— Ладно, хорошо. Спасибо. Ты меня успокоила. Как ты сама? Всё хорошо? Родители говорят, ты им не звонишь, не пишешь больше…

— Да рассказывать не о чем — вот и не пишу, — Марлен растянулась в нервной улыбке. — А так… у меня всё нормально! Сижу тут, читаю. Ванну набрала, хотела посидеть там, искупаться.

— А… ну ладно тогда. Тогда давай, попозже созвонимся. Купайся, пока вода не остыла.

— Конечно созвонимся! Не переживай там. Давай. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи!

Йорфер стиснула зубы, повесила трубку, а затем прижала к груди телефон. Сердце тяжело, гулко билось под рёбрами, от волнения краснело лицо. Тело захватывало мерзкое чувство, словно надуманный страх был никаким не надуманным. А был, попросту, предчувствием.

«Хоть бы всё обошлось», — бубнила девушка, глядя в окно на чёрный силуэт лесной чащи. — «Я не знаю, что происходит, но, пожалуйста… хоть бы всё обошлось».

В какой-то момент Марлен и вправду поверила, что её предчувствие — надуманная ерунда, которая появилась из-за стресса и боли после всего пережитого. Она впервые выспалась, ей больше не снились кошмары. К счастью, ей больше вообще не снилось никаких снов. А пугающий компас с треснутым стеклом превратился едва ли не в реликвию, которая, если что-то пойдёт не так, может привести её к мужу.

Он здесь — центр притяжения, центр маленькой вселенной, которая раскинулась под Анкориджем. Он… возможно, раб леса, а, возможно, его хозяин. Смотря как посмотреть.

С недавнего времени Йорфер в самом деле практически верила, что Нолан вернётся. Не потому, что надо. А потому что хочет. По крайней мере, когда она в последний раз смотрела ему в глаза, ей казалось — он хочет.

Марлен провела пальцами по подоконнику — старая пыль прилипла к коже. Дома давно никто не убирался, но всё, так или иначе, было теперь на своих местах. Даже ужас. Он больше не скрёбся в углу, не дышал ей в затылок. Он теперь был приручен. Привит. Домашний, как зверь, которого она пустила в дом и не прогнала.

За прозрачным оконным стеклом туман тянулся между серыми кривыми деревьями. Лес дышал. Он был сырой, как чужой язык, и живой, как всё, что давно должно было умереть. Где-то там — в той вязкой мгле — ступал Кайзер. Девушке даже нравилось гипнотизировать эти зловещие стволы. Вдруг однажды на неё посмотрит оттуда пара осмысленных синих глаз?

В какой-то момент позади раздался телефонный звонок, который выбил её из странных, абстрактных размышлений. Йорфер лениво вернулась к постели и взяла трубку — опять Аделина. Внутри вновь возникло странное напряжение. Почему она звонит снова? Только же вот звонила. Буквально пару дней назад.

— Марлен? — тут же раздался встревоженный голос на другом конце. — Это ты? Ты слышишь меня?

— Да, конечно. Что-то случилось? — Напряжение множилось. Мнимый покой рассеивался, как рассеивался на рассвете сизый туман.

— Помнишь, я звонила тебе насчёт Генри? — сестра явно говорила сквозь зубы. — Так вот, он до сих пор не объявился! Даже не звонил! Но я звоню не за этим. Марлен, тут какой-то ужас происходит, я не знаю… Мне страшно.

— Какой ужас? Что случилось? — Пальцы инстинктивно сжимали смартфон.

— Тут какой-то оборотень, его зовут Тод, просит собраться всех местных жителей на улице. Он говорит, что у него важное объявление, что он должен нам рассказать что-то страшное. Наверное, будет упоминать мистера Шермана, который выжил в лесу. Мне это всё не нравится. Что-то не так.

— Не поняла, — меж бровей появилась заметная морщинка. — Объявления же Генри делает, он же Альфа.

— Вот именно! Я даже не знаю, кто такой этот Тод и куда подевался мой Генри! Я боюсь, что он скажет плохие новости. Нет, я знаю, что он скажет плохие новости! Господи, у меня руки дрожат. Марлен, он принёс оружие! У него с собой охотничьи ружья — штук десять! Я не знаю, зачем они ему!

— Да, действительно жутко, — Йорфер стиснула зубы. — Всё хорошо, Аделин. Я скоро приду. Сейчас оденусь и тоже приду, затеряюсь в толпе. Послушаем, что он скажет, а потом решим, что делать.

— Ладно, хорошо, спасибо, — судя по звуку, сестра только что проглотила нервный ком. — Я буду ждать тебя возле второго выезда из дома. Или среди местных, если он всё-таки начнёт своё выступление раньше.

