— Оу! — воскликнул он. — Кто это у нас?

Клоун отступил на шаг, и я смог разглядеть — его наряд сшит из разноцветных заплат. Правда, каждая заплата из такой ткани, что за нее можно приобрести средненький автомобиль. На плечах лежало белоснежное жабо. На голове колпак, с двумя хвостами. На хвостах звякали колокольчики.

— Я — Арлекин! — выкрикнул он. — А ты? Не могу понять! Сегодня все перемешалось, и на маскараде не поймешь, кто есть кто!

Я огляделся и понял, прием Андрея Савдина — это маскарад. По залу ходили люди в необычных нарядах, масках на лицах. Между ними скользили слуги с подносами уставленными шампанским и снедью.

И почему хозяин этого балагана не предупредил меня?

— Так чей же на тебе костюм, гость?

Ломаный голос Арлекина сорвался на смех.

— Выходит, — ответил я. — Я сегодня в костюме принца.

— И точно! — взвизгнул шут. — Прошу прощения! Вы так хорошо замаскировались, что я не смог вас узнать.

Он отвесил насмешливый поклон. Повернулся к залу, и уже нормальным голосом, возвестил:

— Дамы и господа! Прошу любить и жаловать, его высочество принц Лев Александрович!

И тут я понял. Арлекин — это и есть Андрей Савдин. Ряженый повернулся ко мне, стянул маску, это и вправду оказался хозяин вечера. Он поклонился уже без всякого шутовства.

Музыка стихла. Из полумрака зала на меня взирали маски чудных зверей, головы птиц, подведенные глаза над вуалями, и застывшие личины. Они кланялись мне. Я кивал в ответ. Когда с приветствиями закончили, Арлекин закричал:

— Музыку! Музыку! Сегодня же праздник!

Он вновь натянул свою улыбающуюся маску и умчался, затерявшись в толпе. Оркестр грянул. Смех возобновился. И все, казалось, занялись своими делами. Но я видел устремленные на меня взгляды.

— Ну, пойдем, развлечемся, — сказал я Мире.

Мы взяли по бокалу шампанского, с любезно предложенного слугами подноса. Прошлись по залу. Да, местная аристократия постаралась по части костюмов. Султаны, древние греки, пираты, и бог его знает кто еще. В глаза бросилась одна дама. Весь ее костюм состоял из платья газообразной ткани, на голове красная шляпа, на лице вуаль. Алые туфельки мерцали в полумраке.

Да и как ее можно не заметить? То, что типа пряталось под платьем, просто притягивало взгляд! Ох, чую я, не ради одного маскарада они тут собрались. И когда слуг изгонят из зала, а свет станет еще скуднее, тут начнется совсем другое развлечение.

Или это я такой извращенец?

Через некоторое время, ко мне стали подходить люди. Вроде как засвидетельствовать свое почтение. Но их вопросы и разговоры крутились вокруг одного — правда ли, что я вчера устроил переполох в городе, с погонями, трупами и перестрелками.

Я решил не отклоняться от официальной версии, и отвечал, что и не думал покидать свою комнату. Готовился к сегодняшнему маскараду. Вон, видите, какой костюмчик выбрал! Закачаешься!

В суматохе и полумраке я потерял Миру. Огляделся, но тщетно. В этом карнавале тщеславия разыскать невысокую телохранительницу оказалось нелегко.

— Да ничего особенного!

Расслышал я громкий голос Миры. Повернулся на звук. Миру окружили несколько костюмированных аристократов. Я, стараясь не привлекать их внимания, приблизился.

— И все же, милое создание, — елейно разглагольствовал один из них. — Что же с вашим лицом? У меня сердце кровью обливается, когда я думаю, что же могло привести к такому.

Он протянул руку к лицу Миры, но девушка отступила на шаг.

— Господа!

Вся компашка вздрогнула. Маски повернулись ко мне.

— Если вам очень любопытно, то можете адресовать этот вопрос ко мне.

Маски склонили головы и отступили, давая понять, что утеряли интерес к предмету беседы. Но я решил дать немного пищи для размышлений.

— Можете считать, что это сделал я.

Общий осуждающий вздох был ответом.

— А знаете почему? Она задавала слишком много вопросов.

Я рассмеялся, давая понять, что пошутил. Маски робко вторили, и поспешили разойтись. Мда, мне бы по-хорошему, не подтверждать свое безумие, а наоборот, опровергнуть его. Ну, да ладно.

