— К нолдам к кому же ещё! Очевидно! — ответила Таня, вытерев пот с лица.
— Нам надо срочно укрепляться! — не успокаивался знахарь. — Строить стены! Искать роботов! Я не готов умирать!
— Изя, может назовёшь такой материал, который выдержит зелёную кислоту сразу от четырёх Королев? — Кислый посмотрел на него как на ребёнка.
— У нас же есть дезинтегратор! — напомнил знахарь, указав на руку Лианы.
— Не смеши, старичок, — засмеялась Таня. — Её пукалка максимум одну оранжевую сучку собьёт, что с остальными делать будем?
— Откуда они взялись только на нашу голову, — папаша Кац смотрел вслед пылившей орде, его редкие волосы развивались на ветру. Недолго думая, он приложился к фляге, немного сняв напряжение. Маша протянул руку, и знахарь не задумываясь вложил ей фляжку. Точным профессиональным движением она запрокинула голову и просто влила в себя половину.
— Однако, — Лиана покачала головой. — Твоя Маша так сопьётся, старичок. Придётся кодировать от алкоголизма.
— Не сопьётся, всё под контролем. Это лечебный живчик, я прописал ей стакан в сутки. Помогает.
— Дай-ка, — Лиана пригубила из их фляжки и чуть не задохнулась. — Это же чистый спирт!
— Правильно, лечебный с добавлением пяти видов трав и тщательно перетёртой красной жемчужины. Рецепт, проверенный мной лично и зарекомендовавший себя уже давно. Мёртвого поднимет. Давайте лучше…
Внизу возникло какое-то движение, послышались крики и даже раздался выстрел. Я увидел, как толпа тащит к нам худющего гражданина с пластиковым чемоданчиком в руках. В таких обычно таскают инструменты. Товарищ не до конца понимал, что происходит и вёл себя вызывающе. Щёлкал зубами, плевался в окружающих и пытался схватить за волосы своих мучителей, но получив по рёбрам быстро потерял интерес к происходившему сморщившись от боли. Я спустился вниз со стены узнать в чём причина такой экзекуции товарища с чемоданчиком.
— Лесник, Лесник! — среди них была Лида. — Я хотела рассмотреть поближе как выглядят симбионты. А вот этот нарисовался не пойми откуда и вытащил глиста из трупа, а потом затолкал в свой чемоданчик! Если бы я не подняла крик, то он свалил.
— И что? — не понял я.
— Как что? Он ещё шевелился, человек умер, а глист нет. А этот его в чемодан спрятал! — она показала пальцем на долговязого гражданина. — Он с ними заодно!
— Стоп! Отдай чемодан, глист, — мне пришлось с силой вырвать из рук контейнер. Я потряс его и понял, что внутри кто-то болтается. Открывать чемодан у меня не было никакой охоты. Не хватало ещё заразиться симбионтом. — Слушай, а ты сам часом не из них? — Пронзила меня догадка.
— Он искал новое тело и тебе Лида очень повезло, что ты не узнала какого это, — заверила её Лиана. — Хуже я ничего не знаю.
— Да уж, мне уже приходилось их вынимать, та ещё работёнка. Противная! Но это при условии, что человек заразился недавно иначе вынимать уже бесполезно. Глист пожирает органы начиная с печени. Затем настаёт черёд спинного мозга, а это уже лечится только белой жемчужиной. То есть можно спокойно накинуть на себя простынь и ползти на кладбище, — напомнил папаша Кац. — Всё это при условии, что он не убьёт тебя. Они любят кусать в основание черепа и высасывать спинной мозг. Хорошо, что они нечасто размножаются.
— В бак его! — сурово сказала рыжая. — Нужно найти пластмассовый бак, наделать в нём дырок и закрыть сверху. Часа два на жаре и внутри температура будет как в Сахаре, симбионт не перенесёт такое и обязательно покинет носителя. Вылезет через отверстие, а обратно уже не сможет попасть. Весь фокус в том, что он попадёт во внешний бак и уже не выберется оттуда. Лазать по скользким стенкам они не могут, вот там ему и придёт конец! Тогда человека можно вынимать, а глист в итоге к вечеру или на следующий день сдохнет.
— Мы это ему мигом устроим! — пообещали ей бойцы и направились на поиски подходящего бака. Чемоданчик я не выпускал из рук, первым моим порывом было желание бросить его в костёр. Или расплавить плазмой.
