Первая серебристая нить дёрнулась к пальцам. По рукам прошла судорога, энергия добралась до груди, и три центра отозвались одновременно жадными укусами. Каждый попытался перехватить поток у другого, из-за чего каналы будто натянулись, а под кожей вспыхнул фиолетовый свет.

— Ты перегружаешь второй центр, ментальный, раздели потоки. — продолжал свои наставления Имперец.

Алекс что-то процедил сквозь зубы, кажется, выругался, но даже так послушно выполнил все команды. Часть энергии устремилась глубже, другая часть вернулась в кристалл, и нагрузка наконец выровнялась. Следующий поток дикой пси проходил легче. Со стороны казалось, что ученик почти не двигался, зато энергетическая картина перед Астерионом менялась с каждым ударом сердца.

Именно эта картина начала беспокоить Первого сильнее всего. Обычный псионик такого уровня потерял бы значительную часть запаса на несовместимости и на невозможности своевременной очистки. Поэтому для кристаллов, пси-камней и других ресурсов, использовали специальное оборудование, и усиливающие контуры с резонансом. Алекс же впускал поток внутрь и разбирал его почти на ходу, сохраняя намного больше, чем должен был.

Не без боли, но достаточно чисто, чтобы пожилой Имперец несколько раз перепроверил, точно ли он все правильно видит?

Очередная порция силы вошла фиолетовой дымкой, задержалась у основного центра и потеряла собственный цвет, становясь частью ученика. Первый прекрасно знал сам принцип. Методы их пробуждения могли так же. Вот только в отличие от дикого примитива, они создавались из бесчисленного количества успехов и ошибок, и не ради обычного накопления. А вот система Алекса… она словно создана, чтобы менять и присваивать силу своему владельцу.

Ученик, похоже, оказался талантлив даже в этом, и Астериону это не нравилось почти так же сильно, как впечатляло. Ведь талант без понимания, часто мог плохо кончиться. Особенно у тех, кто сначала лез в неизвестное, а потом спрашивал о возможных последствиях.

— Сбавь темп, Алекс, ты слишком быстро начинаешь терять равновесие между своими центрами. — раздалось от старика.

На этот раз ответа не последовало. Вместо этого кристалл тихо загудел, а знак на груди ученика запульсировал, а нанокостюм разошёлся вокруг метки.

Три небесных тела над изломанными холмами налились ярким светом, а между ними появилась тончайшая линия, которой мгновение назад точно не было.

Астерион шагнул ближе и впервые повысил голос.

— Алекс, если слышишь меня, немедленно ослабь поток.

Но ученик уже не реагировал, и следующий вдох сделал внутри собственного мира.

Тот, как всегда, встречал плотной тишиной. Под ногами лежал знакомый бледный камень, вокруг стояли высокие деревья, чьи кроны исчезали в далекой тьме. Вот только кое-что было в новинку. А именно те самые три небесных тела, висящих вдалеке, над головой. Между ними тянулись тонкие нити, и одна из них почти доставала соседнюю, прежде чем резко оборваться.

— Красиво получается, хотя для человека, который опять полез вперёд раньше времени, довольно опасное решение. — знакомый голос заставил повернуться.

Воплощение силы сидело на краю каменного выступа. Всё тот же силуэт, похожий на меня, только вместо глаз клубилась антрацитовая энергия, а края тела распадались тёмным дымом, как если бы существо обретало собственное «я».

— Мог бы появиться и немного раньше, я как раз собирался начать задавать тебе свои неудобные вопросы. — ответил Аспекту, которого, на самом деле, даже рад был видеть.

— Именно поэтому и не торопился. — в ответ развел он руки. — Иногда мне очень нравится наслаждаться несколькими мгновениями тишины перед чередой твоих вопросов.

— Так, раз уж я тут, то давай к делу. — потер ладони. — Правильно понимаю, что сейчас уже перехожу на третью ступень? — спросил у него, приблизительно ощущая изменения в собственной силе, впервые контролируя этот процесс полностью.

