- Кеша хоррроший! – подхватил мой пернатый сосед.

- Да, - мама склонилась, - Хороший! Хороший, мой мальчик.

«Чудеса», удивлённо подумала я. Надо было давно завести какаду и подарить его маме.

Но на этом сюрпризы не кончились.

- Раздевайся, и буду кормить тебя сырниками, - мама направила в спальню.

- Сырниками? – я уставилась на неё.

Когда-то они были «маминым блюдом». Но когда это было? Ещё в раннем детстве! Живя одна, мама совсем перестала готовить. Предпочитая простые супы и гарниры. Теперь самым частым из блюд была греча. И всё благодаря её универсальности. Греча с мясом, с грибами, греча с сахаром и с молоком.

- Ну, расщедрилась! Джем у тёть Любы взяла, - пояснила она, - Я ж скучала!

- Я тоже, мамуль, - обняла я её, ощутив непривычный парфюм, - Новый запах?

- Да так, - отмахнулась она, - Были с тёткой твоей в Летуале, я брызнулась.

- Вроде что-то мужское, - принюхалась я.

- Да там разве поймёшь? – мама резко меня отстранила, - Давай! Быстро в ванну и к столу. А то сырники стынут!

В таком настроении кончился день. Я укрылась в своей чисто убранной спальне. И, пока мама смотрит турецкий сериал, звоню её младшей сестре.

- Тёть Люб, приветик!

- Аушки, золотце? – та, как обычно, кричит.

Я прикрываю динамик рукой:

- А ты не знаешь, что с мамой?

- А что с ней? – пугается тётя.

- Да… Я даже не знаю, как объяснить…

Но она берёт слово:

- Обсыпало? Небось, покраснела от этой клубники? А я говорила, алоэ бери! Нет же! Упёрлась! Клубнику хочу. Она убирает морщины. Я говорю ей: «Твои морщины уже ничто не уберёт. Хоть ты обмажься!».

- Подожди, ты о чём? – прерываю словесный поток.

- Я о масках. Ну, этих, на морду лица. С коллагеном! В Летуале была распродажа. Так мы с твоей мамой набрали.

«Показания сходятся», - думаю я. Ну, окей! Вот только…

- А тебе это странным не кажется?

- Что? – восклицает тёть Люба.

- Ну… мама и маски? Это как-то вообще на неё не похоже.

- Нуууу, - смеётся она, - Весна! Всё цветёт. Даже матерь твоя!

«Даже матерь», - я мысленно с ней соглашаюсь. Я забыла, что мать – тоже женщина. Одинокая, да! Или, может… Свободная? Так лучше звучит. Позитивнее.

В ванной вижу ту самую маску. «Мгновенное омоложение!», - гласит этикетка, - «Уменьшает морщины, улучшает цвет кожи, борется с воспалениями».

Смотрю на себя. Надрываю пакетик. И, вынув пропитанный влажной субстанцией лист, осторожно кладу на лицо.

Глава 21

На работе за неделю ничего не изменилось. Моё кресло всё также стоит. На столе ожидает пачка свежих документов со склада. Виталик принёс! Пролистала. Внутри ни одной шоколадки. Обиделся, значит? Теперь избегает меня.

Программа висит. Я набираю айтишников. Мне отвечает Григорий. Он всегда берёт трубку! Типа он среди них - самый главный по связям с народом.

- Нда, - слышу голос.

- Опять висим, - говорю.

- Юль, это ты? - узнаёт.

- Я это, - барабаню я пальчиком по столу.

- Щас отвиснет, не ссы! - он смеётся реакции прочих.

- Идеальный ответ. Можно в письменной форме? - пытаюсь шутить, - У меня тут стопка документов. Мне их разнести нужно до вечера. Я из-за вас, упырей, оставаться после работы не буду, понятно?

- Чё злая такая? - бросает Григорий.

Я смягчаюсь:

- Да так.

В этот момент мой экран отвисает. Но я не спешу говорить сисадмину. Пусть считает себя виноватым! Совсем они там распустились, на втором этаже.

После обеда кураторша Валя приносит запрос. Она у нас с придурью! Ей бы учителем быть. До того придирается, каждый промах своих подопечных фиксирует в свой вездесущий блокнот. Наверняка, ещё и оценочки ставит? Вот я, когда займу её место, не буду такой! Я буду добрым куратором. Буду всем помогать, улыбаться. Если конечно, косячить не станут...

- Офигеть! - я сползаю на кресле.

