— Чёртовы призраки! Достали уже, как же вы меня достали!!! — я заорала и с силой ударила ладонями руль.

У меня началась истерика.

Я плакала навзрыд, колотя руками по рулю и ругаясь, как сапожник.

— Ненавижу! Какого чёрта вообще она появилась! Сволочь! Вот же дрянь какая! Она же чуть меня в могилу не загнала! Ненавижу! Ненавижу!

Крича и размазывая слёзы по щекам, закрыла ладонями лицо и начала хохотать. Облегчение и злость одновременно.

В окно машины постучали: — Девушка, с вами всё в порядке? Вы не ранены?

— Откройте дверь, девушка, — я повернула голову, и расфокусированным взглядом посмотрела на мужчину, что стучал мне в стекло. Перед глазами всё плыло. Дрожащими пальцами нажала на кнопку.

Едва я выбралась из машины, голова закружилась. Меня подташнивало и довольно сильно трясло. Дрожали не только руки, но ноги отказывались слушаться, и я со стоном опустилась на колени. Сердце бешено колотилось, словно хотело вырваться из груди. Всё вокруг казалось нереальным, и у меня было ощущение, что теряю контроль над ситуацией.

— Так, давай присядем, красавица. Вот проглоти-ка таблеточку. Это валерьяночка, для успокоения. Вот умница… Водички попей. Давай ещё глоточек…вот молодец… — голоса доносились, словно сквозь вату.

Всё-таки авария и последующая истерика дали о себе знать.

​

Не знаю, как бы я добиралась до дома сама, после всего этого. Смогла бы? Честно, не знаю. Меня трясло всю дорогу до дома.

Артём Игоревич, так звали мужчину, возвращался с сыном в город, когда со мной приключилась эта неприятность. Увидев, как крутило на дороге мою машину, они притормозили на обочине и поспешили на помощь.

В целом мой автомобиль не пострадал, учитывая то, что его перевернуло. Скорее, пострадала моя голова и нервная система, поэтому я доверилась незнакомцу, позволив сесть за руль.

Сомнительно, что сама я смогла бы снова нажать на педаль газа. По крайней мере, не в ближайший час, это точно. Физическое состояние бы не позволило.

Артём Игоревич всю дорогу отвлекал меня от мрачных мыслей. Разговаривал со мной, пытаясь успокоить.

Как оказалось, у Артёма с женой в том же посёлке, где Макс купил дом, была летняя дача. И они зимой изредка приезжали, проверить, всё ли в порядке с их участком и особняком. Вот и сегодня они как раз ехали оттуда.

Так что я была благодарна, что они мне помогли. Повезло, что у восемнадцатилетнего Егора уже были права. Так и добрались до моего дома: впереди ехал Егор на их автомобиле, а Артём Игоревич управлял моей машиной, следуя за сыном позади.

Мужчина очень старался успокоить меня, рассказывал различные забавные случаи. Но я практически не слушала его, из головы не выходила мысль, я пыталась понять, действительно ли призрак пытался меня убить, подстроив аварию, или это нелепая случайность.

Если это была попытка убийства, то, что же такого я могла сделать, что незнакомая женщина затаила злобу, которая не даёт ей покоя, даже по ту сторону бытия?

Я искренне пыталась вспомнить, что же могло вызвать ненависть у этой женщины. Всплывают обрывочные куски воспоминаний, предположений — возможно, я случайно задела в толпе, или прошла мимо, не уступив дорогу.

Но это ведь ерунда! За это не убивают, так что же такого я могла ей сделать? Может быть, в детстве что-то произошло? Или она была связана каким-то образом с Максом?

Ничего так и не пришло в голову, я никак не смогла её вспомнить. Хотя лицо, смутно знакомо.

Может быть, я просто похожа на кого-то другого? Она пришла ко мне за помощью и ошибочно принимает меня за другого человека.

Все эти мысли кружились в голове, но я так и не смогла прийти к пониманию ситуации.

Поёжилась. Показалось, что снова стало холоднее, как тогда, в доме, когда впервые появилась эта женщина. Но в машине, кроме меня и нового знакомого, никого не было. Может, меня мурашит просто от стресса? Но внутри неприятно похолодело и засосало под ложечкой. Я чувствовала, что грядёт что-то плохое. Интуиция меня редко подводила.

