— Еще раз захочешь меня подъебнуть, убедись, что ебалка выросла, — Капитан снова внимательно посмотрел в глаза Семнадцатому, — а теперь съебались в укрытие. Сейчас они тут забегают!

— И опять правительственный бюрократизм был посрамлен частной инициативой! — не забыл прокомментировать это Парсон. — Думаю, нам лучше убраться еще подальше. Горящие люди жутко воняют.

— А вам не кажется, что этот тип какой-то слишком уж предусмотрительный? — прошипел Семнадцатый, отбегая вместе с остальными от готовящегося к броску Капитана. — В такой суматохе суметь не только выжить и выбраться, но еще и так снарядиться…

— Когда мы его нашли, он жарил в столовой котлеты! — наябедничал Бартлоу, — Мы еще подумали: «Кто может жарить котлеты в такой ситуации⁈»

— Что скажете, Парсон?

— Я пока что не понимаю, что конкретно должно быть подозрительным? Что хорошо подготовленный военный моряк, который прятался от трибунала у вас под носом, работая в аменской же судоходной компании, в критической ситуации решил вкусно и бесплатно покушать и прибрать к рукам все, что может пригодиться? Для залесцев, насколько мне известно, это в принципе характерно. Наверно, сказываются их долгие суровые зимы.

— «Джокер»… Он использовал такую тактику, чтобы проникнуть в цитадель Ордена Чистых.

— «Арест, побег, разгром?» — ну да. Выглядит в его стиле.

— И вас это не волнует?

— Я вам сказал, что меня волнует. Мой сын. И я сказал, на что я готов пойти, чтобы его увидеть.

— Вы уверены, что он позволит вам выйти отсюда живым?

— Нет. А вы готовы предложить мне более надежный вариант?

— Я не об этом…

— Раз не готовы устроить мне лучшую сделку, прекратите пытаться развалить эту. Или вы думаете, что я не понимаю, куда вы клоните?

— Я только хочу сказать, что надо подумать в данном направлении.

— Думайте. Я же сосредоточусь на личном выживании. Ох, дерьмо!

Капитан, все это время выжидал момент, когда дозорные зараженные разойдутся так, чтобы не увидеть момент поджигания и броска. Бутылка, чадя намотанной на горлышко горящей ветошью, пролетела по дуге, приземлившись почти в центре пребывающей в ступоре толпы. Огонь сперва с ревом объял чуть ли не всех, но после стремительного выгорания паров эпицентр съежился втрое.

Однако там горело уже как следует, с криками, хрипами и треском лопающегося мяса. Предполагалось, что зараженные, взбудораженные подобным зрелищем, кинутся по округе искать, кто это сделал. Но вместо этого они наоборот принялись стягиваться со всех углов в холл. Наблюдавший за этим из укрытия Капитан озадаченно хмыкнул.

— Че-то они не оттуда разбегаются, а туда бегут?

— Прошло много времени, — пояснил, или, вернее, думал, что пояснил, Парсон.

— И че?

— Вирусы обладают забавным свойством внедрения в некий «код», где записаны свойства организма. Мы не до конца понимаем, как это работает, однако мы знаем, что «Легион» использует это свойство, дабы передать управление этим кодом «тандемному» паразиту, который дает зараженному организму новые свойства.

— Чего, бля?

— Еще сильнее упростить это для людей с вашим уровнем развития я не могу. Просто примите как факт. Главное, что преобразование уже началось. Зараженные объединяются в общую сеть. Они получили сигнал о нападении на одного из них и теперь концентрируются в месте, где оно произошло.

— То есть теперь одному по башке дашь — остальные сбегутся?

— Именно.

— И как далеко у них сигнал ловит?

— Не могу сказать? По прямой — может сотни метров. Если есть мощные стены как тут — дальность резко падает.

— Заебись…

— Дальше они будут совершенствоваться. Так что предлагаю поторапливаться, раз уж вы так удачно сманили их в одно место.

Гермодвери в «Синее крыло» были открыты. Возможно, это сделали пытающиеся эвакуироваться сотрудники. А возможно — нет, так как торцы из толстой стали были деформированы нечеловеческой силой и заклинены в пазах. Капитан потыкал в них «шпалицей» и вопросительно мотнул бородой.

