— Вооружены? — спросил Док пилота.

Лётчик кивнул.

Док, Монк и Хэм помчались к каньону. Продвигаться было трудно. Колючки мескита драли одежду, кактусы болезненно впивались в тело. Однажды застрекотала гремучая змея, а вскоре после этого Монк громко сглотнул и остановился. Он что-то сказал.

Его слова потонули в громком раздирающем треске, который, казалось, донёсся со стороны каньона.

— Опять эта штука! — проворчал Монк и напрасно обыскал взглядом небо в поисках следа огненной нити.

Они побежали дальше.

Тут они вновь услышали треск и снова стали слушать и осматривать небо. И опять ничего там не увидели.

Возможно, взгляд на небеса был предзнаменованием — добравшись до каньона, они не нашли ни следа добычи. Зато обнаружили брошенный парашют. Следы на песке показывали, куда бежал неудачливый убийца. Они пошли по ним.

Следы необъяснимым образом оборвались посреди песчаного пространства, сохранявшего каждый отпечаток с удивительной чёткостью. Но там, где они исчезли, песок был странно потревожен, словно маленький страшный вихрь всосал его, а затем позволил просыпаться обратно.

Хмурясь, Монк утверждал, что часть песка до сих пор висит в воздухе.

Они искали целый час, прежде чем смирились с убеждением, что преследуемый каким-то пока не объяснённым образом сумел исчезнуть.

— До сих пор в этом деле было много головокружительных поворотов, — проворчал Монк. — Но этот превзошёл все.

В Сан-Франциско стоял туман. Воздух был полон влаги. Газеты, которые Монк принёс в гостиничный номер Дока Сэвиджа, размякли от сырости. Монк выглядел озадаченным и размахивал газетами.

— Всё ими забито! — пожаловался он. — Мы во Фриско меньше двух часов, а об этом уже во всех газетах. Я хочу знать, кто им сказал, что мы здесь?

— Я, — сказал Док Сэвидж.

Монк покачал головой. — Но обычно мы стараемся как можно меньше попадать в газеты.

— У нас мало зацепок, — сказал Док. — Точнее, вообще ни одной.

— Я-то знаю!

— Поэтому, если эти люди сами придут к нам, пусть даже с намерением убрать нас с дороги, мы по крайней мере вступим с ними в контакт, — сказал Док.

Монк неуверенно усмехнулся. — Что ж, это один из способов.

Док Сэвидж взял одну из газет, но уделил мало внимания статье о своём прибытии в Сан-Франциско. Помимо прочего, там указывалось, что бронзовый человек приехал на Западное побережье расследовать убийство своего друга Уилларда Спэннера. Или убийства не было?

Там имелась другая статья о деле Уилларда Спэннера. Издатель газеты, получивший первое письмо с требованием денег за освобождение Спэннера, получил второе послание, настаивавшее на том, что Спэннер всё ещё жив, и требовавшее деньги за его безопасность.

— Возможно, это рекламный трюк газеты, — предположил Монк. — Я знавал газеты более дикие, которые опускались до такого.

Док Сэвидж поднял телефон и связался с издателем, получившим послания. Док назвал себя.

— Я хотел бы увидеть эти записки, — сказал он.

Издатель попытался поторговаться.

— В обмен вы должны позволить только нашей газете писать о ваших действиях, — сказал он.

— Ничего подобного мы делать не станем, — тут же ответил Док.

— Тогда можете свистеть в ожидании записок, — сказали ему.

Бронзовый человек не проявил никаких чувств.

— Как вам угодно, — сказал он.

Издатель звучал менее уверенно, когда спросил: — И что вы собираетесь с этим делать?

— Расскажу остальным газетам, что делаете вы, — сообщил Док. — Тот факт, что ради статьи вы готовы зайти настолько далеко, чтобы препятствовать попыткам разыскать Спэннера, если он жив, должен стать интересным чтением. Кроме того, у меня есть полномочия федерального агента. Федеральные власти заинтересуются вашим отказом предоставлять агенту сведения и сотрудничать с ним. Возможно, я придумаю и другие меры. Например, контрольным пакетом акций вашей газетёнки владеет сеть, одним из директоров которой являюсь я.

