Промышленность? Да, на все три вопроса. Почему три? Потому что есть лёгкая, тяжёлая и военная, идущая отдельно. Можно ли выделить какую-то особенную? Увы, да. Пока сохраняется угроза вторжения, предпочтение отдавалось именно производству снарядов, новых кораблей и так далее и тому подобное.

Медицина, образование, коммунальное хозяйство, строительство дорог, помощь малому и среднему предпринимательству… Важно было всё!

А в чём моя сильная сторона? Ни в чём из этого! Я духовный практик, который никогда не занимался не то что управлением государством, даже заводом или фирмой не руководил. Так что мне приходилось полностью полагаться на людей, ответственных за это направление. А значит, встречаться с ними, смотреть, врут ли они, и помогать, благословляя на дальнейшую деятельность.

За полгода мне удалось так наладить работу, что я даже ни одного министра не уволил, не говоря уже о посадках. Да, кое-кого пришлось мотивировать на честную работу, после чего в бюджет попадали крупные суммы денег. Другим, наоборот, давать финансовую помощь. На землях Меньшиковых заводы до сих пор работали в ноль, хотя производилось там множество медикаментов и их можно было бы продавать втридорога.

Бюджет… как много в этом слове! Но тут всё просто. Каждый, абсолютно каждый, независимо от возраста, социального положения или политических взглядов, хотел встать у этой кормушки и начать черпать двумя ладонями. А ведь он совсем не резиновый, и хорошо, что удалось компенсировать его просадку продажей искажённых зонами материалов. А, и ещё нефтью с газом.

Вот уж что резко понадобилось всем — так это углеводороды. Я точно знал, что в странах Европы резонансные станции отключились, как и у нас. Почему? Спрос вырос в сто раз за полгода. Ну и ценник тоже подскочил до небес, что для нашего бюджета было очень приятно, а вот для внутреннего рынка не очень. Пришлось даже давать специальные налоговые льготы при продаже внутри империи и ставить налоги на экспорт.

Как бы я ни старался сократить собственную занятость, она оставалась круглосуточной. И единственное, что меня спасало от повторения судьбы вечно задолбанного, уставшего и злого Петра — медитации в любую свободную секунду. Причём не на развитие, а на восстановление тела и циркуляции энергии души.

Сон? Не, не слышал. А высыпался я последний раз года полтора назад.

Но всё это окупалось поступающими отчётами. Количество резко негативных падало каждую неделю, по ним принимались решения или уже показывались результаты. Проблемных становилось всё меньше, а вот положительные сыпались как из рога изобилия. К счастью, Мальвина сумела как-то натравить два ведомства, проверяющих друг на друга. В результате чего мы получали боле достоверные сведения с фото и видео доказательствами. Тактика «подрежь конкурента и получи премию» работала.

— Ваше величество, позволите? — постучав, спросил Леонид, и я показал ему на кресло. — Увидел ваш запрос и решил доложить сам.

— Мы можем с вами встретиться на малом совете, совсем не обязательно искать для этого другие поводы.

— Боюсь, тут вопрос срочный и не очень приятный, — вздохнул Багратион-старший. — Мне только что подтвердили смерть сына Бориса Готтского, так что последней законной наследницей королевства остаётся его дочь.

— Которая живёт у меня во дворце, — вздохнул я. — Европейцы уже заявили о том, что это мы убили государя?

— Сделают это в ближайшее время, а потому я прошу у вас разрешения на общение с принцессой и показ ей соответствующих материалов.

— Только в моём присутствии, — подумав, согласился я, а потом добавил: — и позовём Константина, чтобы он в случае чего подставил девушке плечо.

— Уверены, ваше величество? Я, конечно, очень благодарен за подобное предложение, но всё же он может стать королём-консортом Болгарии.

— Он предаст меня? Мои интересы и интересы России?

— Боюсь, в первую очередь он будет вынужден блюсти интересы своих новых граждан, — покачав головой, сказал Багратион-старший. — Как и любой достойный монарх. Или вы хотите присоединить Болгарию к Российской Империи?

