— Ты же знаешь что он не встанет. Это невозможно. Сказал Ратибор желая остудить напор деда.

— Ты же стоишь, и даже драться можешь под аурой.

— Я Витязь! Мне сорок с хером! У меня больше сотни ходок в зону! А ты хочешь чтобы встал двенадцатилетний пацан.

— Это не аргумент, пару Гридней из наших тоже смогут.

— Ага! Только ты забыл одну ооочень маленькую деталь, у них у всех по три прорыва и за пятьдесят ходок в зону. Если ты скажешь в высшем свете что какой-то Гридень может стоять на ногах под аурой Воеводы, тебе покрутят пальцем у виска. И кстати ты сам сказал "пару", человека четыре на полтора десятка ветеранов пол жизни проживших в зоне.

— Он обязан справиться. Если не продемонстрирует силу в степи его сожрут.

— У Октая ему вряд-ли будет что-то грозить.

— Я боюсь не Октая, а клана Аргунов, им будет плевать кто что сказал они захотят проверить тех кто к ним пришел согласно обычаям степи.

— А Владимир там как тогда выжил?

— Как, как, никуда носа не совал из дома старика, играл с ним в бурус и говорил о жизни. Но Святополк то не такой, его даже если попроси не усидит на одном месте.

— Я буду с ним.

— Этого мало.

— Он не встанет под аурой.

— Встанет. Заверил старик, затем они обсудили несколько технических деталей о подготовке к поездке, и разошлись по делам.

— На колени. Произнёс Воевода, неряшливо держа руки за спиной, едва войдя в зону поражения Святополка.

Ноги внука подкосились как хрупкие палочки, и он в седьмой раз за день шмякнулся носом об землю.

— Ты вставать собираешься?

— Это невозможно. Ответил Святополк уже не делающий попыток встать, всё что он мог это объяснить деду глупость упражнение пока ещё мог говорить.

— Верно, внук, это невозможно. Как и то что ватага сухих крестьян стала дружинной, как и что мы выстояли в войне с Сабуровыми. Пойми, внук, если ты хочешь выжить для тебя не должно быть невозможного. А теперь, встань, во имя рода, во имя КРОВИ!

— Да! Отстань! Ты! Уже! С яростью ответил Святополк сначала встав на колено затем на второё, затем и вовсе наполовину выпрямившись, его яростные глаза были направлены на Ярополка, в них читалась такая холодная ярость, что самому старику стало немного не по себе.

— Прошёл. Ответил мужчина.

— Нет! Отозвался Святополк, выпрямившись в полный рост. Дерись! Произнёс он, вытащив меч с громким лязгом из ножен, держался парень с трудом, руки дрожали, кровь из носа обагрила всю губу и нижнюю челюсть. Противный вой наполнил воздух, удар Яроплку пришёлся в район бедра, но тот лишь укрепил покров, и меч улетел из рук мальчика на несколько метров назад.

— Неплохо. Заново. Диковато улыбнувшись произнёс Ярополк.

Поместье Чосовых, день инициации Чингиза.

В огромном зале царило напряжение, представители двух чёрных кланов и семи красных родов ждали, чем закончится оценка потенциала внука патриарха.

— Чингиз, внук Угэдяэ бесстрашного, сын Джучи, готов ли ты служить во благо империи? Воспроизводил ритуал мужчина в капюшоне.

— Во имя империи и императора да даруют ему первопредки здоровья и долгих лет жизни.

— Да будет так, дитя, готов ли ты защищать землю, дарованную вашему роду во имя империи?

— Готов. Ни секунды не сомневаясь отозвался Чингиз, гордо осмотрев зал гостей, заприметил Святополка, коротко кивнул, Гридень ответил ему тем же.

— Да будет так, дитя, да благославят твою душу Первопредки, да пройдёт потеря контроля тебя мимо. Закончил церемониал сотрудник департамента очистки мутагенных зон, втыкая иглу прибора в плечо наследнику.

— Потенциал ИБР 61,3 %, текущий коэффициент 7 %. Заключил оценщик, в зале раздались бурные аплодисменты, громче всех хлопал Джучи, обрадованный потенциалом сына, превосходящим собственный.

— Друзья, гости! Торжественно произнёс Угэдэй, встав со стула. Я приглашаю Вас переместиться за стол, разделить с нами яства и питьё. А затем, улыбнувшись, добавил. Любому, кто перепьёт меня, лично вручу пять тысяч гривен! Слова вызвали настоящий фурор, готовилась знатная попойка. Поэтому, быстро смекнув, к чему всё идёт, Агния поворчала на Чингиза заставив того направиться в зал где был стол для женщин и детей.

