— Недурно, но не удобно будет. Ещё предложения?

Пока Яна прикидывала в какую домашнюю утварь они смогут поместиться, Серый закончил укладывать мешок и тоже включился в поиски транспорта, выбирая между ухватом и кочергой.

— Может ковёр-самолёт? — Яне уже отказывала фантазия и она была готова почти на всё.

— Не, управлять не удобно и аэродинамика у него не очень. — Снова забраковал кот.

— Придумал! — Завопил Серый и выскочил на улицу. Заинтригованные, Яна и Цезарь вышли за ним.

Серый с довольным видом тащил лодку, точнее маленький челнок. — Вот, почти летучий корабль! Как раз влезете и удобно будет.

— Серый, ты голова! — Довольный находкой, Цезарь обошёл челнок по кругу. — Загружаемся!

Яна с ужасом смотрела на крошечную лодочку, даже не представляя как на этом можно плыть, не то что лететь.

— А ты чего такая бледная? — Поинтересовался Цезарь, уже разместившийся спереди. — Неужто высоты боишься?

— И ничего я не боюсь. Просто душно что-то стало. — Яна собрала в кулак всю оставшуюся храбрость и влезла позади кота.

Цезарь понимающе ухмыльнулся, но комментировать не стал. Вылил на нос челнока какое-то зелье и прошептал заклинание. Челнок ощутимо дёрнулся, плавно оторвался от земли и стал набирать высоту.

— В добрый путь. — Серый вытащил из кармана фартука платок и замахал на прощание.

— До скорой встречи! — Махнул в ответ Цезарь.

Яне же резко стало не до прощаний. В момент взлёта она почувствовала, как желудок куда-то проваливается, голова начинает кружиться, а в ушах раздаётся звон.

— Ну вот, а теперь ты позеленела. Цвет конечно приятный, но лучше в следующий раз говори, как есть. На вот, выпей. — Цезарь протянул ей один из флакончиков и Яна, зажмурившись, выпила. Зелье напоминало ягодный сироп и не успела Яна оценить его вкусовые качества, как вдруг поняла, что её уже не тошнит и голова не кружится. И вообще, летать это здорово, особенно если не смотреть вниз. Скорость была не высокой, ветер не бил в лицо, а ласково обдувал, Яна замерла от восторга. Впереди открывался потрясающий вид, куда ни глянь, зелёное море лесов.

— А долго нам лететь? — Спросила Яна, настроение было отличным, даже возникло желание попросить Цезаря, чтобы прибавил скорость.

— К вечеру должны добраться. Ну, как тебе полёт? — Цезарь довольно щурился на солнце.

— Это мой первый полёт и я в восторге. — Честно призналась Яна и смеясь спросила. — Как назовём наш летучий корабль?

— А есть предложения? — Цезарь задумался и начал вслух перебирать. — Скороход, Летун, Стремительный, нет, как-то всё не то.

— Может Сокол? — Яна оценила скорость полёта и отрицательно покачала головой. — Тоже не очень.

В этот момент челнок слегка накренился и нырнул вниз. От неожиданности вопль ужаса получился на диво слаженным. К счастью, Цезарь не растерялся и быстро выровнял ход челнока. Лапы слегка дрожали, кот с явным облегчением выдохнул и возмущённо заявил.

— Да какой из него сокол, ныряет, как утка!

— Значит так и назовём, будет Уточка. — Яна, к своему собственному удивлению, даже толком не испугалась. Правда восторг от полёта немного приутих.

Через пару часов спокойного полёта Цезарь подтолкнул Яне котомку.

— Доставай пироги, приземляться не будем, на ходу их покусаем.

Яна не возражала, день уже давно перевалил за середину и от завтрака остались только воспоминания.

Маленькая, красивая змейка, свернувшись колечком в густых зарослях лесных колокольчиков, тихо лежала и наблюдала. Она видела, как переполошились местные обитатели после её визита, как бегали и что-то кричали. Змейка была спокойна, у неё был чёткий приказ повелителя и она собиралась его исполнить.

