Ищу в рюкзаке телефон и отправляю сообщение Терло.
«Я верну её тебе. Жди».
Глава 42
Один глубокий вдох перед полыхающим в огне замком. Один шанс вернуться туда навсегда. В этот раз я сделаю правильный выбор. Я выберу любовь.
– Дети тьмы и ночи ясной, взываю я к сердцам иным. Придите, восстаньте мёртвые и живые, дабы сегодня защитить наш мир. Пусть силы воздуха и жара, пусть силы каменной земли сольются с силами воды. Пусть этот мир расколется надвое, расчистив путь нам всем домой. Я призываю вас немедля нарушить ваш покой. Я призываю вас явиться сюда, где всё началось. Я призываю вас покориться моей воле и стать рабами. Пусть тьма скроет ваши тени. Пусть кровь забурлит в ваших сердцах. Я призываю вас бороться за нашу жизнь там, где вы нужны. Я призываю вас сейчас же прийти ко мне и встать за мной. Я призываю вас, все души, что так и не обрели покой. Пришло же время нашей злости, разбушевавшейся внутри, найти всю правду и упокоить тех, кто не почитает силы тьмы. Богиня смерти и прощения, одари нас милостью своей. Я, избранный тобой ребёнок, так дай же мне решить судьбу всех тех, кто причинил мне боль и позволь защитить мою любовь и сестру. Укрой их вместе тёмным дымом, заполони им все миры, пока я буду идти к победе, ты убаюкай силы тьмы. Затми их взоры, да скорее, дай время мне найти его, того кто был всегда сильнее, чем любое зло у всех миров. Да будет так, как я сказала! Я поведу вас за собой! Я ваша сила, и надежда, рискуйте ради меня своей судьбой! – Поднимаю руки к небу, и над головой раздаётся раскат грома, пока вокруг меня собирается нечисть. Она восстала из гробов. Она очнулась ото сна и пришла ко мне по первому зову, толпясь теперь за моей спиной.
Оборачиваюсь и вижу сотни душ и столько же людей. Они все опускаются передо мной на колени, признавая своей королевой. Мы победим.
Замок всё сильнее полыхает в огне, и я иду туда, распахивая своей силой двери, отлетающие в стороны. Я шагаю прямо по языкам пламени, которое не обжигает меня, а, наоборот, одаривает силой. Мои глаза привыкают к темноте, и теперь я всё вижу через серую тонкую призму. Я знаю, что обращаюсь в ту, какой была в пещере. Это моё настоящее лицо, и оно меня не пугает. Меня ничто больше не пугает в моём мире, потому что всё это родное, и у меня есть прекрасная цель – отвоевать то, что у меня украли, и добиться правосудия, для которого я была рождена.
Я веду своё войско через портал, и мы оказываемся в спальне, в горящих комнатах моего дома. Никого на пути нет, значит, Рэйг всё же переместил своих людей в другой мир. А сам остался здесь, один против тысячи озлобленных монстров, обещающих забрать у меня смысл моей жизни. Не позволю.
– Я призываю силы мрака. Нашлите вы туман слепой. Закройте вы меня собой. Пусть каждый камень и деревья окутает густой туман, лишит возможности движенья тех, кто идёт сюда. Ведите меня к тому, кто должен защитить мой мир собой. Ведите всех нас туда, где Падрэйг стоит один перед толпой. Веди меня, моя Богиня, веди к тому, кто полон зла. Он думает, что своей ложью заставит всех винить себя, – леса, которые были раньше вокруг замка, сейчас представляют собой сухие палки, торчащие из такой же мёртвой земли. Нет силы больше в нём, а лишь проклятье, которое я вижу перед собой. Это ужасно, что вокруг нет ни жизни, ни ароматов, ничего кроме зла. Так жестоко и отвратно наблюдать, как погибает моя земля.
– Ты думал, что я настолько неверна тебе. Ты думал, что моё сердце выберет сторону их зла. Ты ошибся, мой прекрасный, мой возлюбленный король, я никогда не выберу проклятье, если оно разлучит меня с тобой. Я буду думать и решаться так долго, что могу и не успеть. Увидеть бы облик твой любимый, пока вся ложь не развеется сама собой. И я иду к тебе, моё спасенье, прощаю тебя за ложь. Твоё же сердце бьётся слабо, пугая всех собой, – в молочно-сером дыму различаю очертания одного человека и ещё быстрее иду к нему.
