— Правильно, дед. Разорвал общую тишину Святополк. Да благословят тебя Первопредки на безумных дорогах скверны.

Слова выходили с трудом, ему не хотелось, чтобы Ярополк отправлялся в эту сквернову обитель, но другого выхода не было.

В зале повисла тишина, сказать было нечего больше даже Владимиру, мозгом он отлично понимал, что других вариантов для выживания семьи нет. В течение дня войны укрепляли оборону, а Ярополк готовил снаряжение, ушёл ещё до рассвета ни с кем не прощаясь, вот такой дрянной у него был характер.

Первые вторженцы со стороны Сабуровых появились на горизонте ближе к полудню, это был скорее экспедиционный корпус, нежели ударная сила. Состоял он из одного Витязя в лице племянника Михаила, Алексея Сабурова, и десяти Гридней под его началом, никаких объявлений войны не было, нукеры на башнях встретили чужаков, ранив двоих дружинников ещё на подходе, а затем быстро ретировались к казармам по вбитой в подкорку карте минирования.

— Младшая дружина. На выдохе выпалил лучник по имени Арсений, первым спустившись по металлическим порогам и оказавшись в здоровом бункере с потолками в шесть метров, внутри пахло протухшими продуктами, железом и старой бумагой. Бункер представлял из себя сначала широкую площадку метров пятнадцать в ширину и десять в длинну, а затем длинный узкий коридор с комнатами и кабинетами, в конце которого располагался склад. Ярополк ещё лет двадцать назад определил его под сокровищницу клана, выбросив протухшую еду, однако воняло там всё ещё знатно. Прямо посреди площадки, войны развернули импровизированный круг, очерченный дешёвым мутагеном из первой жёлтой.

— Плохо. Произнёс Ратибор, схватив своего спарринг-партнёра за голову и всадив туда колено, однако Глеб тоже был не лыком шит, встретил колено локтем и попробовал подсечь оппонента, однако неожиданно Витязь перекинул того через спину, в бункере повис звук урчащего металла.

— Просто ужасно, тратить боезаряды на мелочь даже не смешно. Раздосадованно заметил Владимир, как и все мужики, сидевший потный и ушибленный без верхней одежды, за утро он успел провести уже два спарринга, оба из которых продул.

— Не горячись, думаю, подорвутся пару человек, и дальше они не рискнут лезть, будут дожидаться старшей дружины или самого Михаила. Подчеркнул Глеб, отряхнувшись и встав на ноги.

— Кто командует? Вопрошал Владимир, тяжело дыша.

— Не знаю. Ответил Арсений. Был какой-то Господин в доспехе с геральдикой медведя.

Не ясно кто-то из младших Сабуровых или рядовой десятник.

— Вот и узнаем. С мрачной решимостью заявил Ратибор, а сверху послышались первые взрывы, сопровождаемые матом, тусклыми нотами, доходившим сквозь плотное железо, и то за счёт способностей практиков.

— Кажется, успокоились. Заметил Святополк.

Именно в этот момент сверху раздалось два чёртовски громких взрыва, словно сначала кто-то проделал дырку в стене, а затем снёс смотровую башню или что похуже.

— Кажется, взорвали поместье. Предположил Ратибор.

— Чем? Вопрошал ошарашенный Владимир, который, вслушиваясь в пустоту, чётко сделал вывод, что ни один воин не подобрался к поместью, ведь взрыва было всего два, плюс прогремевшие были сильно громче тех, что вызывали мины.

— Чем-чем, мутагенной пушкой.

— Пурпуровы дети, откуда она у младшей-то дружины. Разразился Святополк.

— Не паниковать, даже если они подорвали поместье с расстояния, на зачистку не сунутся, будут ждать старших. Отрезал Ратибор.

— А когда поймут, что нас там нет? Вопрошал с мрачной решимостью Василий.

Тогда их станет значительно меньше, даже если будут грамотно идти и проверять землю, бросая камни, осколки их настигнут. Минимум треть выведут из строя.

Дальше встретим в копья и отстутим в оружейную, там металл плотный, выкуривать нас задолбаются. Ответил Ратибор, подхватив ход мыслей главы клана, тот лишь понуро кивнул.

Тем временем младшая дружина Сабуровых опасливо рассредоточилась вокруг дыры в стене. Сплюнув себе под ноги, Алексей дал команду.

