Услышав, как Грета покладисто размазывает свои грехи по паркету, Эльза перевернулась, вылезла из-под одеяла и в панике понеслась следом.

— Уйди, уйди! — завопила она. — Вагнер, убери, вымой пол!

— Прости, Эльза, я не могу, — ответил робот-уборщик. — Мне запрещено убирать за Гретой, потому что, цитирую, ты сама ее хотела, так что сама о ней и заботься.

Эльза узнала такие характерные папины интонации и поплелась за тряпкой. Вот зачем, спрашивается, жить в двадцать пятом веке с роботами и говорящим домом, если пол нужно мыть самой, словно в каком-то динозавровом двадцатом веке?

Но она не очень расстроилась, потому что вчера она закончила шестой класс, а сегодня первый день каникул. На визоре дата и время: 17.12.72, 3:15 UT (7:15 по местному). Целый месяц, целый божественный месяц она будет наслаждаться заслуженным отдыхом. Через неделю Рождество, а потом Новый год, и в ее распоряжении вся Солнечная система.

Эльза синтезировала себе завтрак — миску с хлопьями рецепта «19 ягод». Они самые вкусные. Клубника, малина, ежевика, черника и еще пятнадцать натуральных и генномодифицированных ягод, причем в одних хлопьях вкус только один, в других по два и по три, а в некоторых — все девятнадцать.

Интересно, почему не двадцать? Странное число. Ягоды кончились, что ли?

Эльза одним глазом полезла смотреть, сколько всего в ЕСС съедобных ягод, но список оказался очень длинным. Другим глазом она продолжала смотреть мультик, потому что завтрак без мультика скучен.

Хотя не взрословата ли она уже для мультиков? В конце концов, ей целых одиннадцать лет. Три недели назад исполнилось. Совершенно взрослая девочка.

Эльза вздохнула и переключилась на новости. Попросила показать последние известия. Допреальный экран отскочил подальше и развернулся во всю комнату, хотя в середине образовалась дыра, потому что именно там решила усесться Грета.

Но она не очень мешала.

— Привет, Эльза, — приятным голосом сказал заяц-ведущий. — У меня тут куча интересных новостей. Вчера был найден зонд «Пионер-11» — последний из межзвездных зондов, которые наши предки отправляли в космос в двадцатом и двадцать первом веке. Он был послан в 1973 году, чтобы исследовать Юпитер и Сатурн, пролетел мимо них, а потом улетел в невообразимую даль и в 1995 году потерялся. Его не могли найти почти пятьсот лет, но вчера наконец-то нашли.

— И что? — спросила Эльза, стараясь не чавкать. — Он собрал какие-нибудь научные данные?

— Нет, просто очень долго летел в космосе. Одиноко дрейфовал в межзвездной пустоте, направляясь к центру нашей Галактики. Ни к каким крупным объектам он не приближался, и удалился за пятьсот лет полета на шесть световых дней и пять световых часов.

— Но ни до какой звезды не долетел? — уточнила Эльза.

— Расстояние до ближайшей к нам звезды, Проксимы Центавра, составляет четыре с половиной световых года. Даже не учитывая то, что «Пионер-11» летел совсем в другую сторону, ему пришлось бы лететь больше трехсот тысяч лет.

Эльза аж присвистнула. Ничего себе. А ей-то казался долгим полет на Новый Эдем, где они с родителями были на весенних каникулах. Новый Эдем крутится вокруг звезды Барнарда и лететь до него ровно сутки, потому что целых шесть световых лет.

А тут всего четыре с половиной — и триста тысяч лет. Какой медленный этот «Пионер-11».

— Началась программа обмена умами с империей Осор, — продолжил заяц-ведущий. — Тридцать наших специалистов в разных областях отправились в гости к серранам, а от них прилетели тридцать их специалистов. Одни уже приступили к работе, другие приступят в ближайшие дни.

Эльза с интересом посмотрела на чешуйчатых рептилоидов. Вот они какие, значит. Дедушка ей про них рассказывал, он летал на Осор как раз когда Эльза летала на Новый Эдем. Они потом с дедушкой новостями обменялись.

— Еще один корабль-госпиталь отправился на Лорелею. Там по-прежнему карантин, за колонистами ведется наблюдение. Лучшие доктора ЕСС изучают зараженных, но пока что лечения не предвидится. Печально об этом говорить, но эти люди, скорее всего, уже никогда не станут прежними.

