Она собирается ударить его оружием, похожим на заострённое шило.

— Стой! — кричу я.

Гиа замирает на корточках, а остриё останавливается всего в нескольких сантиметрах от груди Киарана.

Безумная принцесса оборачивается через плечо, и при виде меня её лавандовые глаза сужаются до яростных щелей.

— Её здесь не должно быть! — кричит она Фэррелу. — Ты что, не сломал ей шею, прежде чем зашвырнуть в портал? Как ты посмел ослушаться меня?!

Он молчит, сверля её взглядом, полным ненависти.

И ужаса.

Похоже, в их отношениях назревают серьёзные проблемы.

По крайней мере, теперь я знаю, кто схватил меня в Теневых Землях, и благодарна судьбе за то, что мои шейные позвонки всё ещё целы. Но сейчас у меня нет времени размышлять о причинах, по которым Фэррел решил оставить меня в живых.

Я опираюсь ладонями о гладкие перила, наклоняюсь вперёд и пытаюсь понять, насколько серьёзно ранен Киаран. На его теле несколько кровоточащих ран, одежда разорвана. У лиан, удерживающих его, длинные шипы, и один из них глубоко вонзился в правое плечо.

Моя рука сама тянется к тому же месту на предплечье.

Там болит.

Его боль передаётся мне.

Наши взгляды встречаются, и я уже ожидаю, что он отругает меня за то, что я пришла сюда, или прикажет бежать.

Вместо этого по его лицу расплывается ухмылка.

Это не радостная улыбка при виде меня. Она озорная, словно у него появился какой-то секрет.

Я чувствую странное покалывание в венах, и боль сменяется ощущением силы.

Прежде чем я успеваю спросить Киарана, всё ли с ним в порядке, Дэймон внезапно оттаскивает меня назад и заслоняет собой.

Я больше не вижу зал и не понимаю, что происходит.

Страх сковывает жилы.

Не знаю, поможет ли это, но я перебрасываю кинжал Гаррина через балкон, надеясь, что моя меткость окажется достаточно хороша и оружие приземлится там, где Киаран сможет до него дотянуться.

Секунду спустя раздаётся громкий звон, а затем — пронзительный крик боли.

Вырвавшись из объятий Дэймона, я вытягиваю шею, чтобы увидеть, что происходит.

Верхняя часть тела Киарана уже свободна от оков, а Гиа лежит на полу. Кинжал торчит у неё из коленной чашечки. Шёлковое платье приколото к ноге, и по белой ткани расплывается красное пятно.

Быстрым движением Киаран хватает свой топор и обрушивает его на ступню сестры, рассекая кости вдоль.

Увидев это ужасное зрелище, я прикрываю рот рукой.

Гиа издаёт гортанный вопль, роняя оружие, а вокруг неё растекается лужа крови. Киаран срывает с себя оставшиеся лозы, разбрасывая комья земли и обломки, и поднимается на ноги.

Он раскручивает топор отработанным движением и отбрасывает оружие Гии подальше.

— Кстати, моя суженая жива. Проклятие снято. Я вижу и буду править этим королевством до самой смерти, а она наступит ещё очень нескоро.

Воспользовавшись тем, что Гиа на мгновение отвлеклась, он призывает свои силы. Через открытое окно вползают лианы, обвиваются вокруг её рук и ног и связывают их за спиной.

Теперь, когда она обездвижена, я думаю, что всё кончено.

Но ошибаюсь.

Все окна распахиваются, и в зал врывается молния. Она движется медленно, словно Гиа уже ослабела. Сначала я боюсь, что она направит её против Киарана, но разряд устремляется не к нему.

Он летит в меня.

Я отступаю. Дэймон тут же оказывается передо мной, а через мгновение слышится хлопанье крыльев Киарана, и он приземляется на лестнице, заслоняя нас обоих и готовясь принять удар на себя.

Оба этих мужчины готовы выдержать удар молнии ради меня.

Но Киаран и самосохранение — одно и то же. Если пострадает он, пострадаю и я.

Я уже собираюсь крикнуть ему, чтобы он отошёл, как вдруг электричество начинает медленно угасать, возвращая зал в прежнее состояние.

Ветер стихает.

Всё вокруг замирает.

Дождь прекращается, облака рассеиваются, и за окнами появляются звёзды, мерцающие в ночном небе.

— Что происходит? — Адреналин зашкаливает, и я задыхаюсь, словно только что пробежала марафон.