- Не фигей, а копируй, - говорит Валентина, и кивает на наш неприметный архив.

- Мои поздравления! - Натка смеётся.

У нас принято друг друга поздравлять, когда кому-то приходит запрос. Обычно такая работа является срочной. Приходится всё отодвинуть, зарыться в архиве и копировать долго и тщательно, каждый листок.

По дороге в архив, я решаю сходить по нужде. После, дождавшись, когда остаюсь в одиночку у зеркала, расправляю плечи, смотрю на себя. И вполголоса произношу:

- Сиськи наголо, жопку в кулак, и творить непотребства!

Это стало девизом. Когда совсем тиско, себе говорю. Или вслух, или мысленно. И всегда эта фраза рождает улыбку.

В архиве, засунув наушники в уши, пою еле слышно. Работа идёт. Трачу бумагу на нужды налоговых органов. Мимо архивной двери пробегает Давыдов Вован, знаменитый продажник, болтун, ловелас.

Заприметив меня, он встаёт у двери и стучит в неё пальцем.

- Тук-тук!

Вынимаю наушник:

- Да-да?

Вова, поправив воображаемые очки на носу, бросает чуть сдавленным голосом:

- Это библиотэка?

Я тоже берусь подыграть:

- Предположим. А что вы хотели?

- Что-нибудь детективное есть? Про убийства? - дурачится Вовка.

- О! Этого добра тут навалом, - веду я рукой, - Вот, к примеру, занятный роман, называется «Книга продаж за июль 2022 года ».

- Очень интригующее название, - соглашается он, - И о чём она?

Я опираюсь на ксерокс, уложив на него «мордой вниз» вышеназванный мега-шедевр.

- Она о том, как один бухгалтер исчез при таинственных обстоятельствах, - нажимаю на «старт».

Копировальный гигант начинает жужжать и сканировать папку.

- Неплохо! А я вот недавно читал, как один менеджер по продажам продал душу Дьяволу, - говорит Вовчик весело. Скажи он эту фразу иначе, и могло бы сойти за зловещую правду.

- Жесть! Вов, тебе надо книги писать, - восклицаю.

Он жужжит, имитируя ксерокс:

- Ужасы, ага! Во мне умер писатель.

- А ещё клоун, актёр и стендапер, - решаю польстить.

- Да я просто кладбище талантов! - парирует Вовка.

- Кладезь, - вношу я поправку.

- Неа, - бросает он, - В моём случае именно кладбище!

- Твой главный талант - продавать. Предприятие без тебя погибнет, - листаю страницы.

Вовка чешет затылок:

- Другой бы стал спорить, а я не стану.

- Иди уже! - я усмехаюсь, - И не мешай людям работать.

Он, сунув руку в карман своих брюк, достаёт и бросает мне что-то. Конфета, сосучка.

- Вишнёвая, - подмигнув, добавляет Давыдов. И растворяется в сером тумане безрадостных офисных стен...

Вечером я, умяв порцию гречки. И, предварительно вымыв посуду, сажусь рисовать маникюр. Можно делать в салоне, но я не хочу! Люблю всё сама. Маникюр, макияж, депиляцию. С последним на время завязано. Пока секса нет, я решила дать отдых интимным местам.

Слышу «динь-дон». На смартфоне послание с сайта знакомств. Мы общаемся с Вороном несколько дней. А кажется, целую вечность! Он посоветовал мне почитать кое-что из фантастики. И, надо сказать, мне понравилось! Хотя, жанр не мой.

Я в свою очередь выслала несколько песен любимой поп-группы. И он оценил их на пять! Показала ему фотографию Кеши.

«Красава! », - отметил он, даже не зная, что именно так называет себя мой болтун.

Мне нравится, что он каждое утро отправляет мне чашечку кофе. Желает хорошего дня. Что дожидается вечера, чтобы прислать что-нибудь. Как сейчас! Только не нравится, что он до сих пор не открыл своё фото.

Я даже спросила у службы поддержки на Мамбе. Типа, что за фигня? Они мне ответили, что пользователь включил функцию «Скрывать фото».

Ответ звучал так: «...при включённом режиме «Инкогнито» все фотографии будут отображаться в размытом виде. И видеть меня смогут только те пользователи, которых я добавила в «Избранное».

Значит, Ворон меня не добавил? Обидно, однако! О чём я спешу рассказать:

«Не стану общаться с тобой, пока не добавишь меня в «Избранное ».