– Любовь? Да никогда! Любовь убивает! Любовь делает нас слабыми и доверчивыми! Любовь проклятье! – Возмущённо кричит Рэйг.

– Ошибаешься, любовь намного сильнее любого проклятья. Любовь имеет две стороны. Добро и зло. Именно она или дарит огромные силы, или же забирает их, в зависимости от того, что ты выберешь. Чем больше ты будешь одаривать Эйрин тёмной стороной, тем слабее будет светлая и, наоборот. Так прекрати скрывать то, что нужно вам обоим. Ты сломаешь ей судьбу и себе тоже. Ты уже влюблён, мальчишка, только страшишься того, что с тобой сделают чувства.

– Видеть тебя не желаю! – Громкий хлопок, и меня резко перебрасывает в темноту ночи.

Моргая, узнаю границу между тринадцатым поселением и территорией Падрэйга. Наблюдаю, как меня отбрасывает из вытянутого купола, и как я кричу на всех, исчезая в воздухе. Падрэйг остался за защитным барьером. Подхожу к нему ближе и вижу отпечаток невероятного горя на его лице. Он не такой, каким был там, когда говорил все те ужасные слова.

– Я врал себе, Эйрин, я врал… но так и не поверил ни в одно слово, что сейчас я произнёс. Прости меня, любовь моя, за слабость, но ни за что я не позволю тебе пасть так низко, чтобы умолять. Здесь нет для тебя места, я не желаю, чтобы оно было. Мой мир не создан для тебя, хотя ты часть моего сердца, в котором я навсегда похороню свою печаль. Прощай, Королева моего сознания, надеюсь, что теперь ты будешь защищена, – втягиваю в себя воздух, слыша настоящее признание, сорвавшееся шёпотом с уст Рэйга.

Я знала… сердце чувствовало, что это ложь. Он хотел, чтобы я перешла обратно в свой мир и спаслась, когда сам останется здесь, чтобы воевать.

Я хочу обнять его сейчас, утешить и заверить в том, что прощаю, что рядом. Но это лишь воспоминания, и я не в силах противиться тому, что должно мне открыться.

Закрываю глаза, и меня переносит дальше. Передо мной тёмная и вонючая темница. Удушливый запах мочи, пота и крови врывается в нос, отчего я кривлюсь.

– Куда ты дела силу, Эйрин? Кому отдала? – Ужасающий свист раздаётся за спиной, и я оборачиваюсь.

Арин. Девушка, которой я отдала свою внешность при втором обмене, прикована кандалами к стене, и на её спине кровавые раны. Она без сознания, в обмороке от боли от экзекуции, которую проводят отец и тот театральный женишок. Они злы и настолько противны сейчас, что меня передёргивает от правды. Вот поэтому я и не восприняла всю эту историю. Это была ложь.

– Дядя, нам нужна её сила. Чаша практически пуста, – рычит женишок.

– Ничего, мы её получим. Она её спрятала где-то или передала кому-то, пусть Жалье снова изменит внешность и попробует предстать перед ней той стервой, что помогла ей бежать к ублюдку. Мы добьёмся своего. А если и это не сработает, то у нас есть то, ради чего Падрэйг готов умереть. У нас есть его ребёнок внутри предательницы. И мы воспользуемся им, а затем убьём обоих, и нам откроются врата в человеческий мир. Мы будем править снова. Во второй раз я не позволю, чтобы хоть кто-то из рода Дуанов выжил, – по темнице разносится неприятный смех.

Арин… о, чёрт, Арин. Прости…

Видение меняется, и я оказываюсь в кабинете Рэйга, в котором находятся тёмные лорды всех одиннадцати поселений. Это собрание.

– У нас осталось мало времени, поэтому я прошу вас без паники сообщить своим людям, что они должны собрать вещи и быть готовы перейти в другой мир. Сегодня я начну создавать его. Он будет пустым, и вам придётся потратить свою силу, чтобы обустроить его. Первыми пойдут дети и самые слабые, затем уже все остальные. Как только я закончу, вы немедленно исполните мой приказ.

– Но, Повелитель, мы не собираемся бежать и прятаться! Мы будем драться наравне с вами! – Возмущается Жиль, поднимаясь со стула, и остальные кивают, поддерживая его слова.

– Мой отец не для того дал нам ещё один шанс, чтобы вы погибли. Вы должны жить, и это моё последнее слово. Я не желаю тратить сейчас время на обсуждение этого вопроса. Отправляйтесь домой и тихо, чтобы неверные не узнали о том, что мы собираемся делать, готовьтесь к новой жизни, – отрезает Рэйг. Тёмные лорды начинают исчезать в воздухе, оставляя только Волха.

