— Справедливо… Я также должен продолжать работать в баре. Так будет естественнее всего. Слухи здесь распространяются быстро, и я не хочу, чтобы за тобой следовало больше драмы, — говорит он, и я не могу соврать, что что-то разливается у меня в животе от того, как он на меня смотрит, когда произносит это, — будто стайка бабочек вспорхнула.

Я быстро моргаю.

— Да, это легко. Я могу писать, пока ты работаешь.

Он медленно вдыхает через нос, затем потирает подбородок.

— Хорошо, Фредди… три недели. Мы сможем это пережить — три недели.

— О, мы это переживем, еще как.

В этот раз я не сверлю сумку взглядом и не говорю ей заткнуться, а просто немного теряюсь, глядя в его глаза.

Что только что случилось с моей жизнью?

Глава 7

Дов отвечает на мою паническую переписку в течение тридцати секунд — значит, либо она между встречами, либо почувствовала возмущение в ведьмовской силе.

Я печатала под столом, пока Лиам приносит нам добавку, мои большие пальцы летают.

Три точки. Затем телефон звонит.

— Девочка, какого хрена там происходит?

— Я не знаю, — говорю я, наблюдая, как Лиам садится напротив с двумя свежими кортадо¹, и мое сердце уже колотится при взгляде на них. — Я просто…

— Слушай, не то чтобы я не хотела с тобой поговорить, но дай трубку Лиаму. Он там, да?

Я киваю, будто она это каким-то образом увидит, и затем передаю телефон ему.

— Дов хочет с тобой поговорить.

Я очень внимательно слушаю, сжимая в руках маленький стаканчик, коленка подпрыгивает, пока Лиам отвечает на несколько основных вопросов, пересказывая то, что мы только что обсудили. Затем я слышу, как она что-то говорит на том конце, но не разбираю, что именно. В какой-то момент Лиам с чем-то соглашается и возвращает мне телефон.

— Ты здесь, Фредди? Ладно… как ведьма, мы много изучаем проклятия. У них очень строгая структура, и знание того, как действовать в рамках проклятия, — это основа магии. Как бы я редко рекомендовала тебе просто жить с незнакомцем три недели, вероятно, тебе безопаснее всего жить у Лиама. Его энергия — сильнейший противовес Талассе, а ты буквально ходишь с мишенью на спине без нее. Я не знаю, стала бы она тебя, ну знаешь, убивать или что-то в этом роде, но я ей не доверяю, а Лиаму доверяю.

Я настолько ошеломлена, что пялюсь на него, пытаясь осознать, что мне придется жить с этим мужчиной?

— Дов, это все правда? — спрашиваю я, слегка поворачиваясь в кресле, чтобы дать Лиаму спину. — Я, честно говоря, немного паникую.

Лиам, кажется, наклоняется, будто хочет предложить мне утешение, но на этом все и заканчивается.

— Не буду врать, девочка, это не круто. Хотела бы я приехать. Но семья Лиама старая и обладает большой силой. Он в безопасности, поняла? Таласса не может рискнуть причинить тебе серьезный вред, иначе ее закроют. Но она очень зла, и ее проклятие может сработать с большей отдачей, чем ожидалось. Пожалуйста, это ради твоей безопасности. Я не люблю такие проклятия, пропитанные горечью. Они размазываются по краям.

— Ладно, пожалуйста, будь на связи как можно чаще, — говорю я.

Она тепло смеется на том конце.

— Ага, звони или пиши когда угодно, слышишь?

— Спасибо, Дов.

— И знаешь что, получай удовольствие. Лиам — завидный экземпляр.

— Ага, еще какой.

Я смотрю на Лиама, который приподнимает бровь. Я вздыхаю и нажимаю красную кнопку отбоя.

— И что же я, по-твоему? — игриво спрашивает он.

— Любопытный.

Тут его губы расплываются в широкой улыбке, обнажая довольно красивые зубы и офигенную улыбку.

— Я не думаю, что там это было сказано.

Я замолкаю на мгновение, потому что, честно говоря, чем больше я на него смотрю, тем красивее он мне кажется.

