Сукачев сглотнул и понизил голос:

— Да ладно! Неужели твоя цель здесь, в Риме?

Сталин несколько дней обдумывал план уничтожения румынских месторождений и одна мысль не давала ему покоя: как Гитлер отреагирует на практически полностью лишение поставок нефти. Решив, что одна голова хорошо, а три лучше, вождь вызвал Сергеева, заварившего эту кашу и Шапошникова, который как руководитель Генштаба отличался стратегическим мышлением. Ещё два года назад Шапошников продемонстрировал стратегическую зоркость: в своем докладе он верно оценил вероятное направление главного удара Германии — к северу от устья реки Сан. Он предлагал развернуть основные силы советских войск в полосе от побережья Балтийского моря до Полесья, а не на юго-западном направлении, как в итоге решили сначала Ворошилов, а затем и Тимошенко. Полученные сведения от пленных, захваченных Сергеевым, подтвердили правильность его оценок.

Сталин указал мне и начальнику Генштаба, прибывшим по его приказу на карту, ткнув карандашом в Румынию:

— Лишившись румынской нефти, единственного источника в Европе, как бы вы поступили на месте Гитлера? Исходя из того, что после совместной операции с англичанами Иранская нефть станет недоступной.

Я переглянулся с маршалом и после его кивка позволил сделать предположение:

— Товарищ Сталин, у немцев останется два варианта: или начать войну с нами и ударить на юг, на Кавказ, в нарушение собственного плана уничтожения наших войск в приграничном сражении и продвижению к Москве, или искать другое направление нападения, которое по мнению немецкого Генштаба окажется стремительным и более перспективным, чем прорыв на Кавказ.

Шапошников поддержал меня:

— Я тоже считаю, что после уничтожения румынских нефтяных вышек при умелой подачи немцам информации о отсутствии должной обороны месторождений в Северной и Западной Африке немцы будут вынуждены направиться брать Гибралтар, Мальту, Суэц и Крит для безопасной переброске своих войск и затем после захвата нефтяных месторождений для безопасной доставки нефти в Европу танкерами.

Я воспользовался паузой маршала и добавил:

— Осталось только решить как лишить немцев возможности добывать нефть в нефтеносном районе около Надьканижи, это территория Венгрии. Кроме того, юго-западная Венгрия прикрывает районы Австрии, где сосредоточены крупные военно-промышленные объекты, откуда прямой путь в южную Германию. Помимо устранения Дуче следует устранить и Регента Королевства Венгрии Миклоша Хорти. Венгерских коммунистов после смерти Хорти можно будет переправить в Венгрию для участия в выборах в союзе с социал-демократами. Нам нужно лишить немцев союза с Венгрией. Можно даже провести бомбардировку месторождений с помощью немецких бомбардировщиков, которые необходимо предварительно угнать. Заодно несколько бомб сбросить на венгерский город. После такого Венгерская партия обновления и нилашисты и пикнуть побоятся в поддержку Германии.

Сталин помолчал, обдумывая мое предложение и покачал головой:

— А вы сможете обеспечить угон немецких самолетов?

— СМЕРШ готов выполнить любую задачу руководства страны!

Сталин усмехнулся:

— Вы сначала закончите операцию по устранению Муссолини! Как она, кстати развивается?

— Исполнитель найден и дал согласие. Теперь с его помощью отправленная в Рим группа итальянцев-коминтерновцев и группа ОСНАЗа, выдающая себя за немецких коммерсантов, обеспечат успешное выполнение операции.

— Начинайте совместно с Разведупром подготовку операции по угону самолетов и последующей бомбардировки. Назовем эту операцию «Крылья». Армия выделит опытных летчиков. Заодно продумайте как ликвидировать Хорти. После смерти Дуче он наверняка удвоит свою охрану.

Все европейские газеты раструбили о гибели Дуче. Его самолет, на котором Муссолини вместе со своим близким окружением, в том числе графом Галиаццо Чиано, Президентом Палаты фасций и корпораций Гранди, маршалом Эмилио Де Боно, отправился в Берлин на встречу с фюрером, взорвался через двадцать минут после взлета. Удивительно, но никто не заподозрил причину гибели самолета в закладке мины.