– И хоть ты жаждал быть тем самым, кто подарит мне покой, и отвергал все свои чувства, считая, что принадлежишь мгле. Но всё это напускное, чтобы никто не смел увидеть в тебе добро. Мы части двух огней, что сольются воедино. Сейчас. И в этот самый миг, когда твои глаза прозреют, увидишь новый мир. Ты очнёшься от забвенья и осознаешь, где же боль. А я спасу тебя от смерти, ведь моё сердце обрело покой, – останавливаюсь перед Рэйгом. Взгляд его обычных человеческих глаз бегает по моему настоящему лицу. Я чувствую, что он обессилел и может только держать меч, чтобы защищаться от неверных.
– Эйрин, – выдыхает он. – Нет… уходи…
– Не смеешь ты просить меня о смерти. Не смеешь ты отвергать мою любовь. Скажи мне честно, Падрэйг-смелый, что чувствуешь ты ко мне. Готов ли ты назвать меня женою и встать со мной плечом к плечу, оставив прошлое во мраке, и бороться за мою любовь?
– Я слишком долго мучился проклятьем, которое ты наслала на меня. Я ощутил всю боль от разлуки и несчастья, когда мой голос предал сердце. Я так люблю тебя, Эйрин. Прости меня… но не смогу ничего дать тебе. Я больше не чувствую зла внутри, я не желаю видеть, как ты погибаешь из-за моей эгоистичной любви.
– Так подари мне лишь одно мгновенье. Поцелуй мои уста и простись с прошлым, – кладу ладонь с чёрными когтями на его щёку.
– Моя Королева, – его губы касаются моих, и я чувствую, как сердце становится целостным и единым. Как две половинки соединяются, скрепляясь сильнее.
Резко втягиваю в себя его дыхание, смешивая его с той силой, что бурлит во мне. И так же резко выдыхаю, делясь с Рэйгом тем, что больше не принадлежит только мне. В одну секунду он отскакивает от меня и сразу же принимает своё обличье.
Улыбаюсь тому, что получилось сделать то же, как и у него со мной, когда он вдыхал в моё сердце жизнь и причину, которой стал весь этот мир. Мой дом. Мой край. Мои поселения. И я готова бороться за них.
– Туман исчезни и покажи сейчас же всех тех, кто принадлежит всем нам. Открой тайну и сними проклятье с каждого, кто стоит вокруг нас, – дымка рассеивается, и те, кто пришёл со мной из человеческого мира, обращаются, вызывая шок и удивление на покрытой кровавыми ожогами морде Рэйга.
– Вернись мой ворон, мой друг прелестный. Очнись от долгого ты сна. Взмахни крылом над головами неверных и забери тот мрак, что в их сознании. Верни всё это той, кто умирает. Верни ты жизнь моей сестре. Разрушь проклятье нашей жизни. Смени ты дым на ясный свет, пусть враги увидят свои лица в отраженье зла, – из моей груди вырывается птица, разрывая дурман перед нами своими огромными крыльями. Дымка исчезает, и я вижу огромное войско, стоящее в ста метрах от нас. Их очень много, Рэйг бы не справился и погиб сразу же.
– О горе мне, не так ли папа? Ты думал, что я мертва?
– Эйрин, нет, – Рэйг встаёт впереди меня, мысленно запрещая подходить к неверным, готовым нападать. Мой взгляд задерживается на Дамиции, удерживающем едва дышащую Арин.
– Отпусти её, и я отпущу тебя, – рычит Рэйг.
– Так ты жива, дитя моё проклятое? Ты обманула всех нас? – Ревёт Дамиций.
– Отпусти Арин, – Рэйг бросает в левую часть воинов огонь, но они легко отражают его в небо.
– Ворон мой скорее действуй. Не дай крови невинной окропить все наши земли и наше счастье. Махни крылом и покажи им, что эта ложь, в которой они жили, не стоит ничьей смерти. Настрой их так, чтобы они все пали к ногам моим и стали тьмой. Лиши всех силы той неверной, что живёт в сердцах их в каждом бою. Не дай ты злу стать здесь сильнее, оно не то, каким должно быть. Ворон действуй ты быстрее, верни мне сестру живой, – как только я произношу эти слова, так вижу, что остриё ножа проходит по горлу Арин. Кричу от боли и прыгаю, начиная бой первой. Сознание тех, кто был порабощён Дамицием, возвращается, и они все дерутся за нас. А я лечу, хватая сестру, и вижу, как огонёк её жизни вырывается из губ. Дамиций отвратительно смеётся, намереваясь разодрать меня. Но Рэйг появляется передо мной, закрывая собой, и даёт мне время, чтобы спасти Арин.
