Когда Кузнич «разбудил» меня, я первым делом мысленно позвал майора. И с горечью осознал, что больше не слышу его немного ироничный, уверенный голос. То, что я ощутил, было настоящей пустотой. Маги сработали просто отлично, виртуозно отделив матрицу души Субботина от моей личности. Ещё предстояло пройти несколько тестов, чтобы убедиться, что я — это я. А вот Григорий…

Пока проверяли княжича, я попал в крепкие объятия отца. Не знаю, может, он тоже испытывал некоторое разочарование, что лишился тайного оружия, но в ближайшей перспективе наша семья получала безопасность. Пусть теперь канцлер балуется новой игрушкой, пока не поймёт, что его надежды не оправдались.

— Что скажешь насчёт княжича? — тихо спросил старший Дружинин.

— По первому впечатлению, Субботин не смог полностью заместить его, — пробормотал я, внимательно наблюдая за человеком, который ещё вчера еле-еле языком ворочал и не мог самостоятельно встать с кресла. А сейчас Григорий хотя бы твёрдо держится на ногах и сносно разговаривает.

— Хм, ладно, присмотрись к нему получше, — попросил отец. — Я ещё пару дней пробуду в Москве, чтобы подписать документы на открытие филиала, а потом улетаю в Оренбург. Дел невпроворот.

Я кивнул и снова стал следить за княжичем. В какой-то миг он повернул голову в мою сторону и словно в задумчивости дёрнул себя за мочку правого уха. Неуловимая улыбка появилась на его губах и снова пропала. А вот взгляд изменился, стал острым, цепким и внимательным. Совсем не таким, которым меня Григорий встретил вчера в своей комнате. Пропала пустота, безразличие и покорность. Вот и думай теперь, кого больше в этом человеке: княжича Шуйского или майора Субботина. Но я про себя облегчённо вздохнул. Авантюра завершилась успешно, и теперь оставалось только ждать, закрепится ли душа тёзки в сознании Григория.

Он подошёл ко мне и протянул руку.

— Спасибо, Миша, — большей искренности в голосе вряд ли можно было услышать. — Не каждому под силу расстаться с таким подарком. Как давно я себя живым не чувствовал!

Пусть все думают, что молодой Шуйский искренне благодарит меня за своё спасение. Я ощутил крепкое, душевное пожатие, нисколько не сомневаясь, что передо мной стоит майор Субботин. Но всё равно надо с ним поговорить наедине, провести своеобразный тест, чтобы полностью развеять сомнения, когда улягутся эмоции в доме канцлера. Представляю, что там будет твориться, когда парень вернётся в семью прежним!

— Господа, спасибо за помощь, — сухо произнёс Шуйский, поглядев на медиков-целителей, так и стоявших в сторонке. Они не знали, что делать, а уходить без разрешения князя опасались. — Можете быть свободны. О том, что здесь произошло, прошу пока молчать. Никакой утечки информации! Я сам объявлю о чудесном выздоровлении княжича. Вам понятно?

— Да, Ваша Светлость, — ответили вразнобой целители; они спокойно выслушали предупреждение князя и явно не собирались тут же извещать весь белый свет о радости, посетившей семью Шуйских. Один из медиков добавил: — Поздравляем вас, Александр Александрович. Ритуал был проведён мастерски.

Шуйский кивнул и повелительным жестом отпустил людей в белых халатах восвояси. Меня удивило, что князь чересчур спокойно воспринял изменения в своём младшем сыне. Он даже не обнял Григория в порыве радости, держа эмоции в узде. Словно стыдился своих чувств перед посторонними. Или продолжал играть роль бесстрастного высокопоставленного деятеля — только ради чего? Перед тобой родной сын стоит, живой и здоровый! Да улыбнись хотя бы!

А не боится ли он Григория? Вдруг держит в голове самый худший вариант для себя? Если князь допускает, что сейчас вместо сына симбионт, чьё поведение и мотивацию невозможно просчитать за столь короткий период.

— Господа чародеи, я благодарю вас за отлично проделанную работу, — голос Шуйского оставался сухим, как и прежде. — Карп, моя награда будет щедрой. Марк Кузьмич, я убедился, что в Империи ещё остались профессионалы старой школы. Чем могу отблагодарить вас?

