Я быстро прикинул что к чему. Брать десять процентов за такое уникальное устройство — слишком щедро. Не будь я Хоран Мрадиш! Но и грести все осколки тоже как-то не по-божески. Я ведь теперь конунг, заботящийся о благополучии граждан.

— Внемлите, дорогие фермеры Нирдхолда! Отныне за использование алтарного артефакта устанавливаемся новый тариф! Двадцать процентов или каждый пятый осколок уходит в казну города. Нирдхолду необходимо расплачиваться по долгам, наращивать стражу, расширять артефакты и многое другое. Все добытые осколки пойдут на благое дело!

— До это ж натуральный грабеж!

— Дело добровольное. Хотите — пользуйтесь алтарем Мрадиша, хотите — нет, — пожал я плечами равнодушно.

Фермеры принялись переговариваться и вести подсчеты. Некоторые из них были вполне себе грамотными. Даже на бумаге записали результаты первых экспериментов.

Вердикт вынес Гильятерис:

— Выходит, все равно намного прибыльнее, — протянул фермер нехотя. — Выгоднее делать забой на алтаре, даже с учетом нового налога!

Скотоводы Нирдхолда отчаянно загудели, активно обсуждая новую информацию.

— Вот видите! Хоран Мрадиш заботится о своих подданных, кши-ши-ши!

[Бьескарн]

Проверка экипировки не заняла много времени. Жена ухаживала за обмундированием вечером, после смены, так что наутро все блестело и сияло.

Любимая супруга помогла ему облачиться в достаточно прочные, но гибкие доспехи из кожи саламандры. Броня ко всему прочему отлично дышала, так что даже в знойный полдень солдаты потели не столь обильно. Ночью же чешуйчатые доспехи помогали согреться. Бьескарн был в целом доволен своей экипировкой.

Надев доспехи, молодой стражник приторочил к поясу ножны и проверил как выходит его чуть изогнутый клинок. Зачарованная сталь загадочно блестела, отражая лучи восходящего солнца. Меч ему достался от отца, который тоже служил в городской страже.

Отец ушел на пенсию, когда здоровье начало его подводить, и передал свою сверхценную экипировку и гурда наследнику. На зачарованный клинок Бьескарну иначе пришлось бы копить лет десять. Или брать кредит у ростовщиков. Некоторые стражники делали так ради качественной экипировки, но влезать в кабалу ему очень не хотелось. Отец еще в целом мог продолжать служить в страже — опыта ему было не занимать, но он решил, что сыну снаряжение нужнее.

Родитель нашел себе местечко в гурдюшнях. Заработок не ахти какой, но на хлеб с маслом хватало. Да и Бьескарн поддерживал родню звонкой монетой.

— Сегодня его сиятельство будет запускать новую очередь Водного артефакта, говорят, — поведала жена, поправляя воротник.

— Да? И почему нам об этом не доложили. Мы ведь дежурим возле артефакта, — проворчал Бьескарн. — Пора идти!

— Береги себя! Попробую заняться стиркой, — вздохнула жена, чей живот уже серьезно выпирал. Отчего даже простые домашние дела порой вызывали трудности.

Бьескарн оставил беременной супруге дежурный поцелуй и двинулся на выход. Оседлал своего верного гурда и направил скакуна в сторону главной площади. Последние несколько недель Бьескарн заступал на дежурство возле Водного артефакта. Говорят, заготовка была сделана из чистого золота и стоила баснословных денег. Поэтому стража следила, чтобы никто на нее не позарился.

Смены длились по двенадцать часов. Затем двенадцать часов отдыха. В месяц давалось несколько выходных. Суровый график, но и платили достойно.

Ранее стражники начали роптать из-за постоянных задолженностей, но конунг Бьярнум, да будет ясным его день, повелел исправить сию несправедливость. Стража получила выплаты от города за все долги.

Насчет нового конунга ходила разная молва. Говорили, что он донельзя жаден, и не станет выплачивать полный заработок солдатам. Но лишь время покажет, как Резонансный маг будет управляться с городом.