— Договорились, — девушка повесила трубку.

Сердце удвоило темп, сами собой сжимались и разжимались кулаки. Что-то действительно происходит — причём очень нехорошее. К сожалению, мерзкое предчувствие не обмануло, хотя раньше в его правильности очень хотелось ошибаться.

Марлен быстро подошла к шкафу, достала оттуда джинсы, случайную футболку и серую ветровку с широким капюшоном. Руки потели от нервов, воображение пыталось найти хоть одно адекватное объяснение происходящему — и не находило. Через пару минут она уже стояла в коридоре, надевала кеды, а ещё через пару минут — снаружи.

За её спиной захлопнулась тяжёлая дубовая дверь, и эхо этого звука разошлось по пустым комнатам особняка. Вокруг гулял прохладный ветер, скрипели приземистые плодовые деревья. Молочно-бесцветное небо нависало над крышей. На секунду Йорфер зависла, правда, тут же встряхнулась и пошла к дороге.

Трасса была пуста. Ни машин, ни собак, ни тех случайных дураков, что иногда проходили пешком, посмеиваясь и сплёвывая через плечо. Только Марлен, звук собственных шагов и непроглядный сизый туман. Сегодня не было ни стонов, ни странных запахов — похоже, сейчас лес не заинтересован в гостях. Громкое сердцебиение никак не унималось, от волнения начинало подташнивать.

Марлен шагала всё быстрее. Не потому, что спешила. А потому, что дорога под ногами затягивала, словно зыбучий песок, колени подкашивались, в горле сохло. В какой-то момент показались знакомые черепичные крыши местных домов. До ушей доносился встревоженный гул. Через некоторое время девушка увидела людей, которые бесцельно топтались прямо посреди улицы. Переглядывались, поджимали губы, а рядом с ними, особняком, стоял высокий светловолосый волк с ружьём наперевес.

Жители продолжали сбиваться в кучки, говорили шёпотом, смотрели в лес с такой обречённой насторожённостью, с какой смотрят в зеркало, в котором однажды что-то мигнуло не тем лицом.

— Друзья! — крикнул оборотень с ружьём и поднял руки. — Послушайте. Да, да, все, внимательно. Я принёс вам дурные вести. Все знают, что в лесу живёт сильнейший монстр, для которого вы — еда.

— Вот именно! — тут же рявкнул какой-то мужчина из толпы. — И чтобы не стать обедом, мы вам платим! Что это такое⁈ Вы принесли ружья⁈ С какой радости? Хотите, чтобы мы защищали себя сами, или что⁈

— Выслушайте, — зарычал в ответ волк.

— Почему мы должны тебя слушать⁈ Где Генрих Сандерс? Мы хотим слышать его! Почему с нами на диалог не вышел Альфа⁈ Мы хотим говорить с Альфой, а не с его посыльным!

В толпе раздались одобрительные возгласы.

— Генри Сандерс пропал! — рявкнул Тод и раздражённо поджал губы. — Пока что я за него.

Внезапно все замолчали. Люди испуганно переглядывались, сжимали зубы. Казалось, вместе с туманом вокруг сгущалась и тревога.

«Только не это», — тут же подумала Марлен. — «Вот почему он не отвечал на звонки. Но почему он пропал⁈»

— А где Бета первого порядка? — не унимался мужчина. — В случае ранения Альфы мы говорим с Бетой первого порядка, а не с каким-то неизвестным! Где мистер Кайзер⁈ Куда подевались все управленцы стаи⁈

— Мистер Кайзер подозревается в убийстве мистера Сандерса, — оборотень жутко вытаращил глаза.

«Чего⁈» — тут же пополз гул среди остальных. — «В убийстве⁈ Как это понимать⁈ И кто теперь Альфа? Он — новый Альфа⁈ Его не изгонят⁈ Как это произошло⁈»

— Послушайте, — продолжил Тод. — Монстр не давал вам жить десятки, а то и сотни лет. И мы наконец поняли, как этот монстр появился и как он живёт. Глубоко в лесу есть алтарь, так что мои слова — не выдумка. Я могу вас отвести к этому алтарю. Суть заключается в том, что оборотень, убивший монстра, становится новым монстром. — Вервольф вздохнул, а толпа обескураженно выдохнула. — И вот, недавно мистер Кайзер с нашей помощью смог убить старого монстра. Мы тогда не знали, чем нам это грозит. И проклятие теперь… перекинулось на него. Он перерождается и теряет рассудок. Пару дней назад… он, будучи не в себе, напал на мистера Сандерса.