– Не надо, дядя. Ты меня не переубедишь, – Рэйг вскидывает руку и поднимается из кресла.

– Но ты отдашь все силы, Падрэйг. Твой отец поэтому и не смог защитить свою семью, потому что был слаб из-за этого мира. С тобой будет то же самое.

– Значит, такова моя судьба.

– И какой толк от такой жертвы? Что будет делать наш народ, когда окажется во мраке без своего правителя? Откуда они будут брать силы, зная о том, что неверные убили тебя и пробрались в человеческий мир? Они станут сильнее, а наши будут погибать один за другим. И наступит тот день, когда их найдут, потому что в человеческом мире их столько же, сколько нас здесь, – возмущается Волх.

– Когда неверные убьют меня, то портал перестанет существовать. Я уничтожу его и буду до последнего закрывать собой, пока он не исчезнет навсегда.

– Но Эйрин, она может создать его снова.

– Надеюсь, что я достаточно причинил ей боли, и моя подсказка об этом дошла до её разума, и сейчас она уже в безопасности.

– Падрэйг, это неправильно, понимаешь? Нельзя так. Ты обманул её, а если бы ты хоть раз сказал ей о своих чувствах, а не лгал, то всё было бы куда проще.

– Проще? Нет, дядя. Любовь никогда не бывает простой. И моя вот такая. Я готов быть истинным злом в её сердце, но, главное, чтобы оно билось. А если оно будет биться, значит, я сделал всё верно, и я не буду жалеть ни о чём, ведь мне и так было подарено невозможное. Мне достаточно этих воспоминаний, чтобы спасти тех, о ком она так волновалась. На этом закончим. Мне нужно отдохнуть и начать работать над новым миром, – Рэйг обходит Волха, и я направляюсь за ним. В замке темно, очень темно, но я вижу, куда идёт Рэйг. Он входит в комнаты, не тронутые никем. Его пальцы подхватывают мою ночную сорочку, лежащую на кровати, и он подносит её к лицу.

– Эйрин, – шепчет он, и его губы мягко улыбаются.

– Ты будешь жить во что бы то ни стало. А я готов погибнуть за тебя. Ты метка любви моей и смерти. Ты больше, чем всё то, о чём пишут в книгах. Ты воздух, ты пламя и вода. Ты множество необходимых элементов, без которых не выжить никогда. Ты и есть моё проклятье, и я рад это всё узнать. Боль ещё жива в моём сознании, а сердце не соберётся воедино никогда. Ты только помни, что было между нами. Я никогда не лгал, когда сжимал тебя в объятиях. Ты только помни, что я любил. Я научился это делать, но так и не смог использовать тебя. Прости, что я слаб и неверен тем клятвам, что давал в ночи. Я сдался и желаю тебе увидеть свет в твоём мире. Прощай, Эйрин. Прощай, моя Королева. Мне не стыдно за то, что я творил.

– Рэйг…

Он садится в кресло у камина, и моё сердце разрезают тысячи кинжалов от того, что я была любима и как жестоко повелась на ложь. Секунды тают в тишине, как и моё тело растворяется во мгле. Тянусь рукой, чтобы он знал я его простила, да и прощать-то не за что. Но не успеваю даже этого, когда моя душа с огромной болью возвращается в тело, и я распахиваю глаза, встречая взглядом тьму, окружившую меня в другом мире.

Поднимаюсь на ноги и срываю куски покрывала с окон, замечая, что уже ночь. Мне никто не помешал увидеть правду, но она оказалась очень жестокой. Я сделала неверный выбор, и за это теперь будут страдать другие. Арин. Сестра моя.

Могу ли я так оставить всё, что увидела, и продолжать жить здесь? Нет. Моя сестра беременна, и она человек, которого здесь ждут. А мою любовь украли, запутав меня, и заставили возненавидеть всё. Но это и есть выбор, который зачастую каждый делает неверно. У всех есть право на ошибку, как и на то, чтобы исправить это.

Запах гари появляется вокруг меня, и я мотаю головой. Что-то горит. Бросаю взгляд в окно и вижу, как слабый огонёк сверкает в замке на холме. Я не знаю, сколько времени прошло с того момента, когда Рэйг начал создавать ещё один мир, но, вероятно, сегодня он уничтожит портал, а значит, война начинается. И я не могу не участвовать в ней.