— На мой взгляд, это был бы оптимальный вариант, — пожав плечами, ответил я.

— В таком случае, прежде чем разговаривать с девочкой, стоит поговорить с Мышкиным. Уверен, у него будет, что сказать по этому поводу, — предложил Леонид, и я удивлённо поднял бровь. — Да, вы не ошиблись, я хочу переложить ответственность на кого-то другого, тем более что это не до конца моя компетенция.

— Хорошо, подготовьте всё, переговорите или позовите его на встречу во дворце, а потом доложите о результатах.

— Как прикажете, ваше величество, — сидя поклонился Леонид. — Но извините, это не все плохие новости. Как и сказала вам принцесса Луиза, а скорее слила, барон Бокх был обнаружен при дворе Людовика и Виктории в Париже. Если быть точным, он там представляет часть делегации герцога Саксонского.

— И как это может быть связано, чем вредно для Берлина, что они фактически сливают нам эту информацию?

— Об этом тоже стоит переговорить с Мышкиным, — сказал Леонид, разведя руками.

— Если позволишь, дорогой, — высунувшись из спальни, произнесла Мария, и я кивнул, приглашая девушку присоединиться. — Я невольно услышала, о чём вы говорите. И тут нет никакой загадки: если барон, пытавшийся убить Луизу и нас всех при Саксе, был в обществе Лиги Наций, значит, они играют в том числе против императора Вильгельма. У герцога есть права на трон Германии при пресечении прямой линии наследования.

— В таком случае, возможно, они не сумели договориться с Вильгельмом, потому как он поддержал нас, и решили устранить его и заменить на более послушного монарха, — подумав, кивнул Багратион-старший. — Но без Мышкина мы всё равно не увидим всех подводных камней.

— Хорошо. Организуйте встречу. Не хватало нам ещё лишиться последних союзников в Европе.

— Ваше императорское величество, невероятно рад встрече с вами, — склонился в церемониальном поклоне князь Мышкин.

— Присаживайтесь, Кирилл Игоревич, в ногах правды нет, — сказал я, и министр вежливо улыбнулся. — И можно без официоза в каждой фразе, у нас закрытая встреча, а не государственное мероприятие.

— Любая встреча с государем — официальное событие, ваше величество, — не меняясь в лице, ответил князь.

— И только мне определять, кто и как может себя на них вести, — отмахнулся я. — Но как вам удобнее, если привыкли так — пусть будет. Главное, чтобы работа работалась.

— Безусловно, ваше величество, мы прикладываем к этому все силы, — склонил голову дипломат. — Во благо империи.

— Империя прежде всего, — кивнул я. — В таком случае сначала будут мои вопросы. А если после этого вам всё ещё будет что сказать — я выслушаю. Согласны?

— Как прикажете, ваше величество.

— В таком случае предлагаю вам обрисовать ситуацию на европейском плацдарме, как вы её видите, а дальше уже перейдём конкретным вопросам.

— Как прикажете, государь. Если говорить в общих чертах, сейчас идёт преобразование, в ходе которого большая часть европейских монархий постепенно объединяется, — начал князь, заметно расслабившись. Похоже, он решил, что ему предстоит прочитать мне обзорную лекцию, но я пока не мешал. — По сути, все они и без того близкие родственники — максимум троюродные братья и сёстры. Из-за недавней катастрофы, которую в соответствии с нашей позицией устранили именно вы, число представителей династий Габсбургов, Бурбонов и Саксен-Готских резко сократилось: с нескольких тысяч до пары сотен членов герцогских фамилий.

— Их было так много? — искренне удивился я.

— И есть до сих пор, ваше величество. Почти все правящие дома связаны браками и кровью даже с мелкими землевладельцами, которые потенциально могут претендовать на власть в государствах. Но, если позволите, я продолжу, — он сделал небольшую паузу, дожидаясь моего кивка. — На сегодняшний момент династии Бурбонов и Саксен-Готсков объединились в браке, Людовик семнадцатый был провозглашён королём Испании, Англии и Франции, за что уже получил прозвище Объединитель.