Эльза вздохнула. Про Лорелею ей дедушка тоже рассказывал, причем Эльзе потом снились кошмары. Вот уж куда она полететь ни за что ни согласится, хоть ей миллион кредитов пообещай.

Здорово, что до Лорелеи целых шестьдесят четыре световых года.

Эльза пообщалась с Гретой. Рассказала ей, какая это ужасная планета — Лорелея, и как здорово, что всякие там кошки никогда на ней не побывают. Кошка внимательно выслушала и ответила через ошейник-переводчик:

— Дай поесть.

Эльза проверила автокормушку — та работала, и завтрак Грета полчаса назад получала. Ее любимый специальный корм со всеми необходимыми микроэлементами, витаминными добавками и вкусом мышатины. Просто Грета, как обычно, получив завтрак, решила, что прямо сейчас не хочет, и ушла, а когда вернулась, корм был уже не идеально свежий, и Грета решила, что такое она есть не станет, даже если будет умирать с голоду.

— Могу поспорить, в зоопарке с такими капризными кошками не церемонятся, — сказала Эльза Грете. — Там просто дают еду, а если не съел, то сам и виноват, жди теперь до завтра.

В допреальности появилась мама — как обычно, сильно занятая и немного строгая. Она именно так посмотрела на Эльзу — строгим и занятым взглядом.

— Проснулась? — спросила она. — Молодец. Завтракаешь? Умница. Какие планы на день?

Эльза неопределенно повертела рукой. На первый день каникул планы у нее были грандиозные, но зачем грузить ими маму? У нее на финишной прямой Великий Проект. Еще несколько месяцев, ну год, ну два, ну в крайнем случае четыре — и тоннельный телепортер Накамуры официально заработает.

Мама по очень большому секрету рассказала Эльзе, что он, вообще-то, уже работает и в прошлом году спас всю Солнечную систему и дедушку Маартена. Но про это нельзя никому говорить, потому что это государственная тайна. Его, вообще-то, нельзя было тогда запускать, потому что он еще не прошел официальное утверждение, но космократор все посчитал и решил, что риск оправдан.

— Я в гости схожу, — сказала Эльза. — К Юлии и Арифу. Но сначала к папе.

Она так и сделала. Надела любимый серо-голубой гидрокомбинезон со встроенным ИГ-поясом и климат-контролером, велела спящей Грете не скучать тут без нее и вошла в порт-кабину. На визоре появился список избранного, и Эльза выбрала папин завод.

Перед глазами все замерцало, а голова закружилась. Но когда Эльза вышла, снаружи был уже не их дом на берегу Амударьи, а приемная зала ЗРТ «Прогресс» на Луне. Кроме ее порт-кабины тут стояли еще три, и ими все время пользовались, так что и она поскорее отошла в сторону.

Дорогу Эльза знала, на папином заводе бывала часто. Он не потому папин, что принадлежит папе, а просто папа тут работает, этическим аудитором. Проверяет ИИ выпускаемой продукции на соответствие моральным нормам.

На папином заводе производят роботов и дронов. Вообще, это почти одно и то же, но папа объяснял, что все-таки не совсем, хотя их часто и путают. Все дроны — роботы, но не все роботы — дроны. Роботы бывают самые разные, могут быть очень умными и сами принимать решения, а дроны заточены под определенные функции и часто управляются операторами. К тому же дроны обычно летают, а вот роботы… могут летать, а могут и не летать. Хотя дроны тоже могут не летать.

В общем, все сложно.

Работают на заводе тоже в основном роботы и дроны. Но и людей полно, потому что без людей никак не обойтись, а если все-таки обойтись, то зачем вообще нужны люди? Можно и совсем без людей, оставить одних роботов и пусть они живут себе, как им больше нравится. Но это какой-то странный мир будет, с одними роботами.

Эльза думала об этом не просто так, а заранее сочиняла будущее сочинение на тему того, кем хочешь работать. Папа и мама у нее оба технологи, хотя и разных направлений — мама гиперпространственный инженер, а папа этический аудитор. И самой Эльзе техника тоже нравилась, но все-таки не так сильно, как исследования и приключения. Она планировала работать на корабле-пионере, чтобы открывать новые звезды и планеты.