Снизу и сверху раздавался шум и громкие голоса. Но это был самый приятный звук, под который я когда-либо засыпал.

Утро началось со звонка телефона. Никто за эти дни не звонил мне, поэтому смартфон валялся где-то в комнате. Сначала, я попытался спрятаться под подушкой, от надоедливого звука, уложив ее себе на голову. Но проклятый трезвон проникал и под нее.

Потом я сообразил, что звонит телефон. Вскочил. Долго ходил по комнате, разыскивая смарт. Телефон ненадолго заткнулся, и снова принялся раздражающе гомонить. Надо будет поменять звук звонка.

Наконец, я нашел его. Ряд цифр — номер звонящего — ничего мне не сказал. Я нажал зеленую кнопку.

— Алло!

— Вот это ты учудил сегодня ночью! — весело сообщил молодой голос. — Да тут вся прислуга на ушах. А майордом не встает с постели.

— Кто это?

— Лева, я начинаю переживать, вдруг ты снова сошел с ума! Это Глеб, твой любимый брат!

Голос в трубке перешел на смех. В сложившихся обстоятельствах, действительно, из двух моих братцев, Глеб, куда больше располагал к себе.

— А, — протянул я. — Неужели это вызвало столько шума?

— Ха-ха, да еще какого! Виталька в ярости, он же считает себя хозяином во дворце! Вызвал майордома, чтобы как следует пропесочить его. А тот, хитрец, слег в постель.

Что хитрец, это точно.

— Говорят, ты там саблей махал, грозился отрезать ему все, что этому жирдяю давно не нужно! Правда?

— Привирают. Только то, что ему необходимо.

Снова смех.

— Ну, ты отжег! Давай встретимся, поговорим. Очень уж интересны подробности.

— Давай. Но я только встал, поэтому, позже. А откуда ты номер мой достал?

— Да там целое расследование. Главный по связи во дворце, кочевряжился. Но куда он денется.

— Тогда днем созвонимся.

— Хорошо, братец! Башневладелец ты, обезбашенный!

Глеб отключился, и сразу же в дверь постучали.

— Войдите!

Я ожидал, что это Каролина либо Мира. А может, они обе. Но в дверь вошел худой лысый мужчина. На вид, лет пятьдесят. Безукоризненные манеры и непроницаемое лицо. Одет в черный фрак и белую сорочку.

Поклонился.

— Я ваш личный камердинер, ваше высочество, Чихаев Матвей Константинович. Прикажите подать завтрак?

Я немного опешил от неожиданности. Но завтрак есть завтрак. И он не терпел промедления.

— Прикажу.

Камердинер склонил голову, и вышел за дверь. Через минуту в комнату вошли трое слуг. Они в момент накрыли стол, и замерли навытяжку. Ух ты! Раньше мне, только что не кидали еду, а тут смотри-ка, трое слуг, да еще целый камердинер.

Я уселся за стол. Слуги тут же окружили меня. Подали салфетку. Налили апельсиновый сок в стакан. Один из них спросил:

— Чего изволите, ваше высочество?

Из всего обилия на столе, я изволил омлет с травами, жаренные колбаски и легкий салат. Каждое мое желание предугадывалось. Захотелось кофе — меня уже ожидала дымящаяся чашка. Потянулся к масленке, и тут же мне подают щедро намазанный маслом тост.

Появился и камердинер.

— Вы всем довольны, Лев Александрович?

Я кивнул.

— Скажите, Матвей Константинович, сколько слуг приписано ко мне?

Хоть лицо камердинера и осталось непроницаемым, в глазах я заметил довольное выражение, когда я назвал его по имени-отчеству.

— Ровно сотня, ваше высочество. Кроме меня, еще двое дворецких, шесть батлеров, двадцать три лакея…

— Стоп, стоп, Матвей Константинович. Потом разберусь. Я хочу знать, где мои телохранительницы — капитан Каролина Зуева, и рядовая Мирослава Морозова.

— Ожидают вас, ваше высочество. Если позволите, я советую вам после завтрака привести себя в порядок, и только после этого появляться на глазах у дам. Даже, если они ваши охранницы.

Сначала я хотел возмутиться. Тут каждый, что ли, будет лезть с советами. Но потом понял, камердинер, просто хочет выполнить свою работу наилучшим образом. Действительно, если его хозяин позволяет появляться при дамах в виде огородного пугала, то к нему, как личному слуге, возникают вопросы.

