— У нас были четко очерченные служебные обязанности!

— Слышали это? — Парсон кивнул все еще угрожающе сопящему Капитану. — В ваши служебные обязанности входило брать на себя ответственность за преступные приказы своего командования? Да бросьте притворяться — мы не на суде! Всем ясно, что вы не сами отправились громить наш объект и не сами решили ни с того ни с сего утопить гражданское судно. Но вы все равно, даже спустя столько лет, прикрываете тех, кто отдал этот приказ. Вот это верность! Что они вам такого пообещали? Что вообще можно за такое пообещать?

— Тебе не понять…

— Когда залесец вроде вас говорит, что мне не понять, обычно имеется в виду, что речь идет о Родине. Ну да! Все это было нужно, чтобы никто не мог сказать, что ваша Родина отдает приказ топить гражданские суда, верно?

— Все, что я сделал, я сделал сам и потому, что так было надо!

— А говорили, что я не пойму! Видите — я вас прекрасно понимаю! Возможно, я не разделяю ваш фанатизм, так как я по натуре — космополит и могу себе позволить жить там, где мне лучше, но понимаю, что есть и подобные вам. О да! Прекрасно понимаю.

— Ну раз понимаешь, тогда лучше не продолжай. Сча еще раз огребешь — я уже сдерживаюсь с трудом!

— Так вы сами хотели ответы на вопросы! Или вы уже знаете все, что надо? Как вас зовут, кстати?

— Не помню…

— А я, как на зло, не знаю. Не имею привычки сближаться с подопытными. Вредно для психики, знаете ли. Мы тут не благотворительностью занимаемся, если заметили.

— Заметил… — Капитан шумно выдохнул. — Так значит эта штука тихарилась у меня в башке, пока вы её сюда не вытащили?

— Чудовищно неверно. Ваш мозг в принципе не способен вместить такое количество информации, которым оперирует Метаморф. Он просто прикрепил паутинку. Тонкую нитку к нужному участку вашей памяти. И, когда мы её задели, начал свою игру. А то, как он её вел, намекает, что он опытен. Понимает, что к чему в нашем мире. Это плохо.

— Насколько?

— А насколько может быть плохим существо с возможностями бога, одержимое неутолимым голодом?

— Его можно остановить?

— Можно. Например, запереть тут и дождаться, пока физическая часть сдохнет от истощения.

— То есть, он отсюда не выберется?

— Пока нет.

— Пока?

— Пока не вычислит слабые места в защите этого места.

— И сколько у него это займет времени?

— Правильно спрашивать не «сколько», а «кто»? Кто ему для этого нужен?

— Кто?

— Я! — Парсон приложил руку к груди, — Я единственный, кто владеет всей полнотой информации, необходимой, чтобы отсюда эвакуироваться.

— То есть, если тебя грохнуть?..

— Это не поможет, так как из мертвого тела Метаморф извлечет информацию с той же легкостью, как и из живого.

— А если сжечь тело?

— То для этого понадобится внушительный объем топлива и времени. Здесь это сделать не выйдет — не хватит кислорода. А снаружи он не даст вам ни того, ни другого.

— И че делать?

— Вывести меня отсюда. После чего я задействую протоколы стерилизации и просто лишу эту тварь пищи. Она будет замурована тут, медленно и мучительно переваривая себя, пока не издохнет.

— Как тебя отсюда вывести, если она даже тушку твою спалить не даст?

— Те детали, что вы притащили. Они позволят собрать специальный прибор, который сделает меня невидимым для её чувств.

— А потом?

— Потом нам надо будет добраться до синего крыла. Метаморф наверняка знает про эвакуационную лестницу и позаботился, чтобы никто не сбежал этим путем. Но это не единственный выход.

— Ладно… допустим. Но там толпа бешеных, которые позаражались дрянью, этой…

— «Легионом»? Это поэтому от вас пахнет дезраствором?

— Ну да. Они все время обниматься лезут… А нам тут только этой заразы не хватало.

— Разумная предосторожность. Однако, в целом вы с ними справились?

— Пока их не больше двух десятков — работать можно.