— Вы победили, — сказал газетчик. — Я пришлю записки.

Док едва успел повесить трубку, как телефон зазвонил. Это был служащий внизу.

— К Доку Сэвиджу пришёл мистер Нок Спэннер, — сказал он. — Мистер Спэннер говорит, что он брат Уилларда Спэннера.

— Направьте его сюда, — сказал Док и положил трубку.

Бронзовый человек предупредил Монка и Хэма, что поднимается посетитель, и назвал его имя.

— Брат Уилларда Спэннера! — взорвался Монк. — Я не знал, что у него есть брат!

— Есть, — сказал Док.

— Когда-нибудь встречался с ним? — спросил Монк.

— Нет, — ответил Док. — Брат — военный специалист, много лет проживший в Китае.

В дверь постучали, и Док встал и впустил посетителя.

Нок Спэннер был крепким мужчиной выше среднего роста. Хотя на висках его волосы слегка поседели, ему, вероятно, было ненамного больше тридцати. На левой руке он носил довольно большие наручные часы с ремешком из соединённых китайских монет.

— Я прочитал в газетах, что вы в Сан-Франциско и расследуете загадку моего брата, — сказал он отчётливым голосом с лёгким оттенком выговора, который иногда приобретают американцы, несколько лет прожившие за границей. — Я прибыл только сегодня утром.

— Вы представляете, зачем ваш брат находился в Сан-Франциско? — спросил Док.

Нок Спэннер повернул браслет из китайских монет, который, казалось, сидел тесновато.

— Конечно, чтобы встретиться со мной, — сказал он. — Мы не виделись семь лет. Я закончил работу в Китае и возвращался в Штаты, чтобы здесь жить.

— У вас есть какие-либо мысли обо всём этом?

Нок Спэннер поправил браслет. — В Китае я нажил врагов. Однако не думал, что они нанесут мне удар через моего брата.

— Вы считаете это возможным?

Нок Спэннер пожал плечами. — Ничего другого я придумать не могу. Разумеется, я мало знал о связях брата в Штатах. Он мог нажить собственных врагов. Или кому-то просто нужны деньги. Если так, я готов заплатить. По словам газет, они потребовали пятьдесят тысяч.

— Они у вас есть?

Нок Спэннер кивнул. Он достал из кармана большой автоматический пистолет с тонким стволом. Затем вынул пачку банкнот, постучал по ним и вернул в карман.

— Я могу заплатить, — сказал он. — Но хочу знать, жив ли мой брат. Нужно задать авторам этих записок один вопрос. Если они ответят правильно, я буду знать, что брат жив.

— Вопрос даст точную уверенность? — спросил Док.

— Да. Я попрошу его назвать моё второе имя, которым не пользовался с детства и которое, ручаюсь, не знает никто, кроме моего брата.

— Хорошо, — сказал ему Док. — Записки скоро будут здесь.

Посыльный принёс записки. Они были напечатаны на грубой коричневой обёрточной бумаге — самом трудном для опознания материале, — и отпечатков пальцев на них не было. Простые и грамотно составленные, они сообщали, что Уиллард Спэннер жив и будет освобождён после уплаты пятидесяти тысяч долларов мелкими купюрами. В последней строке указывался способ связи:

МЫ ПОЗВОНИМ ВАМ, КОГДА СОЧТЁМ ВРЕМЯ ПОДХОДЯЩИМ

— Пользуясь телефоном, они рискуют, — заметил Монк.

— Они могут позвонить из какого-нибудь отдалённого места и быстро уйти, — ответил Док.

Зазвонил телефон.

— Да, — сказал Док в микрофон.

— Тот газетчик сказал позвонить вам, — произнёс голос, намеренно и искусственно сделанный пронзительным.

— Насчёт чего? — спросил Док.

— Насчёт Уилларда Спэннера, — ответил голос. — Я один из тех парней, которые его держат.

Рукой, в которой не было телефонной трубки, Док Сэвидж делал короткие быстрые условные движения. Монк следил за ними, читая, ибо это были жесты принятого одноручного языка глухонемых, и уродливому химику приказывали проследить звонок.