— Слышал, убогий? Что тебя ждёт. Обещаю сохранить твою жалкую жизнь, посидишь пока в аквариуме. Но только если ты мне кое-что расскажешь! — пообещал я ему. Лиана подыграла мне.
— Жень, ну его в дупло. Давай зажарим, говорят в них витаминов много! — краем глаза я увидел, как мужик побледнел и непроизвольно раскрыл пасть. — Ты угрей когда-нибудь на вертеле пробовал?
— Т’вар сказал не слушать вас! Вы никогда не говорите правды! — прошипел долговязый мужик. — Ты обманешь, человек.
— Я? — у меня так искренне получилось удивиться, что в это обязательно бы поверил сам товарищ Камо. — Я коммунист, между прочим! Мы не обманываем! Табу!
— Я с вас тащусь, товарищ, — папаша Кац заскрипел как старая телега. — Коммунист он! — Маша догадалась быстрее и ущипнула знахаря, чтобы тот заткнулся. Хорошо мужик без чемодана не расслышал.
— Коммунист, это как? Секта? — прошипел симбионт. — Религия?
— Нет, какая там секта. Мы навроде тамплиеров! Охотимся за сокровищами и строим свой чудесный мир, — откуда я это узнал? На утренних политинформациях об этом ни говорили. — Мы почти достроили его, но меня выкинуло в Улей, а без меня уже никакой стройки. Наверное, уже всё спиздили…
— Коммунистами можно верить? — уточнил долговязый. Интересно из какого столетия он попал сюда, раз задаёт такие вопросы.
— Как самому себе! У нас даже учителя были похожие на вас. А может это и ваши, кстати! Карл Мрак, тебе это имя ничего не говорит? У него ещё сожитель был Энгл Фрик. Они вместе этот бордель придумали. Ну, как заморочить головы трудящимся, и чтобы тебе за это ничего не было, — доверительно прошептал я.
— Первого помню! — радостно закивал долговязый и понизив голос добавил. — Он Великим работал при Моргане. Т’вар его разжаловал, но он остался при дворце и иногда захаживал к Моргане. Поговаривали, что в своё время он был её фаворитом. Возможно, что сынок то от него, а теперь гнобит папашку за то, что не признал.
— Ну вот! Видишь, тебя совершенно незачем сажать в бак! — «обрадовался» я. — Мы не против вас, я бы даже сказал, что у нас есть предложение для вашей общины! Вы лучше бы взялись за своих старинных знакомых! За нолдов. Они вообще на низкой орбите устроились. Представляете как там здорово? Но не это самое главное! У них есть портал на Ригель! Мы бы и сами с радостью готовы наведаться к ним на прародину, но, к сожалению, грибок Улья нас не выпустит.
— Да, да! Мы знаем! На нас он вообще не действует, — гордо заявил долговязый мужик.
— Вот видишь! Мы вам поможем добраться до платформы, а вы уж дальше сами там разберётесь.
— Отличное предложение, — согласился симбионт. — От меня что нужно?
— Место, где твои зависли знаешь? — спросил я заговорщицки.
— Ах, это? Легко. Карта есть? — спросил он озираясь. Папаша Кац тотчас сунул ему под нос планшет. — Вот в этом квадрате! Там небоскрёб стоит такой кручёный, не ошибётесь. Это долгоиграющий кластер, перезагружается раз в два года. Они или в подвалах, или на верхних этажах.
— Здорово, — прокряхтел папаша Кац и поставил точку на карте. — Просто замечательно.
— И много вас там? — ласково спросила Лиана. — Размножаетесь поди?
— О, да! Без устали! Кого поймаем на улице так сразу подсаживаем готового изверга, — закивал долговязый. — Около тридцати неделю назад было.
— Великий с ними сейчас? — спросил я и взял планшет в руки. Фельдшер стоял рядом и заинтересованно рассматривал карту что-то запоминая.
— Великий никому не говорит, где он, — долговязый посмотрел на меня с презрением. Такие вопросы неуместны в приличном обществе. — Он может менять несколько носителей за день и никогда не узнаешь, где он сейчас. Это делается в целях конспирации, понимать надо. Даже мы сами не знаем, пока он не раскроется.
— Конечно, конечно, — закивал я. Морозить его в баке было бессмысленно, больше он ничего интересного не расскажет. Разве что попробовать спасти долговязого, но здесь уж важно, как давно он обзавёлся симбионтом. Могут возникнуть необратимые последствия.