Выглянув из-за Дэймона, я смотрю на Гию. Её глаза закрыты, дыхание медленное и ровное.

Она без сознания.

— Спит, — объясняет Дэймон.

Спускаясь по лестнице, он хлопает Киарана по спине.

— Я когда-нибудь говорил, что могу усыпить кого угодно?

— Ты сейчас издеваешься? — бесстрастно спрашивает Киаран, следуя за ним. — Почему ты не сказал мне об этом раньше? Например, две тысячи лет назад?

Дэймон пожимает плечами.

— У каждого свои секреты.

Разозлившись, Киаран прищуривает глаза.

— Многих конфликтов можно было бы избежать, если бы ты использовал эту способность раньше.

— Я ждал подходящего момента, чтобы её продемонстрировать.

— Подходящий момент наступил ещё до того, как Гиа наваляла мне. — Киаран сплёвывает кровь на пол у подножия лестницы, и я начинаю всерьёз беспокоиться о его состоянии.

У меня болит язык, а значит, он, должно быть, сильно прикусил свой. На затылке у него глубокая рана, а тело покрыто бесчисленными порезами от шипов.

Но прежде чем осмотреть его, мне необходимо к нему прикоснуться.

Он поворачивается и раскрывает объятия. Спрыгнув со второй ступеньки, я бросаюсь к нему, обвивая руками шею, а ногами — талию.

Я целую его и чувствую на языке металлический привкус крови.

— Идиот. Ты чуть не умер. Больше так не делай.

— Но я жив благодаря тебе. — Он снова целует меня, а затем нежно гладит по щеке. — Я очень благодарен за кинжал, моя королева. Ты моя героиня.

— А как же я? — жалуется Дэймон. — Это я вырубил Гию.

Мы не обращаем внимания на его недовольное бурчание.

Наши волосы и одежда влажные от дождя, пота и крови, но я чувствую лишь облегчение и радость.

Опасность миновала.

Киаран зарывается носом в мои волосы и глубоко вдыхает.

— Как ты сюда попала?

— Талон доставил меня к башне. Не волнуйся. — Я бросаю взгляд на Дэймона. — Он в безопасности. Вернулся в конюшню после того, как высадил меня.

— Тебе следовало остаться в доме знати, — говорит Киаран, но в его голосе нет ни капли гнева.

Я притворно надуваю губы.

— Я только что спасла тебе жизнь.

Он обречённо вздыхает.

— С этим не поспоришь. Стоило мне увидеть тебя, как мои силы взлетели до небес, и я смог освободиться.

— Я бы усыпил Гию до того, как она проткнула тебя, — фыркает Дэймон, обиженный тем, что никто не выражает ему благодарности.

В ответ он получает лишь хмурые взгляды — и от Киарана, и от меня. По крайней мере, у него хватает порядочности выглядеть виноватым.

— Я просто хотел узнать, насколько сильна эта дистиллированная Дневная вода. Теперь знаю.

— Когда она проснётся? — спрашивает Киаран, опуская меня на пол.

— Когда я позволю. Но мне придётся оставаться рядом с ней. Если отойду дальше чем на пять метров, моё влияние исчезнет за считаные минуты.

Я начинаю осматривать раны Киарана, пока он продолжает разговор с Дэймоном.

— Мне нужно, чтобы она оставалась погружённой в сон, пока не закончится действие Дневной воды.

Киаран поднимает правую руку, чтобы я могла осмотреть порез на рёбрах. Он неглубокий, и кровотечение уже остановилось.

На самом деле все его раны, кажется, заживают очень быстро. Я провожу пальцем по царапине на его руке, которая уже почти полностью затянулась.

— И как долго это продлится? — спрашивает Дэймон.

Киаран переводит взгляд на Фэррела.

— Если кто-то и знает, то только он.

Когда избранник Гии поднимается с трона короля Кирита, то заметно дрожит.

— Король Киаран, я могу многое объяснить, если вы позволите.

Киаран поднимает руку, призывая его замолчать.

— Сначала о главном. — Прижимая меня к себе, Киаран поворачивается к застывшим в зале фейри, которые смотрят на нас широко раскрытыми глазами. — Я ваш король, а это ваша новая королева. В ближайшее время ничего не изменится. Это правда: Куинн — моя суженая, и проклятие снято. Расскажите всем, что предатели, воспользовавшиеся моим отсутствием, будут сурово наказаны.