Не могу бездействовать, но что делать, тоже не представляю. Тихо хмыкнула: тут даже в полицию не пойдёшь, чтобы эту психованную нашли.

Нужно было как-то разобраться в этой ситуации и понять, как избежать беды. Вот только пока в голове не было ни одной идеи, кроме той, что надо бы поговорить с Димкой. Может, ему удастся, что-то выяснить.

Ой, ладно… Подумаю об этом завтра, на свежую голову, а сейчас горячий чай, рюмочку коньяка и горячий душ… Однозначно, а то помру, и помощь от призрака не понадобится… Нервы, ни к чёрту!

​

​

***

Артём Игоревич оставил свой номер телефона и даже номер супруги на всякий случай, если вдруг мне всё же понадобится помощь. Мужчина хотел проводить меня до квартиры, чтобы убедиться, что всё будет хорошо, я отказалась.

В конце концов, не маленькая девочка, они и так с сыном мне очень помогли.

Редкость в наше время такое искреннее отношение и доброта к незнакомому человеку.

Попрощавшись, я взяла сумку с заднего сидения автомобиля и направилась к подъезду.

Облака затянули ночное небо, спрятав луну. Мороз жалил, кусал за щёки ещё сильнее, чем днём, я, постояв с минуту, провожая взглядом автомобиль Игнатовых, поспешила зайти в помещение. Очень хотелось поскорее забраться в ванну.

Войдя в подъезд, машинально отметила, что опять какие-то проблемы с освещением: лампочка монотонно мигала, то потухала, то загоралась вновь. Память сразу подбросила картины из фильмов ужасов, где точно так же моргали лампочки, и за углом поджидали злодеи с пилами наперевес. В моём же случае — толпа кошмарных призраков. Хмыкнула и, не смотря, на попытки угомонить мозг, лестница, которая ждала меня, уходя вверх, в темноту, вызывала дрожь в коленках.

Выдохнула. Поднялась на пролёт вверх и нажала кнопку вызова лифта, которая никак не отреагировала на мои действия.

Снова нажала на неё, но, кажется, лифт был сломан.

Устало вздохнула: что ж мне сегодня так везёт-то… Только казалось, что всё устаканилось, так нет же… неприятности сыплются, как из рога изобилия.

Я поднимаюсь по бетонным ступенькам, а по спине бегут мурашки. Не тороплюсь, иду аккуратно, держась за поручень. Боюсь, что может снова стать плохо, так как головокружение изредка ещё накрывало. Да и не хотелось бы оступиться в темноте.

Некоторые пролёты полностью тонут в темноте, видимо, снова хулиганы повыкручивали лампочки. Радовало, что хотя бы не все подряд.

«Управы на них нет».

Правда, толку от оставшихся всё равно было мало, так как свет продолжал мигать. И по этой причине какой-то иррациональный страх и тревога продолжали расти.

В какой-то момент, напряжение достигло предела, а, возможно, я просто что-то почувствовала. Я резко остановилась и подняла глаза вверх. То, что я увидела, меня не порадовало. На лестничной площадке, едва различимая в сумраке стояла женская фигура.

В голове пульсировала мысль: «Нет! Проклятье! Нет! Только не она, почему снова она?!»

Глаза призрака слабо светились во мраке, словно угольки дьявольского огня, и я ощутила, что передо мной нечто и правда злое, опасное. Сердце захлебнулось страхом, заторопилось, а кожа покрылась липким потом.

— Кто ты? Что тебе от меня надо? — хрипло выдавила я, чувствуя, как слова застревают в горле.

Она не ответила, но этот взгляд, наполненный злобой и жестокостью, был ощутим даже сквозь полумрак подъезда… Думаю, если бы она могла, я бы уже на месте в пепел превратилась. Настолько остро чувствовалась её ненависть.

Я уже поняла, что призраку этой женщины моя помощь была не нужна. Но ведь что-то ей от меня надо, иначе, зачем она здесь?

— Ответь мне, почему ты преследуешь меня? Что ты от меня хочешь? — я всё же задаю ей вопрос, может, хоть какого-то ответа, да дождусь.

— Ты… — голос призрака прозвучал так, словно с силой провели металлом о металл. От этого скрежета меня передёрнуло.