— Значит, она сказала тебе, что рекомендует мне жить у тебя?

Он несколько раз кивает.

— Да, я тоже с ней согласен. Ты не против?

— Думаю, у меня нет выбора.

— Все в порядке, Фредди. Мы сделаем это так, как тебе будет удобнее, хорошо?

Я почти осушаю кортадо залпом, кофеин быстро попадает в кровь.

— Ладно… ладно, хорошо. Поехали за моими вещами.

Мы идем обратно к пляжному домику Дов вместе, и я сразу замечаю, что ничего не пытается меня убить. Никаких бешеных цветочных горшков. Никаких чаек-камикадзе. Никаких загадочных луж. Солнце теплое, ветер соленый, и худшее, что случается, — это комментарий ракушки о том, как волосы Лиама ловят свет.

— Выглядит как жидкое серебро, когда солнце попадает на них. Нам нужно их коснуться.

— Ты хочешь потрогать мои волосы? — спрашивает он, и в его голосе звучит игривость, которая меня одновременно и ободряет, и пугает за себя. Мне очень нравится, как он со мной флиртует.

— Я просто заметила, что они точно не похожи на нормальные человеческие волосы, — отвечаю я, мельком глядя на него, пока он идет рядом.

— Под водой они выглядят по-особенному, знаешь ли.

— То есть ты настоящий мэрмен?

— Ага, который проводит слишком много времени на суше.

— Ладно, я много раз здесь была, но никогда не сталкивалась с большим количеством… ну, как бы тебя классифицировать? Магического человека?

— Потому что мы обычно не живем в самой Бухте.

Я смотрю на него, и часть меня осознает, что есть шанс, что он может быть моей буквальной истинной парой. Нет, все еще не могу это принять.

— Тогда почему ты здесь?

— Из-за морской ведьмы. Она делает пребывание в океане невыносимым.

— А, — отвечаю я, поворачиваясь вперед и замечая домик Дов.

Тишина буквально неловкая, но скорее из-за того, что мы рядом друг с другом по очень конкретным причинам. Ну о чем нам вообще говорить? Ему нормально в тишине? Мы когда-нибудь обсудим это «мы предназначены друг для друга»?

Я пытаюсь отогнать эти мысли и вхожу в домик. Мне требуется десять минут, чтобы собраться, потому что я никогда толком и не распаковывалась. Лиам ждет в гостиной, разглядывая книжную полку Дов с руками в карманах, и я стараюсь не думать о том, что этот нелепо красивый мужчина стоит в моей временной гостиной, пока я запихиваю белье в чемодан в соседней комнате.

— У нее хорошая коллекция книг, — кричит он. — Особенно по кельтской мифологии.

— Ты любитель мифологии? Это особенность мэрменов?

— Это особенность «я почти шесть лет торчал на суше и больше заняться было нечем».

Я смеюсь так громко, что роняю туфлю, что кажется опасным во многих смыслах. Я не чувствовала чего-то подобного со времен Томми. Я хватаю свои три чемодана — потому что да, я планировала остаться здесь надолго — и выкатываю их в гостиную. Лиам смотрит на них. Смотрит на меня.

— Ты собралась надолго.

Я опускаю руки по бокам, затем ставлю их на бедра.

— Да, я не очень хотела возвращаться домой в ближайшее время.

Все еще с руками в карманах, он поворачивается ко мне и медленно делает шаг вперед.

— Почему?

— О, ты не хочешь знать.

— Ну, я вроде как хочу.

На моих щеках появляется румянец, и это заставляет меня понять, насколько я была одинока, если даже малейший намек на то, что горячий мужчина проявляет ко мне доброту, полностью меня разматывает.

— Ну, мой бывший разбил мне сердце около года назад. Я в основном его пережила, но застряла в этом промежуточном состоянии, где я еще не новая я. И я в основном здесь, чтобы сосредоточиться на книге и уложиться в дедлайн.

Лиам медленно достает руки из карманов и берется за верхушки моих чемоданов.

— Я отнесу это к твоей машине, и мы поедем ко мне. — Затем его взгляд встречается с моим, и мое сердце слегка трепещет. — Приятно знать, что ты свободна.