнадцатью окнами. На восьми сторонах палаты находилось восемь апсид, соединявшихся между собой. Апсида (примыкающий к основному объёму пониженный выступ здания, полукруглый, гранёный, прямоугольный или усложнённый в плане, перекрытый полукуполом или сомкнутым полусводом) напротив входа закрывалась двумя серебряными дверями, на которых были изображены Иисус Христос и Богоматерь. Во время торжественных приемов, когда народ только еще входил в Золотую палату, двери этой апсиды оставались закрытыми. Потом они растворялись, и в глубине апсиды появлялся император, одетый в пурпурный плащ, украшенный драгоценными камнями. Собравшийся народ в благоговении мгновенно падал ниц.

Император Иоанн Пятый был честолюбив, очень храбр и склонен к дерзким предприятиям. При росте в сто семьдесят семь сантиметров он обладал широкими плечами, узкой талией и атлетически сложенной фигурой, голубые глаза, взгляд острый, нос тонкий, соразмерный, борода вверху рыжая и слишком суженная по сторонам, а внизу правильной формы и не подстриженная. Вот уже пятьдесят лет он правит империей вместе со своей женой Афинаидой, плетя интриги и каждый день опасаясь отравления или удара магией в спину. В спортивной гимнастике, игре в баскетбол, фехтовании, метании копья и стрельбе из лука и любого огнестрела он превосходил всех своих сверстников. Он так метко направлял дротик в цель, что тот пролетал через отверстие величиной с кольцо.