— Это тварюка та?

— Возможно это Метаморф, — Парсон пожал плечами. — Возможно — кто-то из подопытных. Они, знаете ли, эмоционально нестабильны.

— Интересно, почему…

— Не надо перекладывать всю вину на нас. Мы всего лишь пытаемся обуздать их. Вы когда-нибудь чувствовали себя сверхчеловеком?

— Ну, было дело.

— Серьезно? — Парсон удивленно вскинул бровь.

— Когда в Острова первый раз попал. На нашей стороне народ суровый. Тот же дядя Костя или дядя Евген мне на раз будку ломали, когда молодой был. Ох… акациями запахло… — Капитан сочно вдохнул и поморщился. — Не тут… в воспоминании… Разрабатывается головушка, видать… Шарики и ролики притираются потихоньку.

— Что такое «ломать будку»?

— Ну, в драке, когда хорошо в торец зарядят…

— В лицо? У вас то, как вам лицо били, ассоциируется в памяти с запахом акаций и бытием сверхчеловеком?

— Да не! Я в том смысле, что на родной стороне по весне народ свадьбы играть начинает, потому и акации с драками. И там меня много кто одолеть мог. Там я себя чувствовал как все. А в Островах народ мне чуть ли не по бляху. Я там натурально мог в одно лицо весь город перепиздить. Ну если на кулаках, без ружьев и мачетей. Вот там я себя прям великаном сказочным чувствовал.

— Речь немного не о том. Я про бытие богом!

— И это было.

— Когда?

— А вот когда и с кем — то вас не касается!

— О! Вы про отношения с женщинами?

— Женщины… Стоп! — наморщив лоб, Капитан огляделся, затем его глаза снова превратились в два орудийных ствола. — Баба. Рыжая. С титьками… Куда дели, сволочи⁈

— Вы имеете ввиду ту подопытную, которую доставили с вами?

— Имею. И введу. Вот эту дубину тебе в сраку, если еще раз её так назовешь. Где она?

— Она — ваша любовница?

— Не… — Капитан сделал шаг, грозно нависнув над Парсоном, — она мой кок. И любовница Антохи. Так что если вы, уроды мамины, что-то с ней сотворили, то молитесь, чтобы я вас поубивал, потому как то, что я про Антоху вспоминаю, подсказывает, что от него вы легкой смерти не дождетесь! Где она⁈

— «Антоха»?

— Он имеет ввиду «Джокера»… — подсказал опасливо косившийся на Капитана Семнадцатый, бочком отползая подальше. — Тот известен ему именно под этим именем…

— У них была связь?

— Ты мне зубы не заговаривай! — угрожающе рыкнул Капитан, — Где она⁈

— Как раз там… впереди, — Парсон указал на коридор за гермодверью. — Её поместили сюда. Правда, есть вероятность, что она заразилась, и вы сожгли её в той толпе. Но если она уцелела, то определенно где-то там.

Капитан с утробным ревом, в поисках, на чем выместить бессильную злобу, схватился за дюймовой толщины искореженный лист металла, торчавший из гермодвери и выгнул его в обратную сторону. Затем с тоской оглянулся назад.

— Включите голову… — Парсон с уважением посмотрел на согнутую как бумага сталь. — Если она заражена, то все. Лекарства нет. «Легион», потенциально, абсолютное оружие, которое предотвратит все войны. Потому что какая бы большая армия против нас ни была, что толку, если она «переварит» сама себя.

— Но у вас нет защиты, чтобы эта хуета и вас не сожрала…

— Как там, кстати, ваш агент, который заразил опытным штаммом «Легиона» наш комплекс в Островах? Он погиб?

— Но дело сделал…

— Как видите — нет. Мы восстановили всю программу, только в более защищенных условиях. Все, что он отсрочил — это создание вакцины от «Легиона». И управляющих методов. Так что если данная штука отсюда выберется — мир обречен.

— Но мы же собираемся выбраться наружу?

— Ну, мне, лично, плевать на мир. А вы, если так заботитесь о людях, лучше оставайтесь тут. Ну так как? Вам дороже мир, или кто-то более конкретный? Я вот хочу увидеть сына. А вы? Вы, наверное, тоже хотите кого-то найти?