Но обнаружить эти «ворота миграции» пока не удавалось, хотя их усиленно разыскивали. Троост корил себя, что с самого начала не привязал к арбузоидам хотя бы один дрон-разведчик, и теперь он эту оплошность исправил, но сколько придется ожидать возвращения этих гигантов — понятия не имел.

Проблема в том, что на планетах Септимы нет времен года как таковых. Они все слишком близко к своему солнцу — первая планета совершает полный оборот всего за два земных дня, седьмая — за два с половиной месяца, а четвертая — за шестнадцать дней. Все планеты, кроме седьмой, находятся в приливном захвате, и сутки на них либо равны году, либо резонансны с ним. Четвертая планета, например, совершает три оборота вокруг своей оси ровно за два года.

И однако свои сезоны тут есть, связанные с циклами активности самой звезды. Сейчас Септима явно вступила в фазу низкой активности, всего за месяц ее яркость снизилась на три процента, и на ее планетах началась «осень». Но пока неизвестно, насколько эти затухания регулярны и как долго длятся — период может оказаться короче земного года, а может затянуться на целые века.

Так что сидеть и ждать — не вариант. Надо искать, потому что если гипотеза Трооста верна — портал должен быть не слишком далеко, должен быть в нахоженном месте и должен быть очень велик — ведь им пользуются все арбузоиды планеты. Они знают, где он находится, и регулярно мигрируют через него на более теплую планету.

Впервые Троост столкнулся с таким способом адаптации к сезонному похолоданию.

К тому же логика подсказывает, что арбузоиды вряд ли единственные им пользуются. Они же не тайный орден масонов, это просто животные, которые случайно наткнулись на действующий портал и приспособились к нему, как рыбы приспосабливаются к конкретным течениям. У тех арбузоидов, что научились уходить на «зиму» в более теплые края, было больше шансов выжить и дать потомство. И постепенно на планете остались только те, что с приходом холодов шли к заветному проходу.

Но раз арбузоиды мигрируют всей популяцией, они научились этому очень давно, сменились бессчетные поколения. А это, во-первых, означает, что порталы Кристаллиды и Септимы очень древние, а во-вторых — что могут найтись и другие жизнеформы, знающие этот путь.

И дроны-разведчики целыми днями рыскали по звериным тропам, выискивая что угодно необычное, какое-нибудь тупиковое ответвление, где следы обрываются.

Они обнаружили искомое на восьмой день. На четвертой планете становилось все прохладнее, средняя дневная температура снизилась уже с плюс двадцати до плюс двенадцати и продолжала падать. И в одно прекрасное утро сразу несколько дронов выдали Троосту свои субэкраны с сигналом «срочно».

Это были животные, которых зверолов, не мудрствуя, окрестил свеклоидами. Совсем безволосые, насыщенного фиолетового цвета, они были вчетверо мельче арбузоидов, питались мякотью дышащих колонн, жили большими стадами и встречались повсеместно. Пять свеклоидов уже поселились на «Нимроде», отлично себя там чувствовали, и Троост давно не обращал на них внимания.

Но сегодня они будто услышали сигнал общего сбора. Отовсюду струились все новые стада, и все явно направлялись в одно место. Словно гигантский фиолетовый водоворот, стада свеклоидов сходились со всех сторон… и очень скоро дроны зафиксировали удивительное зрелище.

То была небольшая расселина меж двух поросших светящимся мхом валунов. Ничем не примечательная, самая обыкновенная — но присмотревшись, можно было заметить что-то вроде межи, проложенной посреди звериной тропы. Многие местные жизнеформы оставляли довольно характерные следы, не шагая и не ползая, а частично перетаскивая, частично перебрасывая свои тела — и такие же у них были тропы, изборожденные будто бессчетными, накладывающимися друг на друга кратерами. Но точно посреди расселины земля оставалась нетронутой — и сейчас стало видно почему.