Люди здоровались с городским стражником. В Нирдхолде у них в целом сложилась позитивная репутация. Хотя, конечно, не бывает стада без паршивой овцы. Встречались в страже нечистые наруку. Те, кто сливал информацию теневому миру Нирдхолда, брал взятки и устраивал произвол. Но Бьярнум прогнал многих из тех стражей, кто запятнал свою репутацию, так что отношение жителей улучшилось. Их уже почти не называли за глаза помойными ксаргами.

— Бьескарн, ты ли это? Подрос — не узнать! — донеслось вдруг со стороны старого дома, который он считал заброшенным.

— Старик Лемейн? Откуда ты тут?

— Да вот решили всей семьей перебраться обратно в Нирдхолд. Продали старое стадо, здесь заведем новое. В Нуэзе не прижились особо. Да и старший сын подрос почти. Боимся, как бы в армию его не забрали. Нуэзийцам только и шли похоронки после Ашурской резни…

— Так это наш конунг постарался, — хмыкнул Бьескарн.

— Вот и я подумал, что лучше уж жить здесь, под защитой Лучезарного мага, чем в его врагах ходить.

— Мудрое решение. Говорят, даже Боги не могут с ним совладать! Как в Нуэз обстановка?

— Терпимо в целом. Народ рад, что война с Сумеречными закончилась. Только старик Унзар не любит сидеть без дела. Точно новый поход организует. Так что молодняк лучше поберечь. Империя перемалывает людей словно зерно в жерновах!

— И на кого Нуэз пойдет на этот раз? Уж не на Пустоши ли?

— Может и сюда явится, — заметил переселенец. — Мрадиша император ох как невзлюбил, да и эльфы на него злы.

— Тогда почему ты выбрал Нирдхолд? Ведь здесь может быть опасно.

— До Нирдхолда еще дойти надо. Стены кратера наш защитят. А Лучезарный маг разобьет любую армию!

— Как-то вы слишком большого мнения о нашем конунге. Их недавно чуть не прибили в Арьяджи, — потрепал гурда по холке Бьескарн. — Меньше сплетням верьте. Мрадиш — сильный маг, но не Бог…

— В любом случае, пока есть вода, мы не пропадем! — ответил переселенец самоуверенно.

— Мне надо спешить, — спохватился Бьескарн и дал команду гурду. — Удачи на новом-старом месте, старик!

Новые стройки то тут, то там вспыхивали в городе. Многие люди возвращались в пустующие дома. Другие переселенцы ставили новые жилища. За последние месяцы обстановка в Нирдхолде кардинально изменилась. Не сразу, но люди из окрестных Вольных Городов и королевств прознали про улучшение ситуации в поселении. Начался постоянный приток населения. Бьескарн привык видеть новых людей в городе. И не только временных гостей возвышения, но и постоянных переселенцев.

На площади уже началось столпотворение. Не столь активное, как во время первых запусков Водных артефактов. Постепенно народ привык и начал воспринимать дополнения как обыденность.

Водный артефакт покрывал уже приличную площадь. От изначальной задумки отказались. Артефакт почти полностью закрыл собой пруд — использовали все возможности Точки Резонанса. Сам водоем, откуда черпали воду, сместили в сторону.

Вокруг артефакта велись строительные работы. На деревянном кране поднимали широкую серебристую сеть, в центре которой творилась волшба. Каменные стены вырастали прямо из воздуха!

Похоже, Мрадиш всерьез взялся за сбережение Водного артефакта и наконец начал выстраивать защитные укрепления. Кипела активная работа.

— Где тебя носит? Я уже должен десятый сон видеть в койке! — недовольно произнес стражник и зевнул.

— Солнце еще не показалось из-за кратера, так что нечего злословить, — махнул рукой Бьескарн. — Пост принял.

— Пост сдал.

Стражник получил краткий отчет о происшествиях за ночь, после чего распрощался со сменщиком и заступил на дежурство. Бьескарн вместе с сослуживцами разъезжал по площади и высматривал разные подозрительные лица. В последнее время стало сложнее выискивать негодников, ведь новых лиц с Нирдхолде появилось множество. Так скоро город разрастется, и станет невозможно помнить всех вокруг!

Ученица конунга долго возилась в зоне Водного артефакта, совершая одной ей ведомую волшбу. Наконец госпожа Эббот закончила работу и передала сообщение через небольшой жезл связи. Удивительные артефакты, которые постепенно начали поступать в стражу.