— Ты куда? Спросила женщина, едва закончив с упрямым внуком. Увидев, как Святополк удаляется вслед за мужчинами.

— Как куда? Как воин иду разделить стол с войнами. Отозвался Святополк.

— Нет, нет, нет. Сегодня ты с нами. Произнесла женщина, элегантно подставив ему руку, намекая, что он должен её вести, отказать в таком взрослой женщине считалось неприличным. Тяжело вздохнув, он сопроводил жену патриарха ко второму залу для пиршеств, где Чингиз уже сидел в окружении молодых девочек из красных родов на пару лет страше, мило с ними беседуя, Люция шла всё это время рядом с бабушкой. Жена патриарха была недовольна текущим раскладом и пошла занимать законное место рядом с наследником, прогоняя наглых девиц. В конце стола сидела свита рода Волковых, состоящая из матери и двух дочерей, старшая рыженькая лет шестнадцати активно поглядывала на Святополка, намереваясь поймать момент для знакомства. Да и в целом фигурой он был крайне привлекательной, до всех доходили слухи о его потенциале, и сейчас, заметив того в новом ранге, шушукания о его персоне стали только громче.

— Ты уже Гридень? Да уж, я вот только на ранг нукера вышла. Удивлённо спросила Люция, когда бабушка удалилась в коридор.

— Так вышло. Не сильно вдаваясь в детали, ответил Святополк.

— И сколько дней ты провёл в зоне? Вопрошала девушка.

— На светских приёмах принято обсуждать зону? Парировал Святополк, ледяным взглядом серых глаз, дающим понять, насколько многое он видел.

— Не принято, но мы ещё официально не являемся взрослыми, так что нам можно. Улыбаясь, ответила девушка, официально взрослыми в империи считались молодые люди, перешагнувшие шестнадцатилетний порог.

— Люция, хватит. Отозвался парень. Мне надоели эти игры, ты прыгаешь вокруг меня, изображая интерес, изучая и собирая информацию. Мне надоело чувствовать оценку в твоём взгляде. Отрезал Святополк и неспеша пошёл к Джучи, оставив ошарашенную девушку там и стоять. Материализовавшись сзади парня, который, поклевав еду, уже встав из-за стола, уже кадрил девочек. Бесшумно, материализовавшись сзади, он схватил того за плечи.

— Поздравляю, Чингиз! Тот на автомате выдал удар локтем с разворота, который Святополк, не уклоняясь, принял на покров.

— Пурпурова, тварь! С перепугу произнёс Чингиз поняв, кто перед ним. Я должен был догадаться.

— Должен был, но удар, кстати, был хорош, аж башка трещит, тебе бы силы контролировать. Произнёс Святополк не забирая шанс у друга покрасоваться перед девочками.

— Ну уж извини. Произнёс он улыбнувшись. А затем развернулся и представил товарища. Это Святополк Лютояров,

Анастасия Волкова, Татьяна Иванова.

— Приятно познакомиться. Произнёс он, узнавая в рыжей девушку, которая на него поглядывала.

— Знаете, Святополк, о Вас очень многое говорят. Произнесла Анастасия, сделав шаг вперёд к Лютоярову.

— Плохого или хорошего? Ухмыляясь спросил парень.

— Ненормального, Гридень в двенадцать — это темп правяшего дома.

— Первые ранги даются легко, разница в родословной даёт о себе знать к высшим рангам. И кстати, извините за нескромный вопрос, как вы поняли мой ранг закалки? Спросил он, имитируя манеру речи отца, давалось с трудом, хотелось говорить чётче и конкретнее, но, к сожалению, рамки приличия серьёзно сковывали.

— Мама рассказала, она Витязь. Улыбнувшись произнесла девушка, в то же время Чингиз скрылся со второй девушкой позади, с улыбкой помахав ему «мол, вперёд, дружище».

— Это серьёзное достижение. Ваш батюшка Николай Волков? Спросил парень припоминая рассказ отца об представители этой фамилии, по его словам, тот был сведущим в оценке и перепродаже артефактов.

— Ныне усопший. Произнесла девушка, погрустнев, тут картинка и сложилась: Волковы — маленький род, единственным Богатырём был отец, так что вопрос лишения титула был делом времени. По факту перед ним стояла простолюдинка, рассудив, что отцу пригодились бы люди с навыками оценки артефактов и подвязками в торговых домах, Святополк выдал.