Профессор Аронакс и капитан Немо осматривают руины Атлантиды
Иллюстрация А. де Нёвиля к роману Ж. Верна «Двадцать тысяч лье под водой» (Verne J. Vingt mille lieues sous les mers. Paris: J. Hetzel, 1871. Р. 297)
В 1980 г. в «Клубе кинопутешествий» вышла передача ««Атлантида». Две тысячи лет поисков». Символом Атлантиды в данном случае стала картина К. П. Брюлова «Последний день Помпеи, на фоне которой Ю. А. Сенкевич рассказывал о погибшем острове. Руины греческих храмов, время от времени мелькавшие на экране, еще более добавляли его повествованию соответствующей атмосферности.
А иллюстрации в книгах художественного содержания? Какой, например, предстала Атлантида взорам профессора Аронакса и капитана Немо? Опять же в виде красиво расположенных античных руин…
Конечно же, можно списать все эти ярко выраженные черты эллинской культуры на разыгравшееся воображение Платона. И это будет абсолютно верно. Но по каким критериям мы должны отделять фантазию автора от тех элементов в его изложении, которые мы сочтем безусловно истинными? В каждом конкретном случае подход носит чисто субъективный характер и определяется тем результатом, к которому стремится исследователь[107]. Пышное убранство храмов Атлантиды — выдумка Платона, а то, что Атлантида «была державой камня — циклопических построек и мегалитических сооружений» — это не выдумка, а гипотеза, базирующаяся на том факте, что Платон нигде не упоминает о кирпичах и цементе[108]. А должен был? Конечно же, ведь без этого рассказ о чудесах Атлантиды был бы неполным…
Если абстрагироваться от возможных интерпретаций платоновского текста и воспринимать все, о чем сообщается в «Тимее» и «Критии», так, как это написано, у Атлантиды не останется никаких шансов на то, чтобы стать частью реальной истории. Поверить в изображенную Платоном картину мешают данные археологии, которые свидетельствуют, что в Х тыс. до н. э. не существовало ни городов, ни земледелия, ни письменности, ни египетских жрецов с их храмами; бронза на территории Греции получила широкое распространение в минойский и элладский периоды (между 2100 и 1200 гг. до н. э.), а орудия из железа появились здесь только в XI в. до н. э.
Аналогичные сомнения возникают относительно воинских сил Атлантиды: если предположить, что способные носить оружие составляли пятую часть населения, то мы должны будем признать, что только у царя (без учета населения девяти областей, управлявшихся архонтами) было более 6 млн подданных; а общее число жителей острова измерялось бы тогда десятками миллионов человек. Но чтобы противостоять атлантам в войне, их средиземноморские противники должны были располагать сопоставимыми человеческими ресурсами. А между тем, по расчетам современных ученых, в Х тыс. до н. э. все население планеты не превышало полутора миллионов человек[109].
Можно, конечно же, утверждать, что гигантская катастрофа уничтожила все следы какой-либо цивилизации, существовавшей до того. Однако, как уже отмечалось, Платон оставляет свидетеля тех событий (на этом, собственно, и строится его повествование): Египет не только пережил войну с Атлантидой, но и неким образом не пострадал от всех последующих потопов. Следовательно, на его территории должно было сохраниться большое количество памятников материальной культуры, подтверждающих факт его многотысячелетней истории. Однако их нет если, конечно же, мы не будем принимать в расчет мнение сторонников сомнительной гипотезы о невероятной древности Великого сфинкса[110].
Есть еще одно наблюдение по поводу предполагаемого общения Египта и Атлантиды. Логично было бы предположить, что какие-то из достижений военно-технической мысли атлантов должны были не только сохраниться у египтян, но и за 9000 лет получить заметное развитие (например, колесницы). Однако и археология, и история однозначно свидетельствуют, что ничего подобного не произошло, и еще в III тыс. до н. э. египтяне использовали кремневые наконечники стрел и копий, а когда в XVII в. до н. э. в их страну вторглись гиксосы, завоевать ее они смогли благодаря наличию колесниц, с которыми египтяне были совершенно незнакомы. Сами египтяне стали использовать колесницы только в эпоху Нового царства.
Зададимся вопросом: какова вероятность того, что в египетских папирусах сохранилось настолько подробное описание далекой заморской страны, неизвестно когда исчезнувшей с поверхности планеты? Есть ли примеры аналогичных египетских описаний Хеттского царства? Может быть, папирусы могут рассказать нам что-то конкретное о стране Пунт или о Крите? А много ли мы можем узнать из египетских источников о государствах Ближнего Востока, городах и царствах Месопотамии?..
Грекам было свойственно представление о том, что египтяне были самым древним народом на земле. Именно поэтому им приписывали обладание некими древними и исключительными знаниями, в том числе и историческими. Отражением этой точки зрения в «Тимее» становятся слова жреца, обращенные к Солону: «Какое бы славное или великое деяние или вообще замечательное событие ни произошло, будь то в нашем краю или в любой стране, о которой мы получаем известия, все это с древних времен запечатлевается в записях, которые мы храним в наших храмах»[111]. Однако это утвердившееся в греческой традиции мнение в корне не соответствовало действительности. Как сообщает Тацит[112], египетские жрецы почти ничего не знали о народах, живших за пределами их государства, и даже Понт[113] представлялся им совершенно незнакомой страной. Поэтому немыслимо было бы предполагать, что каким-то непонятным образом информация обо всем происходящим за пределами Египта могла целенаправленно поступать в египетские храмы, тем более из краев, с которыми Египет непосредственно не граничил.
Впрочем, магия платоновского сказания такова, что какими бы фантастическими, противоречивыми и противоречащими научным свидетельствам ни казались описания Атлантиды, всегда находилась (находится и, очевидно, будет находится) масса энтузиастов, желавших считать их вполне достоверными. «Платон четырежды заявляет, что история эта — подлинный исторический факт», — настаивают А. Г. Галанопулос и Э. Бэкон[114], полагая, что подобным аргументом они исключают саму возможность сомнений в вопросе существования Атлантиды.
Для того, чтобы отделить, что в тексте нашего первоисточника должно быть принято в качестве правдивых и достоверных сведений, а что списано на нарочитое преувеличение или вымысел (на которые Платон мог пойти в угоду своим философским концепциям или для большей увлекательности создаваемой картины), атлантологи часто используют метод поиска исторического зерна. Это хорошо известный в точных науках прием последовательного исключения. Предполагается, что, исключая один за другим все маловероятные варианты, мы получим в остатке наиболее достоверное сведение или предположение, которое будет соответствовать историческим и геологическим фактам. Сторонники этого метода утверждают, что в результате правильного прочтения и углубленного анализа платоновского текста можно получить необходимые данные, которые позволят разрешить загадку Атлантиды, а все неудачи предшественников обычно списываются на некорректную обработку имевшейся в их распоряжении информации.
Но при всей кажущейся эффективности метод поиска исторического зерна в действительности не приводит к ожидаемому результату, поскольку при определении того, какую часть сведений в платоновском рассказе можно вынести за скобки, посчитав ее тенденциозной или фантастической, мы неизбежно будем сталкиваться все с той же проблемой субъективного подхода…