Когда все ушли и возле строения, именуемого лабораторией, стало тихо, она вернулась. Ей нужна была только одна вещь. Змейке не нужно было знать, как вещь выглядит, благодаря повелителю, она могла её почувствовать. И змейка уверенно ползла на зов. Небольшая плетёная фигурка, наполненная силой Ядвиги, нашлась быстро. Колдунья и не думала ничего прятать, полностью уверенная в поставленной защите. Зацепив кончиком хвоста фигурку, маленький аспид быстро выскользнул за дверь и пополз за охраняемые пределы, где его уже ждал повелитель.

Когда Кощей с Василисой добрались до царского терема, их уже ждали. Царь Еремей был вне себя от радости, его любимая дочь вернулась, тысяча счастливых селян осталась дома, а в сокровищнице уже занял почётное место обещанный Талассом сундук. Да и сам Таласс теперь вызывал скорее сочувствие, так что, после недолгих размышлений Еремей решил не разрывать с ним торговых отношений. Столы уже были накрыты, все ждали только героя победителя с освобождённой красавицей царевной. Кто-то уже делал предположения, о том, что пир будет свадебный.

Поэтому, как только Кощей с Василисой вошли во двор, их оглушили радостными криками. Царь Еремей хотел торжественно поприветствовать Кощея и усадить героя за стол, но увидев хмурое лицо последнего и сосредоточенное личико дочери понял, что праздник откладывается.

Василиса, едва обняв отца, сразу ускользнула в свои покои, отмываться от морской воды и переодеваться.

Царь Еремей обнял Кощея, потом подхватил его под руку и повёл в покои, для него же и отведённые.

— Гой еси, Кощей, со счастливым возвращением! Великую победу ты одержал! Спас дочь мою любимую! Проси, чего пожелаешь.

— И тебе здравствовать, царь Еремей. Нет в том моей заслуги. И времени нет, беда приключилась. Вели коня доброго приготовить, да поскорее, нужда торопит.

— Велю сию же минуту. А ты пока ополоснись, сейчас одёжу сухую принесут. Да если нет времени пировать, хоть здесь поужинай. А то бы и подождал до утра, вечер на дворе уже.

Еремей вышел отдавать указания, а Кощей скинул мокрую одежду и залез в небольшую деревянную ванну, уже наполненную горячей водой.

Посмотрел на свои запястья, горящие от меток. Хуже чем жар от них, его терзало беспокойство за друзей. В голову лезли мысли, одна чернее другой. И выводила из себя невозможность воспользоваться своей силой. Быстрее ветра он бы домчался до них на крыльях.

Принесли одежду и ужин. Кощей быстро оделся и перекусил, даже не замечая того, что ест. Доложили, что коня ему оседлали и Кощей зашёл к Еремею попрощаться.

— В добрый путь, Кощей, да просьба к тебе есть, не откажи в малости. Как не нужен тебе станет вороной, просто скажи ему слово заветное «домой», он сам и воротится.

Хорошего коня ему подобрали, не пожалел царь Еремей, огромный чёрный зверь бил копытом и ждал всадника. К седлу была приторочена сумка с припасами.

Неожиданностью стал попутчик, тщедушный паренёк, с надвинутым на глаза картузом. Парень уже сидел в седле, на смирной гнедой кобылке. Посмотрел исподлобья на Кощея и старательно понизив голос, чтобы казался грубее, заявил, что царь ему велел сопровождать Кощея.

Кощей согласно кивнул, подошёл к всаднику, сдёрнул его с седла и перекинув через плечо, молча понёс обратно в терем.

— Ну ладно, ладно, я поняла, не поеду, только отпусти, ну пожалуйста, пожалуйста. — Скороговоркой заверещала Василиса, сообразив, что её сейчас передадут батюшке с рук на руки. Картуз свалился, коса упала, подметая пол конюшни. — Нельзя меня в таком виде батюшке тащить!

Кощей остановился, не очень аккуратно опустил царевну и не прощаясь ушёл. Василиса посмотрела, как он вскочил в седло и пустил коня в галоп, и топнула ножкой.

— Ну и ладно, всё равно по моему будет!

Когда вдали показалось селение, Яна начала нервничать. До сих пор она не встречалась с обычными людьми этого мира и не знала, чего можно от них ожидать. По аналогии со своим миром решила, что от власть имущих ничего хорошего ждать не стоит.

— Приземлимся в лесу, перед селением. — Цезарь произнёс какое-то заковыристое заклинание и Уточка пошла на снижение. — Ни к чему народ пугать. Держись!