— Можете оставить для помощи лакеев.

Камердинер указал на слуг.

— Сам справлюсь, — буркнул я.

Умыться и почистить зубы, ну тут мне помощь не нужна. Даже не смотря на статус. Лакеи убрали посуду, под внимательным взглядом камердинера. Когда они исчезли за дверью, Чихаев с достоинством кивнул мне, и последовал за ними.

Камердинер появился через полчаса.

— Прикажите впускать? — спросил он.

— Кого?

Я пока еще не привык к такому образу жизни. Когда каждый мой шаг пытаются предугадать.

— Рядовая Морозова. Она с самого утра порывалась попасть к вам.

— Конечно, впускайте!

Камердинер снова кивнул, и, отворив дверь, громко произнес:

— Рядовая императорской гвардии Морозова, вас просят войти.

Мира вошла не смело. Зыркнула на Чихаева.

— О, мой принц! Я уже с самого утра…

— Я знаю, Мира.

Камердинер закрыл за собой дверь.

— Присядь, — сказал я ей. — Хочешь кофе, или чего-нибудь еще. У меня тут целая рота слуг.

Я улыбнулся.

— А, нет. Я, нет, мой принц, я ничего не хочу.

Вот только по ее взгляду я понимал. Хочет она сказать мне что-то, но не решается. Эх, ладно, придется брать вожжи в свои руки.

— Мда, — произнес я. — Как-то многолюдно стало. Кстати, ты не знаешь, как там дела в башне? Все ли вынесли.

Мира помотала головой.

— Не обратила внимания.

— Пойдем, посмотрим?

Через минуту мы с Мирой вышли из комнаты. За мной хотели увязаться гвардейцы и целый десяток слуг. Но я приказал им оставаться на месте. Забавно, несколько дней назад такая процессия меня очень бы порадовала. А сейчас, не знаю, даже. Может быть, пропало желание заявлять о себе? Я ведь, уже это сделал.

В башне оказалось целых семь этажей, это не считая помещения под крышей, и подземных уровней.

— Что вы собираетесь сделать на этажах башни, мой принц?

— Пока не знаю. Кстати, а где Каролина?

— Госпожа капитан ушла по делам.

Наверное, это неплохо. Я вдруг вспомнил рекомендацию систему. Ну, ту самую, где она советовала мне начать собирать гарем. И я не видел ни единой причины, почему бы мне не начать с Миры. Я уже дважды пытался подобраться к ее прелестям, и каждый раз что-то мешало. То, мой джентельменский настрой (ой, дурак!), то неведомые убийцы, не нашедшие более подходящего времени для вторжения.

— Мира, давай устроим сегодня свидание.

— Свидание?

— Ну, а как это еще называется.

— Я даже не знаю. Будет ли, сейчас это приличным.

Да что опять-то!

— Я видел тебя голой и даже хлестал по попке.

— Банным веником.

— А ты бы предпочла плеткой?

— Да. Ой, нет, конечно.

— Сегодня вечером. Знаешь, я прикажу накрыть длиннющий стол на одном из этажей, истребую живой оркестр. Полумрак, музыка, и мы вдвоем.

Мира не спешила с ответом. Я вдруг разозлился. Да, что она мне тут голову морочит! Серьезно. Не возникло бы вопросов, если бы у Миры был муж-жених-возлюбленный. Тогда понятно. Ладно, может, я ей противен. Такое вполне может быть. Ну, а что тогда в этой чертовой бане было?

— Как тут все изменилось!

Женский голос достиг слуха. Я повернулся. Прямо перед входом стояла княгиня Вяземская. В сопровождении слуг и охраны. Она посмотрела на меня жадным взглядом зеленых глаз. Улыбнулась, присела в реверансе.

Я направился к ней.

— Лев Александрович, как я счастлива видеть вас, — промурлыкала княгиня.

Протянула руку. На этот раз без перчатки. Пальцы словно бы выточил искусный скульптор. Ногти, окрашенные темно-красным лаком, не сильно впились мне в ладонь, когда я поднес ее руку к губам.

— Прошу вас, встаньте, княгиня.

Она снова улыбнулась, и поднялась.

— Что вы тут делаете, милое создание?

Я решил, что взгляды и улыбки Вяземской позволяют мне некоторую фривольность.

— О, Лев Александрович! Ходят слухи, что вы получили в пользование всю эту башню. Боже, да как вы добились этого у майордома? Он же костьми ляжет, но не позволить что-то менять во дворце.