— А что самое ценное для таких стариков, как я и Карп? — Кузнич развёл руками. — Разве только одно: получить допуск в спецхран, где хранятся старинные книги по магическому искусству. Ходят слухи, что ещё во время Великой Войны в Россию из Австро-Венгрии и Валахии были вывезены ценные манускрипты и гримуары эпохи Священной Римской Империи. Хотелось бы взглянуть на них хоть одним глазком.

— Зачем одним? Двумя полезнее будет, — усмехнулся канцлер. — Александр Александрович, вы же ещё планировали остаться в Москве?

— Да.

— Отлично. Я постараюсь получить разрешение у Его Величества на посещение спецхрана. Не сомневаюсь, что оно у вас будет. Вы же знаете, где находится здание архива, Марк Ефимович?

— На Старой площади…

— Верно, — кивнул Шуйский и хлопнул по спине Григория, с любопытством разглядывающего Алтарный зал. — Пошли, сын. Семья заждалась тебя.

…Дворец Шуйских взбудоражено шумел до поздней ночи. Никто, казалось, не собирался ложиться спать, собравшись в семейной гостиной.Даже Дмитрий и Константин со своими жёнами и детьми, приехавшие в родительский дом поддержать мать и сестру, решили здесь переночевать. Понятно, что в такой обстановке невозможно было поговорить с Гришей. Его не отпускали ни на минуту, словно хотели излить на него всю любовь и ласку, которую не могли дать во время болезни. А я с отцом и Марком Ефимовичем после торжественного обеда разошлись по своим комнатам. Вернее, отец с чародеем уединились в его гостевых апартаментах, а я воспользовался случаем и пришёл в гости к Луизе. Плевать, что подумают о нас бойцы Ильхана — я соскучился по рыжей. Она видела, каким взбудораженным я ввалился в её комнату и не сопротивлялась моему натиску.

— Как всё прошло? — главный вопрос Луиза задала спустя долгое время, когда мы затихли на измятой постели, прижавшись друг к другу. — Страшно было?

— Нас чародеи усыпили, — усмехнулся я, накручивая рыжий локон на палец. — Я валялся на полу, как бревно. Каким образом из меня вытаскивали симбионта, не знаю.

— И как теперь себя чувствуешь? — тихо спросила девушка, поглаживая меня по спине.

— Пусто. Словно лучший друг навсегда покинул тебя. Знаешь, что он живёт где-то рядом, но никогда больше не встретится с тобой, не споёт свои песни, не побренчит на гитаре.

— Так это благодаря его музыкальному таланту ты девичьи сердца охмурял? — засмеялась Луиза.

— А я не просил, он сам инициативу проявил, — усмехнулся я в ответ и поцеловал обнажённое плечо рыжей. — Но, знаешь, мне будет не хватать тёзки. Честно. Было что-то в нём удивительно хорошее, правильное…

— Так он никуда не делся, — возразила девушка. — Теперь ты можешь общаться с Григорием, как со своим другом. Кстати, как он перенёс ритуал?

— Крис, я не знаю, кто на данный момент контролирует тело княжича. Он ни на секунду не остаётся один. Семья словно с ума сошла от радости, даже не приглядывается к Григорию.

Луиза освободилась от моих объятий, слезла с кровати, накинула на себя халатик и направилась к окну. Приоткрыв окно на полпальца, она закурила и осторожно направила дым на улицу, уже погружающуюся в сумрак вечера.

— Чёртовы дымоуловители, — пояснила она, держа руку с сигаретой наружу. — Понатыкали везде, где только можно. Здесь-то их нет, но я боялась, что дым начнёт просачиваться через дверь в коридор. А потом плюнула и решила при открытом окне курить.

— Застудишься, — я приподнялся на локте и смотрел на Луизу, изучая изгибы её тела под полупрозрачным халатиком. — Или хочешь сказать, тебе внедрили усиленные импланты иммунной системы?

— Да чего только в меня не напихали, — отмахнулась рыжая. — Но об имплантах сексуальной выносливости даже не подозревала.

Она хихикнула и быстро затянулась сигаретой.

— А что, такие тоже есть? — откровенно удивился я.

— Ну а что я должна подумать после трёх твоих подходов к моему телу? Ни малейшей усталости не чувствую, даже ещё хочу… Да шучу я, шучу! Смотри, как разволновался!