Оказавшись за столом, перед парнями предстала уже привычная гора мяса, степные мужчины не очень жаловали овощи и фрукты, считалось, что силу воин может черпать силу только из мяса, оно укрепляло сухожилия и способствовало сохранению крепкого здоровья.

— Ешьте, ешьте. Подгоняла их Яйлак, сидевшая напротив, она решила ограничиться чаем и какой-то незнакомой парням сладостью с орехами.

— Едим. Отозвался Святополк. — У меня такой вопрос появился, а что делал дедушка Октай в конце?

— Отслеживал вражеское войско. Тяжело вздохнув, ответила женщина.

— Ясно. Ответил поражённый Святополк, прикидывая, что если лагерь не подняли по тревоге, значит, силы неприятелей были в сотнях километрах от них, и аура восприятия старейшины умудряется докатывать даже на таком удалении.

— Тётя Яйлак. Начал Боеслав, перенявший обращение товарища. — Возможно, это невежливо, но можно уточнить, какой ранг у вашего мужа?

— Ты верно заметил, Боеслав, это невежливо. Но ты через два года станешь родичем, так что это уже и не важно. Октай находится в ранге Багадора уже как сорок лет.

— Ух ты. Я видел войнов в этом ранге, но почему-то дедушка Октай казался мне намного сильнее. Удивился Святополк.

— Вы слышали о прозвище старейшины?

— Нет. Ответили парни в унисон.

— Абсолютный Багадор, его так прозвали за то, что он выжал максимум из этого ранга.

— А почему он тогда не пойдёт дальше? Для него этот прорыв стал третьим?

— Алсу будет непросто с тобой. Ответила женщина, улыбнувшись. Напрочь лишён чувства такта и инстинкта самосохранения. Октай уже тридцать пять лет находится на стадии закипания, он специально не прорывается на ранг «Титана». Мы обычный чёрный клан, нам нет нужды бороться за статус пурпурового дома с Едиге, они не чета вашим Хорезмским Юсуповым, у них в роду не один Титан, а целых семь.

— Жесть. Присвистнул Боеслав, а затем, чуть помедлив, вернулся к прозвищу старейшины и спросил: «Это значит, что ни один Багадор в империи ему не ровня?»

— Как и слабые Титаны. Кивнув головой, подтвердила женщина, Святополк чуть не подавился, не до конца веря, что так непринуждённо разговаривает и учится у такого человека.

— Но у меня есть для Вас более актуальные новости, молодой человек. Произнесла женщина, глядя на Боеслава. — Отец Алсу, мой сын Джабраил, обладатель довольно буйного нрава.

— Так и? Поменявшись в лице, спросил парень.

— Он находится в ранге Воеводы в тридцать два.

— И?

— Планировал выдать дочь замуж за внука старейшины Альнура.

— Святополк, ты был хорошим товарищем, жизнь прожил я достойную, пусть и недолгую. Заключил Боеслав.

— Хватит паясничать. Впервые на памяти Святополка, повысила голос женщина. — Если ты хочешь, чтобы свадьба через два года состоялась, ты должен сильно за них вырасти.

— Гридень в четырнадцать — это плохо?

— Это отлично, но если говорить откровенно, это хорошее дополнение к крепкому роду за спиной, если учитывать, что ты сын простого война, этого недостаточно.

— Второго лица в дружине. Заметил Святополк, его раздражало, что Ратибора называют «простым войном». — И, клянусь предками, я стоял в шеренге с его отцом, когда тот ровень в ровень, меч в мечь встретил Богатыря. Я думаю, ни один из ваших Витязей ему даже не ровня. Упрямо заключил Святополк.

— Дитя, ты можешь глубоко заблуждаться. Ответила женщина глядя на Лютоярова. — И это не меняет сути того, что по нашим меркам знатным мужем он не является. Заключила женщина уже мягче, она не хотела продавить парня, она хотела донести до него свою мысль.

— Хорошо, а если через два года Боеслав вернётся Витязем и макнёт сына старейшины башкой в землю? Заключил Святополк глядя женщине прямо в глаза.

— Это невозможно, внук Арслана старше на три года, а Витязей до восемнадцати я и вовсе видела лишь дважды.