— Впечатляет. Я так понимаю, недостаток воспитания и манер вы компенсируете выдающимися боевыми качествами?

— Тебя че, пример товарища справа вообще ничему не учит? — Капитан указал на низкого, все еще валяющегося в отрубе.

— Вы кстати знаете?.. Да-да-да, вам нечего терять и вам плевать… Но просто так, ради любопытства могли бы поинтересоваться, кого вы так лихо нокаутировали?

— И кого же?

— О! Вы исполнили мечту миллионов граждан этой великой страны, дав по морде одному из членов теневого правительства.

— А у вас тут и такое есть?

— Разумеется. Наши политики — сборище жадных идиотов, большинство из которых не сдадут школьный диктант. Их спасает только то, что избиратели им под стать. Но доверить подобному сброду принимать решения! Увольте. Всегда необходимо, чтобы обезьян у руля кто-то контролировал. А вы дали ему в морду, словно какому-то пастуху.

— Ниче! Рожа широкая — оклемается. Как его звать-то хоть?

— Семнадцатый.

— Интересное имечко! Хотя если он у мамы с папой уже семнадцатый, то не удивительно, что имена закончились.

— Это скорее псевдоним. Они не любят публичность.

— А! Ну и хуй с ним. Передай, когда очухается, что если еще раз рот не по делу откроет — снова баиньки отъедет… Уф… Запарно тут вас, крабов сухопутных, строить. Пойду покушаю.

Махнув рукой, Капитан уселся в углу, пододвинул себе какой-то столик, достал самодельную водку, бутерброды и принялся перекусывать под косые взгляды невольных попутчиков.

…

Маскировочные устройства, которые смастерил Бартлоу, представляли из себя грубо согнутые шлемы из медной сетки, подключенные к коробке размером с обувную, которая, в свою очередь, была запитана от похожего на мотоциклетный аккумулятора. Коробка и аккумулятор болтались и очень мешали, так что Капитан немедленно раздербанил все кресла-каталки на брезентовые ремни и сидушки, и сделал себе «сбрую», чтобы удобнее все это носить и не оторвать в драке.

— Так, еще раз напомни, зачем нам это таскать?

— Мы знаем, где мистер Парсон. Чтобы Метаморф его не нашел, нам нужно защитить и свои мысли. Кроме того, в синем крыле проводятся эксперименты над Одаренными. И если кто-то из них выжил, то он может быть опасен.

— Ну, учитывая, что вы тут творите, оно и не удивительно.

— Не вам нас осуждать!

— Твоя правда, — вздохнул Капитан, раздумывая, не дать ли осмелевшему Бартлоу в ухо, — но если там так опасно, то может, сперва, в оружейку наведаемся? Тут же есть оружейка?

— Нет, конечно!

— Почему?

— Вы представляете, что может натворить вооруженный человек, если кто-то или что-то возьмет его под контроль?

— А я-то думаю, чего это полкан с дубинкой бегает… Ладно… Тогда надо себе дубье добыть потяжелее.

— Вам не хватает той штуки, которая у вас уже есть?

— Нет конечно! Кистень — это импровизация. Въебет, конечно, так, что мало не покажется, но дубину контролировать проще, да и орудовать ей удобнее…

— Вашей варварской натуре она пойдет… — согласно кивнул Парсон. — Вон там, в том техническом помещении, есть несколько деревянных распорок, кажется дубовых, для обслуживания гермодверей.

— Ради всего святого, Лоуренс! — возопил Семнадцатый с синяком в половину лица, — Вы хотите дать этому дикарю дубину⁈ Да он нас тут всех поубивает!

— Вот, кстати, насчет «поубивать»… — сходив в указанное место, Капитан вернулся с массивной шпалой и принялся остругивать её конец для удобства хвата. — Ты тут самый бесполезный, так что если будет нужно кем-то пожертвовать — будешь первый в очереди.

— Вот видите!

— Знаете, чем я отличаюсь от вас, «номерных» бюрократов? — спокойно поинтересовался Парсон. — Тем, что я исхожу не из того, как все должно быть, а из того, как все есть на данный момент. А в данный момент вы, ваши знания, навыки и связи действительно не значат ровным счетом ничего.