— Спасибо, мой принц. Вот не мое лицо их интересовало!

Мира хмуро глянула в толпу.

— Ага, скорее всего, наоборот, — хохотнул я.

Поймав осуждающий взгляд Миры, спешно добавил:

— Ну, не важно.

Словно черт из табакерки рядом выпрыгнул Арлекин, то есть Савдин-младший.

— Можно сегодня без титулов? — спросил он.

— Конечно, я же просто в костюме принца.

— Лев, скоро тут начнет твориться всякая дичь, все уже достаточно нажрались. Я предлагаю не падать столь низко, и пройти в отдельный кабинет, где сможем спокойно поговорить.

— Дичь?

— Эммм, ну не для того, чтобы похвастаться новогодними масками все тут собираются.

— Ясно. Но Миру забираем с собой, не стоит ей на такое смотреть.

Про себя подумал: «А уж тем более участвовать».

Савдин кивнул. Ухватив Миру за руку, я последовал за Арлекином. Он провел нас за сцену, с которой играл оркестр. И играл он уже довольно фривольные мотивчики. Мы спустились вниз, где нас ждала довольно просторная комната. На столе стояла бутылка вина, по виду очень дорогая, целая ваза фруктов и почему-то только один бокал.

Но помещение оказалось всего лишь предбанником. Савдин указал на стол и обратился к Мире:

— Прошу вас, милая барышня, ни в чем себе не отказывайте.

Меня же он провел к небольшой дверце, за которой находилась вторая комната. Старинные шкафы, диваны, камин, создавали довольно уютную атмосферу.

Ну, надеюсь, отведав вина, Мира не додумается выйти посмотреть, что там происходит наверху. Заметив мое беспокойство, Андрей усмехнулся:

— Запал на эту дворяночку?

— Это никого не касается, — отрезал я.

Быстро же мы перешли на «ты»! Хотя, я же сам сказал, что сегодня я только в костюме принца.

— Кстати, — решил я спросить в свою очередь. — Кто та дамочка в красной шляпе и в костюме из ничего?

Андрей снял маску, рассмеялся и плюхнулся на диван.

— Не могу сказать, — вздохнул он. — Инкогнито, и тайна личности. Уж, прости.

Я кивнул, и тоже сел. Андрей достал бутылку. По виду, ее содержимое древнее самой Российской империи.

— Из наших запасов!

Андрей подкинул ее, поймал. Потом дотянулся до шкафа и вытащил два бокала под бренди.

Звуки музыки наверху стихли. Андрей откупорил бутылку и наполнил бокалы на два пальца. По кабинету поплыл запах дуба.

— Зачем ты общаешься со мной? — задал вопрос я. — Насколько я знаю, твой отец уже избрал нового монарха. И это не я. Это способ держать меня под контролем? Или ты не дружен со своим отцом.

По лицу Савдина скользнула улыбка. Он пригубил напиток.

— В отношении с отцом у меня все в порядке. И я его очень уважаю. И даже люблю.

Я тоже пригубил алкоголь. Ждал. Если у этого княжича хорошие отношения с отцом, то, выходит, он просто держит меня на коротком поводке?

Сверху послышались веселые выкрики, женский смех.

— Просто, я хочу превзойти моего отца, — твердо произнес Андрей. — А для этого мне нужен свой император!

Я вскинул брови. Смелое признание! И еще, выходит, царственных особ тут ни во что не ставят. Только как орудие удовлетворения собственных амбиций.

Ироничным взглядом я окинул помещение.

— И сколько здесь скрытых камер и подслушивающих устройств?

— Теперь ни одного. Когда отец узнал, что я пригласил тебя, его люди установили штук пять. Но мои специалисты убрали их. Так что о нашем разговоре никто не узнает.

Сверху раздался женский визг. Топот. Смех.

Канцлер империи, Савдин Всеволод Леонидович, оторвался от монитора. Его губы тронула улыбка. Не надменная, или насмешливая, которой он иногда одаривал собеседников. А искренняя.

Вот же шельмец! Решил превзойти отца! Нашел почти все камеры, кроме одной. И выбрал себе таран — полубезумного старшего сына почившего императора. Да, Андрей — настоящий Савдин! И амбиции, по-Савдински, грандиозные!