— А я смогу. Ответил Боеслав. Мне понравилась мысль воткнуть внука старейшины, и звучит весело, вашу внучку, как я уже и говорил, после свадьбы заберу в Хорезм. Да, я не знатный, да, не внук крутого старика, но в отличие от местных я ходил в Зоны не на конях, а пешком, не пару раз, а больше десятка. Заключил Боеслав, Святополк давно понял, что в их личном разговоре количество ходок парень занизил, но тот факт, что он был больше десятка раза, удивил даже его. — Вы думаете, я Гридня взял за счёт красивых глаз? Вы думаете в бою на мечах уступлю вашим Гридням? Уже вышел из себя Боеслав. Да, он не планировал жениться на Алсу изначально, но она уже стала его, и он очень не любил, когда оспаривали его права на что-то.

— Вот это дух. Ответила женщина улыбнувшись. — Ну я запомнила, к свадьбе ты должен вернуться Витязем. Заключила женщина глядя на парней, они переглянулись и осознали одну простую мысль: их обули как лохов на необязательное обещание. Святополк тяжело вздохнул, подумав, что если отец узнает, будет долго и протяжно ворчать. Женщина сидевшая напротив была куда опаснее, чем добрая тётя, она все-таки была старшей женой самого видного старейшины, её хватка не удивительна. Было видно, что эта партия ей нравится не до конца, и если Боеслав через два года вернётся Гриднем, она сможет отменить свадьбу, а может сделать вид, что этого разговора вообще не было, если эта опция будет ей выгодна.

Лагерь Аргунов, спустя три недели.

— Урусовы близко. Произнёс Октай глядя на супругу. Его взгляд был направлен лишь ему известно насколько далеко.

— Насколько? Спросила Яйлак, обеспокоенно спросила женщина, чуть не уронив пиалу с чаем.

— Часов восемь пути, стянули несколько командиров с флангов, пробили северный участок фронта, идут за моей головой и нашим молодым поколением.

— Сколько высокоранговых?

— Три Багадора, десять Воевод, и двести человек низкорангового мяса.

— Может нам успеют на помощь.

— Не успею я встречу их один в поле. — Собери детей, уходите в Хорезм. Святополк сын своего отца, с ним вы не пропадёте, старейшинам передай что моё последнее слово отплатить роду Лютояровых с троицой за то что Вас приютили.

— Октай. Произнесла женщина имя любимого притронувшись рукой к его щеке. Любимый почему ты так уверен что умрёшь?

— Воевод много, Богатыри свяжут меня боем а те будут пытаться убить. Клянусь предками всех Урусовых тварей порву на кровавые ошмётки.

— Я никуда не уйду. Упрямо ответила женщина. Почему именно в Хорезм? И даже если туда зачем к Лютояровым, не лучше ли к Юсуповым?

— К ним в дом скоро придёт война.

— Откуда?

— Не ведаю, я видел своих предков этой ночью, они о том поведали.

Услышав это женщина заплакала к степнякам приходили предки ровно один раз перед неминуемой смертью, давая последние наставления.

— Уводи детей сейчас, вещей берите по минимуму.

— Я уже сказала что никуда не уйду.

— Мне плевать что ты сказала, клянусь КРОВЬЮ возразишь ещё раз я вырублю тебя и посажу на коня Дамира, дав распоряжение тому не останавливаться до самого Хорезма

Достойный воин должен встретить смерть один, если она настигнет его семью то предки его не примут.

— Хорошо! Я уйду, уйду. Запалакав ответила женщина но пообещай что заберёшь как можно больше жизней этих тварей!

— Я заберу их все, любимая. Отозвался мужчина, вели десятникам собрать всех у ворот мне нужно собраться с мыслями.

— Хорошо. Ответила женщина, смахнув слёзы с лица рукавом побежала вертишить десятников за этот месяц все дети сильно выросли особенно конечно выросли пришлые они ходили в Зону каждый день, чередуясь от десятке к десятки которая шла на разведку, глупые решили выиграть спор со старой женщиной, подумала Яйлак.

Через десять минут все стояли перед воротами, серьёзные и злые как пурпуровы тыари.

— Где старейшина? Вопрошал Тимур. — Скажите ему что мы встретим врагов как войны! Как гордые Аргуны, мы будем танцевать на костях наших врагов! Закричал он с непривычной уверенностью, чувствовалось что этих людей сбросили до изначального родого состояния, они не были готовы бежать они хотели пустить кровь врагам.