Сукачев сам предложил план с бомбой как наиболее безопасный. Все остальные предложения устранения дуче влекли потери среди исполнителей — Муссолини боялся покушений, хотя как минимум два из них было организовано им самим. Бывший депутат от Социалистической партии Тито Занибони был арестован за попытку убийства Муссолини 4 ноября 1925 года. В отеле с видом на Палаццо Киджи, где Муссолини планировал выступить с речью на балконе, Занибони установил винтовку с оптическим прицелом. Однако незадолго до появления цели Занибони был арестован. Друг и двойной агент сообщил о нем полиции.

В следующем году, 7 апреля 1926 года, Вайолет Гибсон выстрелила в Муссолини из пистолета, задев его нос. Его перевязали, и он продолжил запланированную речь. Гибсон, дочь лорда-канцлера Ирландии, едва не была линчевана, позже ее посадили в тюрьму, и остаток жизни она провела в британском приюте для душевнобольных.

11 сентября 1926 года анархист, резчик по мрамору Джино Луккетти, бросил бомбу в лимузин Муссолини в Порта-Пиа, Рим, в результате чего пострадали еще четыре человека.

Еще одно покушение было так же организовано самим Муссолини. В следующем месяце, 31 октября 1926 года, выстрел, произведенный в Муссолини, который ехал в открытом автомобиле через Болонью, привел к линчеванию 15-летнего мальчика, Антео Дзамбони. В результате покушения были приняты законы о создании тайной полиции Муссолини.

По мере того как итальянский фашизм становился стабильным институтом, покушение на Муссолини становилось все более сложной задачей и все менее способствовало дестабилизации его режима. В мае 1931 года американский анархист Микеле Ширру был арестован и казнен в Италии за заговор с целью убийства Муссолини. В следующем году за аналогичный заговор был арестован и казнен Анджело Сбарделлотто.

Отношения сына короля Италии Умберто с Бенито Муссолини были натянутыми, они старались не появляться вместе на публичных мероприятиях. Отношение Умберто к фашистскому режиму было разным: временами он высмеивал некоторые аспекты фашизма и своего отца за поддержку такого режима, а иногда восхвалял Муссолини как великого лидера. Умберто разделял опасения своего отца о политике союза Муссолини с Германией, но не предпринял серьёзных шагов, чтобы противодействовать тому, чтобы Италия стала державой Оси.

Король Италии Виктор Эммануил Третий назначил Муссолини премьер-министром в результате марша на Рим итальянских фашистов и наделил его чрезвычайными полномочиями. Хотя король откровенно презирал фашизм, что раздражало Муссолини. Например, во время визита Гитлера в Италию Виктор Эммануил не без злорадства рассказывал последние сплетни о фюрере.

Решение назначить Муссолини было принято по нескольким причинам: король опасался, что социалисты или коммунисты могли бы захватить власть из-за ухудшающейся экономической ситуации после Первой мировой войны. К тому же влияние фашистского движения стало популярным среди многих итальянцев, поддержка этого движения сулила стабильность и порядок и король считал, что сможет контролировать Муссолини, а тот сможет навести порядок и сохранит ему его привилегии и власть. Армия и полиция не реагировали на начатый «Поход на Рим», устроенный разрастающимся фашизмом, что и привело к неуверенности короля Италии в своей власти.

Теперь после смерти Муссолини на короля стали давить дипломаты Великобритании и Советского Союза. А группам ОСНАЗа и итальянских коммунистов поступил приказ о начале отстрела верхушки итальянских фашистов.

За неделю погибли с два десятка крупных партийных вожаков. Среди них были начальник штаба чернорубашечников Стараче и генерал-лейтенант «чернорубашечников» Гальбьяти, после чего по призыву ушедшей в подполье компартии Италии на улицах начался настоящий отстрел всех, кто носил форму фашистов.