— Почти. — утвердительно кивнул он. — Ты ещё не перешёл, просто наконец подошёл достаточно близко, чтобы увидеть дальнейшую дорогу.

Он спрыгнул вниз, и от места, где ноги коснулись камня, разошлась тёмная волна. Под нами проступил колоссальный знак, только теперь от каждого из трёх небесных тел к центру уходила тонкая дуга, пытаясь соединиться с единственной точкой.

— То, о чем не успела поделиться с тобой Вейла, это суть третий ступени. — начал издалека Аспект, показывая, что в этом вопросе он осведомлен лучше меня. Вот тоже вопрос, откуда? Но задавать его не спешил, внимательно слушая объяснение. — На твоем языке её имя звучит как «Гла’асс», если проще, она показывает твою связь с Изнанкой, усиливая ваш контакт.

— Звучит крайне философски, и чертовски напоминает объяснение Вейлы. Но от этого понятнее не стало. — хотел подвести итог сказанному, но вместо этого собеседник меня перебил.

— Ей было бы особенно обидно это слышать, ведь она с тобой всегда была максимально честна и открыта. — цокнул Аспект, показывая напротив себя.

Я присел возле знака, который всё ещё оставался в своем текущем виде, и провел пальцами над центральной точкой, откуда, по идее, и должны были приходить изменения.

— Давай тогда прямо, что именно мне надо сделать, чтобы пройти дальше? — задал вопрос в лоб, совсем не желая играть в нелюбимую угадайку.

— В первую очередь перестань считать три центра отдельными мешками с энергией. — язвительно ответил Аспект. — Потом разберись с тем, какой силой владеешь, и тем, что постоянно тащишь внутрь себя. А дальше уже решишь сам.

— То есть правильно понимаю, что как всегда, нормальной инструкции ждать не стоит? — решил на всякий случай уточнить, а то мало ли это его шуточки, за которыми кроется глубокая истина.

— Ну, почему же… — протянул собеседник. — Инструкция есть, просто она тебе не понравится. Третью ступень нельзя открыть количеством энергии, не в твоем случае. На этой стадии сила должна претерпеть фундаментальные изменения, и перестать быть «набором» инструментов. Понимаешь?

Нет, истина там не кроется.

Я невольно вспомнил последние тренировки с Астерионом. Корабли, которые в какой-то момент перестали быть отдельными точками и превратились в единый организм, в единую систему, где все было взаимосвязано. Может, это точно такой же подход, только более философский?

— Получается, ты хочешь сказать, что у меня всё связано со всем. — ладонь сама собой устремилась к затылку, где неприятно распространялся зуд.

— Да, именно это я тебе и собирался сказать, потому что здесь действительно всё связано. — с явным удовольствием ответил Аспект, банально перефразировав мои же слова.

— Иногда мне кажется, что вы с Вейлой — две стороны одной медали, при этом обе черные.

— Ну, кто знает, кто знает. Может ты и не так уж не прав. — загадочно прошелестело существо. — Но подумай, куда бы ты делся без нас?

— Вот после таких вопросов тебе точно лучше немного помолчать. Хватит принижать мои собственные достижения.

Нити над головой одновременно вспыхнули. В реальности же я всё ещё чувствовал кристалл и далёкий голос Астериона, но здесь каждый поток оставлял новую линию. Знак Умбры не исчезал, вместо этого вокруг него формировалось продолжение, а в центре трёх дуг зарождался тёмный круг со светлым ободом, чем-то отдаленно напоминая глаз.

— Ты действительно близко, но если сейчас попробуешь продавить переход одной энергией, закончится всё плохо. — Аспект впервые за разговор говорил без издёвки.

— Насколько плохо, если я всё-таки попробую закончить переход прямо сейчас? — уточнил у него, потому что действительно чувствовал, что ещё чуть-чуть, и все будет готово.

— Мне, возможно, даже будет интересно посмотреть на такой результат, а вот тебе самому почти наверняка уже нет.

Вот опять он это делает, опять свои загадочные ответы. Ну почему нельзя разговаривать нормально? Что с их воспитанием? Видимо кому-то мало ремня в детстве давали.