Свеклоиды один за другим проходили через портал и исчезали. Пропадали на четвертой планете и появлялись где-то там, на третьей… скорее всего. Троост считал более чем вероятным, что такие порталы есть на всех семи планетах, что жизнеформы Септимы свободно мигрируют между этими небесными телами.

Но обнаружить пока удалось только один. Троост немедленно сообщил об этом Джор Кантосу, сам же решил пройти на другую сторону, чтобы установить сразу и выходную точку. Это не может быть опасно, раз проходом регулярно пользуются миллионы животных.

Но Трооста ожидал сюрприз. Он пролетел через портал на флаере… и ничего не случилось. Приземлился и прошел пешком — снова ничего. У него была при себе «жестянка» с Кристаллиды, но здесь она не помогала.

Древний механизм вымерших ксеносов исправно пропускал свеклоидов и отказывался землянина.

Но раз им пользуются обычные животные, дело не может быть в пароле или тайной кнопке. Система сама каким-то образом различает, кого пропустить, а кого нет. Но по какому принципу и зачем?

Второй вопрос прямо сейчас имеет чисто умозрительное значение. Допустим, вся эта система — глобальный эксперимент или заповедник, и порталы именно для миграций животных и устанавливались. Или, возможно, верна гипотеза Стувейры, и Септима — прародина строителей порталов, их механизмы настроены на генетический код, а арбузоиды и свеклоиды имеют схожую структуру ДНК.

Однако ответ на второй вопрос может помочь ответить на первый. И если дело в генетическом коде… Троост вспомнил биотические экзоскелеты для спуска на Иннаа. Что-то подобное вполне может надуть древнюю машину… только вот создание такого экзоскелета займет немало времени, слишком тонкая нужна калибровка.

Но… возможно, есть способ попроще. Ведь сейчас перед ним не йограны, зрение и обоняние которых нужно обмануть, и даже не искусственный интеллект, а древняя машина с встроенной системой «свой-чужой».

И раз свеклоидов его сканер считывает как «своих»…

К порталу как раз подошло очередное стадо. Фиолетовые звери размером с быков, но почти шарообразными телами и восемью ногощупальцами-хоботами с довольно приличной скоростью перебрасывали себя по изрытой широкой тропе, добавляя в ту все новые кратеры. Троост снизил вес до двадцати процентов, переключил грависапоги на «минус» и оттолкнулся от земли, взлетая перед самым носом вожака стада.

Он на несколько секунд завис в воздухе, балансируя на антигравитационной подушке, словно канатоходец. Внизу неслись фиолетовые туши, одна за другой исчезая за незримой завесой. Троост выцепил одного, подпрыгивающего чуть в стороне от общей лавины, и выстрелил из стопера.

Не полным лучом. Самым минимальным — не парализующим, а только притормаживающим. Свеклоид продолжил бежать-прыгать, но теперь медленно, словно под хорошей дозой спиртного. Однако характерные для сухопутных жизнеформ Септимы вихляния исчезли — и Троост пошел на снижение.

— Начинаю эксперимент, — произнес он, передавая видео по вирт-связи.

Вес он увеличил резко, но не значительно — и тут же вонзил в панцирь животного изогнувшийся униор. Свеклоид ощутил тяжесть, взбрыкнул, задергался, но его примитивный мозг тоже попал под луч, и он по-прежнему видел впереди бегущее стадо. Неся на спине крепко вцепившегося зверолова, зверь понесся дальше. В последний момент он, правда, резко крутанулся, так что Троост оказался спиной к порталу, но это было уже неважно, он почти достиг цели!..

…Вспышка.

Все исчезло. Четвертая планета осталась за спиной.

…Стувейра дир Тессарра, Джор Кантос, Клара Островская и еще несколько ученых прибыли к порталу через четверть часа. К этому времени тут как раз появилось другое стадо свеклоидов, и земляне вместе с серранкой с интересом следили, как те один за другим исчезают в никуда. Стувейра ожидала связи с Троостом, который, судя по последнему сообщению, сумел пройти в портал и сейчас на третьей планете.