Оказалось, что Всезнателю сто пятьдесят лет, но выглядит он старше, поскольку медицина здесь уступает земной. Ему было всего тридцать, когда он попал на Изумрудную планету, а на Земле он работал историком. Будучи еще студентом и изучая доколумбовы цивилизации Северной Америки, он наткнулся в одном из запасников на то, что, как потом понял, было своего рода ключом к пространственному туннелю ксеносов. Предмет этот просто лежал на дне одного из ящиков, никто им не интересовался, и Всезнатель, в чем он со стыдом признался, его присвоил. Почти десять лет потом этот ключ служил ему чем-то вроде талисмана, он, как и Эльза, сделал из него кулон и носил на шее… пока однажды судьба не занесла его к Рэйнбоу-Бридж, где кулон внезапно и сработал.

— … И с тех пор я почти сто двадцать лет искал дорогу обратно, — закончил Всезнатель. — На Изумрудной планете я долго странствовал, многое пережил, поучаствовал и в войне, но в конце концов осел в Городе и обзавелся репутацией великого псионика. Этой самой псионикой я так, впрочем, и не овладел, вряд ли она вообще доступна кому-то, кроме аборигенов, но у меня сохранились кое-какие земные приборы, в том числе голографизатор, и этого хватило, чтобы передо мной начали трепетать. Тем более, что после последней войны настоящих псиоников почти и не осталось. Твой друг Знатель — один из последних.

— Вы сможете им помочь? — спросила Эльза, уже зная ответ. — Знателю, Железному Болвану, Когтю Смелости?

— Мне бы себе помочь, девочка, — усмехнулся Всезнатель. — Эта планета — обреченная руина. Все, чего я хочу — вернуться домой. А ты разве нет?

Эльза промедлила. Да, она хотела домой. Она уже сильно скучала по маме с папой, по Юлии с Арифом, по кошке Грете и роботу Вагнеру, по ментору Алине и по всем остальным родственникам и друзьям. Скучала по еде из биорепликатора, по порт-кабинам, по прогулкам в зоопарке, по синтезированным снам и ежедневному просмотру новостей, которые в основном хорошие.

— Хочу, конечно, — сказала она.

— Тогда давай сюда ключ… или оставь себе, если не доверяешь мне. Я помню, где выходное отверстие, сегодня же отправимся туда, и уже завтра будем дома!

Дома. Это слово прозвучало музыкой. Вроде и совсем недавно Эльза попала на Изумрудную планету, трех дней еще не прошло, а кажется, будто целая вечность минула.

Наверное, не годится она в космические разведчики. На корабле-пионере по несколько месяцев дома не видишь, а то и на целый год улетаешь.

— Я очень хочу домой, — тихо произнесла Эльза. — Но мы можем все-таки сначала попробовать помочь моим друзьям?

— Да что они тебе? — скривился Всезнатель. — Они приходили ко мне со своими просьбами и вопросами. Глупые просьбы, глупые вопросы. Послушай, я провел на этой планете сто двадцать лет, и она мне обрыдла. Последние двадцать лет меня никто не видел, всех посетителей я принимал под голограммой. Твоих друзей тоже… им я, правда, показывался в обличьях чудищ. Извини, они городили такую чушь, что я немного над ними поиздевался… но ты же меня понимаешь?

Эльзе подумалось, что сто двадцать лет — это не так уж и много… и в то же время, кажется, не так уж мало. Всезнатель попал сюда до Последней войны, до объединения двенадцати конфедераций в ЕСС. Среди знакомых Эльзы есть люди и постарше, она знакома даже с Пак Ёном, которому триста десять лет, он просто мозг в банке… но он бы все равно так не поступил.

— Нет, знаете, я не согласна, — сказала Эльза. — Вы как хотите, а я не могу уйти просто так. Давайте договоримся — сначала поможем моим друзьям, а потом…

— Не хотел я доводить до этого, — перебил ее скривившийся Всезнатель. — Но раз уж до этого дошло… отдай мне ключ, девочка.

И из-за его пояса появился бластер. Маленькая легкая штуковина, которая может убить человека одним выстрелом. Смотреть в его дуло оказалось до ужаса неприятно.

Этому бластеру сто двадцать лет или даже больше. Возможно, он давно сломан. Или в нем давно нет зарядов. Все может быть.

— Отдай ключ, — повторил Всезнатель. — Мы или вернемся домой вместе, или я вернусь один. Выбирай.