— Отставить стрелять! Распорядился Витязь помня, что каждый выстрел, смесь чёрного железа и дорогому мутагена, обходился в две тысячи, и того они уже потратили четыре. Плюс двое войнов успели подорваться, тараня стену Лютояровых, ну ничего, на месте их поместья сейчас одни трупы, успокаивал себя мужчина.

— Ждём старших? Последовал вопрос, из числа тех, что Алексей ненавидел, они напоминали его место в семейной иерархии.

— Ждём, но вряд ли они придут раньше завтрашнего дня. Ответил он, понимая, что большая часть старшей дружины в отпусках и на рейдах, а сам Михаил сюда не явится, слишком уж задача проучить Владимира за нарушения слова для него маленькая. Глава рода сейчас имел дела поважнее, вроде обоснования инвестором нового завода, причины взрыва, наверное хитрый лис будет утверждать что это была лишь досадная случайность, буквально статическая погрешность, а не проблемы с техникой безопасности, и не упаси Прародители диверсия.

Красная зона, второго ранга, десять часов вечера.

Ярополк, весь покрытый грязью, слизью и мутагеном, с разорванной в клочья одеждой, шёл в эпицентре зоны. Каждый шаг давался старцу с трудом, что неудивительно, расстояние от поместья порядка ста двадцати километров, пройти такое по пересечённой местности, лежащей через две жёлтые и одну красную, было задачей со звёздочкой. В бою он успел побывать уже раз двадцать пять, сражаясь с мутировавшей дичью, от собак до рысей и медведей. Взяв небольшую паузу, он присел рядом с речкой, вода в которой была жёлтого цвета, а подняв глаза воин заметил что деревья на противоположном берегу выглядели сюрреалистично, чередовались пятидесятиметровые берёзы чёрного цвета и карликовые деревца не больше двух с плодами больше, чем сами деревья. Ярополк протёр глаза, он выбрал пойти именно на север, потому что знал, что тут самая близкая чёрная зона, но в прошлый раз, когда он потерял здесь руку, тут не было речки. Делать было нечего, замерив ИБР, он увидел цифру в 57 % и, сделав глубокий вдох, медленно зашёл в реку и поплыл. Весь путь занял минут пять на широких грибках, развивающих границы реки. Когда Ярополк подумал, что переплыл реку без происшествий и оказался в чернухе, его за ногу попытался кто-то схватить, старец лишь в последнюю секунду успел спасти ногу и развернуться в сторону угрозы, это было просто огромное подобие крокодила метров пятнадцать в длину, огромные пластины кожи, уродливо наслаивающиеся друг на друга, его маленькие чёрные глаза смотрели на старца как на обед. Покрыв тело плотным покровом Богатыря без единой воронки нестабильности, уперевшись тому в бок, воин схватил яростного крокодила за пасть, тот попытался уйти на глубину, но не успел, хват у Богатыря под покровом был жёсткий, схватив крокодила за язык, он за мгновение его вырвал, раздался беззвучный стон, а во все стороны хлынула мутировавшая кровь. Не теряя времени, Ярополк пробил грудную клетку умирающей твари, вытащил сердце и вышел на берег, пытаясь отдышаться, отвык он от сражений со скверной такого уровня. Но отдых в чёрной зоне был непозволим, радиация тут стояла такая, что после каждого вдоха было ощущение, что в лёгкие втыкают иголки, мужчину спасал только энергетический покров, едва он его отпустит, его раздавит, именно поэтому он соврал семье и пошёл не во вторую красную, а в чёрную, он чувствовал, что для третьего прорыва ему нужен стимул другого уровня. Зона не давала думать, берёза, развернувшаяся перед ним, натурально ударила воина веткой, а на коре забегала сотня ужимок, этого он не ожидал, но успел парировать рукой, которая от мощи треснула, однако ногой он успел подхватить упавшее сердце и, закинув его себе в рот, заглотил сердце в два укуса, держать покров стало проще. Сделав кувырок, он уклонился от ветки второго дерева, неожиданно он понял, они все живые, все пятнадцать на первой береговой линии.

Удары прилетали со всех сторон, покров терял плотность, и вдохи без него чуть не убили Ярополка, минут двадцать отбивался старый монстр одной рукой, пока один особенно мощный пропущенный удар не откинул его на сотню метров прямиков в реку, хлюпнувшись с оглушительным визгом, старец потерял сознание, начав тонуть в отравленной реке.