— Я… я согласна работать вместе над проектом для Грейвса, — выдавила я после неловкой паузы.

Итан смотрел на меня ещё секунду, а потом уголок его губ дрогнул в лёгкой улыбке. Скорее всего, он ждал другого ответа, но принял правила игры.

— Хорошо. Тогда мне нужен твой номер, — Итан протянул телефон, и я быстро записала нужные цифры.

— Родители ничего не должны знать.

— Разумеется.

— Это не значит, что мы снова друзья, — прошептала я и сразу же пожалела об этом. Я не хотела отталкивать Итана, правда. Просто до смерти боялась, что он сделает это первым.

— Поверь, это я уже понял. — Итан спрятал телефон в карман. Его лицо стало непроницаемым, и у меня снова появилось ощущение, будто я испортила что-то важное.

— Я нашла рису… — договорить я не успела.

Взгляд Итана метнулся куда-то мне за спину, он схватил мою руку и дёрнул на себя. Мы нырнули в узкое пространство между задней стенкой дома глинтвейна и высокой горой сложенных друг на друга ёлок. Итан оказался прямо передо мной и вжал меня в стену.

— Ты что творишь? — начала было я, но Итан зажал мне рот ладонью.

— Тихо, — он склонился к моему уху. — Там мой отец.

Он убрал руку, но не отстранился. Снаружи, всего в паре метров от нашего укрытия, послышались голоса, и я почувствовала, как Итан напрягся. Мы стояли так близко, что, казалось, я чувствовала каждый удар в его груди и уже не разбирала, чьё из сердец колотится быстрее.

Если бы кто-то из родителей увидел нас сейчас, никакие оправдания бы не помогли.

Судя по звуку шагов, мистер Хансен остановился почти напротив нас.

— Я не нуждаюсь в твоих советах, — резко сказал он кому-то.

— Ларс, перестань быть таким сентиментальным, это вредит бизнесу, — второй голос казался знакомым, но я не могла вспомнить, где его слышала.

— Твоё меню устарело ещё в нулевых, — продолжил незнакомец, и шаги начали удаляться. Я осторожно выглянула и смогла рассмотреть спутника мистера Хансена. Это был Вэнс.

Итан облегчённо выдохнул, и тёплое облачко пара коснулось моей щеки. Он расслабил плечи, но отодвигаться не спешил. Мы по-прежнему стояли в узком пространстве, прижимаясь друг к другу. Мне стало жизненно необходимо отвлечься от того, что Итан находится так близко.

— Я видела рисунок, — выпалила я, глядя куда-то в расстёгнутый ворот его пальто.

Итан чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо, но ничего не ответил.

— Ты сохранил его, — продолжила я. — Я слышала твой разговор с отцом тогда… Потеряла перчатку и вернулась за ней, а ты назвал рисунок мусором. Я была уверена, что ты выкинул его.

— Я понял. — Он горько усмехнулся. — Догадался после того, как ты назвала своё портфолио «просто мусором». Всё пытался вспомнить, где уже слышал эту фразу.

В груди больно кольнуло. Я вспомнила, как разбила его снежный шар и нагрубила ему, даже не попытавшись поговорить. Как оттолкнула его, а он до последнего пытался сохранить нашу дружбу.

— Прости меня, — прошептала я. — За то, что наговорила тогда. Я была такой дурой. Я думала… думала, ты просто смеялся надо мной.

— Мы были детьми, Хлоя. Я не злюсь, — тихо ответил он. — Мы были просто детьми, которые повторяли слова взрослых.

Я вдруг посмотрела на нас — на узкий проулок, в котором мы скрывались, на то, как сильно прижимались друг к другу, и осознала, насколько абсурдно происходящее.

— Ничего не изменилось, Итан. Мы выросли, но по-прежнему прячемся.

Он тяжело вздохнул и прикрыл глаза, словно обдумывая что-то. А когда открыл их, бросил быстрый взгляд на выход из нашего укрытия, а потом снова на меня.

— Тебе пора. Заметят, что нас давно нет.

Итан вжался спиной в колючие еловые ветви, пытаясь освободить мне хоть немного места, и я протиснулась к выходу.

— Ты тоже участвуешь в конкурсе? — спросил он, напоминая, что завтра мы снова станем соперниками.

— Разумеется, — обернулась я и расплылась в улыбке. — Так что не жди пощады, Хансен.

— Как скажешь, — хмыкнул он, пряча руки в карманы. — Только одна просьба.