Эльза подумала. Потом еще подумала.

И выбрала.

— Я еще не приносила клятву Человека, — сказала она. — Но я ее обязательно принесу. Дома. Потом. Можете забирать этот скибов жетон, только дайте слово, что на той стороне отдадите его моему отцу, деду или ментору.

Бронзовый овал со звоном упал на пол. Всезнатель посмотрел на него странным взглядом.

— То есть ты правда согласна остаться тут еще неизвестно на сколько или даже навсегда, чтобы только не подвести ксеносов, с которыми знакома пару дней? — спросил он.

— Забирай и вали, пока не передумала, — ответила Эльза, отводя взгляд.

Всезнатель пожевал сухими губами. В его рту явно недоставало зубов. Великий псионик криво усмехнулся и сказал:

— Ладно. Веди сюда своих друзей. Всех сразу.

Знатель, Железный Болван и Коготь Смелости стояли перед Всезнателем, который больше не прикидывался невесть чем. Высокий старик окинул их взглядом, полным отвращения, и сказал:

— Излагайте. Чего хочешь ты, псионик?

— Мне нужен ответ, — посмотрел на него снизу вверх коротышка-ксенос. — Как мне вести себя, чтобы меня не прибивали к деревьям?

— Я дам тебе пять правил, — ответил Всезнатель. — Первое: не выгляди как объявление или скворечник. Второе: не спорь с плотниками, садовниками и инквизиторами. Третье: будь вежлив с людьми и особенно избегай фразы «ну попробуй». Четвертое: держись подальше от мест, где много молотков, гвоздей и странных ритуалов. Пятое: найди друзей, которые смогут помочь тебе, если не помогут первые четыре правила. Соблюдай эти правила, и с тобой все будет в порядке.

К удивлению Эльзы, ответ Знателя не только удовлетворил, но и ужасно обрадовал. Псионик широко заулыбался и отошел в сторону, а вперед выступил Железный Болван.

— У меня нет свободы воли, так что мне нужен хозяин, — сказал он. — Никто не подойдет лучше великого псионика. Возьми меня в услужение.

— Я беру тебя в услужение, — не задумываясь, ответил Всезнатель. — Мне пригодится дрон. И мой первый тебе приказ: делай отныне все, что пожелаешь, и существуй так, как если бы у тебя была свобода воли.

— В таком случае я покидаю тебя, хозяин, ибо согласно твоему приказу, я больше тебе не подчиняюсь, — ответил Железный Болван. — И теперь я, поступая так, как если бы у меня была свобода воли, говорю тебе: спасибо.

— Да-да, не за что. Следующий.

— Я хочу, чтобы ты сделал для меня другую пси-покрытую кусалу, — произнес Коготь Смелости. — Самку, хорошо бы, но если нет, то хотя бы самца, хотя это не продлит мой род.

Здесь Эльза напряглась. Если со Знателем и Железным Болваном великий псионик сумел отделаться находчивыми ответами, то с Когтем Смелости такое не пройдет, он желает совершенно конкретную вещь, которой не добиться без клонирующего оборудования.

Но Всезнатель лишь хмыкнул и сказал:

— Я могу сделать для тебя другую пси-покрытую кусалу.

Эльза аж глазами захлопала. Может⁈

— Конечно, могу, ведь я великий псионик, — добавил Всезнатель. — Я могу все. Но я не стану этого делать

— Почему? — оскалился Коготь Смелости. — Ответь, почему.

— Потому что ты останешься недоволен, если я так поступлю.

— Почему? — повторил Коготь Смелости. — Ответь, почему.

— Если я сделаю тебе самку, ты будешь считать ее вещью, которую тебе выдали. Если я сделаю тебе самца, ты будешь недоволен. Если я сделаю тебе детеныша, все начнут задавать неприятные вопросы, а инквизиторы достанут молотки, гвозди и странные ритуалы. Поэтому я дам тебе не кусалу, а то, что действительно продлит твой род.

— Что?

— Направление.

Всезнатель поднял костлявый палец и указал куда-то в стену:

— Иди на восток, пока не достигнешь великих лесистых болот. Путь будет долог, он продлится очень много дней, но там есть край пси-покрытых, и среди них есть в том числе кусалы. Когда придешь туда, то не нападай ни на кого, не доказывай свою смелость путем нападения на самую большую самку и не начинай брачный ритуал со слов «я требую продления рода».