— Не приходить на конкурс?

— Нет. Постарайся завтра не смотреть на меня так, как сейчас. — Он наклонился чуть ближе, понизив голос: — Если я отвлекусь на тебя и оттяпаю себе палец, это будет на твоей совести.

Глава 16

С самого утра перед конкурсом всё пошло наперекосяк.

Дело даже не в том, что отец заставил меня надеть дурацкий микронаушник, будто мы в фильме про шпионов. И не в том, что я нервничала так, что едва смогла заполнить анкету участника из-за дрожащих рук.

Да даже не в том, что перед отборочным туром в ратуше я увидела Вэнса и Итана, разговаривающих, как давние друзья. Вэнс сунул Итану что-то в карман, и тот в ответ кивнул и улыбнулся, как мне показалось, искренне. Видимо, эта картина была мне послана, чтобы напомнить — мы всё-таки соперники, даже несмотря на то, что вчера между нами что-то произошло. Или мне только показалось?

Но это не важно. Самое возмутительное ждало меня на конкурсе. Огромный зал был уже украшен рождественскими гирляндами и лампочками, на сцене стояло около десяти столов — для каждого участника по одному, по крайней мере, я так думала. А вот когда зрители уже начали рассаживаться по местам, предвкушая шоу, выяснилось, что я ошибалась.

— Хансен, Моретти, будете работать за одним столом, — подошёл к нам Грейвс, который был одновременно и организатором, и главой жюри. — Мистер Вэнс собирается готовить рецепт из молекулярной кухни. Его… гхм… аппаратура занимает слишком много места, поэтому вам придётся потесниться.

— Скажи, что не будешь работать за одним столом с этим стервятником! — закричал мне в ухо отец, который, конечно же, всё слышал.

Нащупав в кармане телефон, я попыталась уменьшить громкость, чтобы отгородиться от его ворчания.

— Но мы не можем работать вместе, — возразила я, бросая взгляд на зал и надеясь, что папа не решит вмешаться.

— Да, Моретти, я это уже слышал. Но других вариантов нет.

— Но почему кто-то другой не может занять общий стол? Почему не вынести ещё один?

— Всё уже готово, Хансен, — сквозь зубы процедил Грейвс. — Или ты предлагаешь мне переставлять плиты и доставать новые переходники?

— Я могу это сделать, — спокойно предложил Итан, и почему-то меня кольнула мысль, что он не хочет находиться со мной за одним столом.

— Не сомневаюсь в этом. Но или принимайте правила игры, или идите домой, — мистер Грейвс хищно улыбнулся, а я вспомнила его слова о портфолио и подумала, что он всё это сделал специально. Не дождавшись нашего ответа, он продолжил: — Отлично, спасибо за понимание.

На последнем слове он развернулся, а мы с Итаном одновременно хмыкнули. Да уж, понимание.

— Не переживай, Хлоя, я пойду поговорю с мэром, — заговорил в ухе отец, и его спокойно-угрожающий тон меня пугал.

— Не смей меня позорить, — зашептала я и наклонилась, чтобы никто не увидел шевеления губ. — Нас снова дисквалифицируют из-за тебя.

— Что? — Итан засмеялся, и я осознала, что всё это время он стоял рядом. — Обещаю, что не буду тебя позорить, Хлоя. И мешать тоже. Мне в основном будет нужна печь, а тебе плита, верно?

Я кивнула, сгорая от стыда: он решил, будто я обращаюсь к нему.

— Мы оба справимся, — Итан улыбнулся так ободряюще и тепло, что я и правда в это поверила. Его рука потянулась к моей, но он одёрнул себя. Видимо, вспомнил, что за нами наблюдают. И это у него ещё нет мистера Хансена в ухе.

— Участники, можете занимать свои места! — Объявил мэр, и его весёлый голос раскатился по всему залу. — Пока вы это делаете, я напомню правила. У нас одиннадцать заведений, которые борются за грант. Это всего лишь первый этап из двух, и сегодня у нас будет четыре победителя. Или пять, если миссис и мистер Уилсон выйдут в финал. Традиционно они участвуют вместе, и я не мог разбить их пару в этот раз. Но, я думаю, вы не против?

Зрители захлопали, кто-то одобрительно засвистел. Все обожали «Пышечную у Берти», как и её хозяев — милую парочку старичков. Вэнс, стоящий по другую сторону от Итана, фыркнул так громко, что это услышал, наверное, весь зал.