Чего здесь только не было! Румяные яблоки с полосатыми бочками, крупные темно-бордовые черешни, абрикосы с пятнышками, которые очень напоминали веснушки, бархатистые персики, сочные желтые груши, глянцевые темно-синие сливы и даже шелковица.

Встретить такое в Темном лесу было бы весьма странно, если бы…

— Деревья? Это с них плоды? Они дали себя оборвать?

— Что значит дали? — хмыкнула ведьма. — Сами принесли и с радостью поделились. Мало того, большинство из них уже нашло свой дом.

— Это как? — не поняла я.

— А вот так. Думаешь, легко им здесь жилось? Никто не ухаживает, не пожалеет, не покормит. Живность пока найдешь, все корни засохнут. Еще и конкуренция такая. Приходилось воевать за хорошие места, объединяться в группы, чтобы спасти молодые побеги. А тут польза. Они же плодоносят круглый год. Вот их двуликие и расхватали. Ни одного не осталось. Даже те, что с цветочками, ушли. Для красоты. Теперь будут пользу приносить, плодами сочными радовать, а их за это мяском свежим подкормят или еще чем.

Я слушала ее и только диву давалась. Ни за что не подумала бы, что все так обернется.

— Кстати, двуликие клич кинули, — продолжила Вэйла. — Еще плотоядных по лесу ищут. Как соберут побольше, тебе приведут. Для озеленения.

Вот тут я вздрогнула, вспомнив, при каких обстоятельствах у нас заплодоносили монстродеревья, и нервно обернулась.

Грейнар никуда не ушел. Так и стоял по ту сторону плетня, убрав руки в карманы брюк, и смотрел. На меня смотрел. Да так, что сердце переворачивалось. В этом взгляде не было ни страсти, ни желания, ни вообще каких-то эмоций — лишь непроглядная тьма. Но именно она меня и манила к этому мужчине.

— Вряд ли у меня получится, — промямлила я, не в силах разорвать зрительный контакт. — Здесь магия меня не слушается.

— Получится. Обязательно получится. А если что, наш темный хозяин поможет. Да, Грейнар? — И ведьма бросила на некроманта лукавый взгляд.

«Поможет… еще как поможет!»

— Светлая у тебя до вечера. Надеюсь, вы вдвоем ничего не натворите, — сухо произнес он, проигнорировав вопрос.

— Натворим. Еще как. Но только полезное и очень вкусное, — рассмеялась Вэйла. — Иди уже. Слышала, к вампирам собрался. Ты вечерком зайди, я тебя чаем напою целебным, а то после кровососов с их ментальной магией вечно голова раскалывается.

Грейнар кивнул, в очередной раз коротко посмотрел на меня и исчез. Только когда портал за ним захлопнулся, я наконец-то смогла нормально выдохнуть и расслабиться. Даже не знала, что была так сильно напряжена все это время.

— Ну а теперь, Сэлли, рассказывай, — широко улыбнулась ведьма.

От ее проницательного взгляда мне мгновенно захотелось куда-нибудь спрятаться.

Она ждала от меня ответа. Только вот какого, если я сама многое не понимала? И чем больше старалась понять, тем сильнее запутывалась.

Однако что-то надо было ответить, и я на одном дыхании выпалила первое, что пришло на ум:

— Я вчера подобрала у крыльца котенка. Принесла его в дом, вылечила, назвала Рыжиком, а это оказался детеныш мантикоры.

Вэйла застыла с черпаком в руке.

— Что ты сделала? — ахнула она и медленно опустилась на ближайшую лавку. — Кого нашла?

— Рыжика. Ну я ведь не знала, что это детеныш мантикоры. На нем же не написано. В академии мы всегда изучали взрослых особей. Вот Грейнар и разозлился. Опять.

— Ему полезно. А то ходит как ледяная статуя, только глазами сверкает. Пусть растрясется и покажет эмоции, пока еще возможно, — заявила ведьма, поднимаясь.

— Почему? — тут же уцепилась я за странную фразу.

— Что почему?

Вэйла, покачивая бедрами, подошла к колодцу и принялась набирать воду.

— Почему «еще возможно»?

— Окаменеет и все, — хмыкнула она и, заметив мое недоумение, поправилась: — Шучу. Потом просто не вспомнит, каково это… быть как все. Так ты болтать будешь или помогать? Вон у нас дел сколько.

— И что мы будем делать? Зелье какое-нибудь? Отвар волшебный?

— Лучше. Компотик сварим, варенье закрутим, джемы приготовим. Можно и ассорти сделать. Чернослив засушим. Абрикосы, кстати, тоже можно высушить. Вкусно получится. Между прочим, я такой рецепт повидла знаю из яблок, м-м-м. А еще их надо замочить.

— Куда замочить?

— В бочку. Ты когда-нибудь пробовала моченые яблоки?

— Нет. У нас в лесу всегда свежие. Да и в Уатерхолле такого не было.

— Как же скучно вы живете, — выдохнула она, ловко накручивая барабан колодца. — Тут дерево одно приходило, я с него две корзины подходящих яблок собрала. Ты знаешь, что наколдовала разные сорта?

— Откуда?

В тот момент я думала о другом, а после и вовсе не до выяснения сортов стало'.

Вэйла легко подняла ведро и поставила его на лавочку, лишь слегка расплескав воду.

— Ну что? Начинаем?

Я и представить не могла, что заготовка фруктов занимает столько времени. Сначала я перебирала черешню и вишню, раскладывая в разные миски. Заодно выяснила, что они разные по вкусу и способу обработки. Затем вытаскивала из вишни косточки.

— Знаешь, что в этом деле лучший помощник? — усмехнулась ведьма и достала из волос самую обычную шпильку. — Вот!

— И что мне с ней делать? — нахмурилась я.

Что такое шпилька я знала, но применяла всегда по-другому.

— Смотри.

Вэйла взяла ее в одну руку, вишню в другую, воткнула, ковырнула и косточка выпала.

— Ого, — потрясенно протянула я.

— Держи, — улыбнулась она и отправилась чистить яблоки на джем.

В конечном итоге на переживания и тяжелые раздумья у меня попросту не нашлось времени. Я все время была чем-то занята: резала, чистила, перекладывала, крутила или носила воду в большой чан на костре. А еще ведьма постоянно что-то рассказывала или спрашивала меня о Вечном лесе, о том, как мы живем, как устроен наш быт и так далее.

Конечно, далеко не все мы делали руками. Например, в тазах фрукты сами тщательно мылись, а после укладывались на покрывало обсыхать. Старая мясорубка крутилась без посторонней помощи, а терка сама собой прыгала, превращая куски яблок в мягкую субстанцию. С части яблок кожуру Вэйла снимала ножом, а рядом с ней в воздухе застыло еще два, которые аккуратно, по спирали очищали другие яблоки.

— Вы смелая, — заметила я. — Совсем не боитесь Грейнара.

— А чего мне его бояться? Я прекрасно знала его родителей, а с матушкой так и вовсе дружила. Интересная была темная. Яркая. Жаль, что ушла так рано.

— Сколько же вам лет? — вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык.

Нашла о чем спрашивать ведьму. Хотя меня интересовал не столько ее возраст, сколько Грейнара. Не верилось, что ему пятьсот лет.

— Не бойся, я свой возраст не скрываю. Молода еще и полна сил. Даже преемницу еще не искала. Мне всего сто двадцать три.

— Тогда Грейнару точно не пятьсот.

Вэйла оторвалась от абрикосов, которые раскрывала и вынимала косточку, бросая ее в отдельную глиняную чашку.

— Конечно, нет. Всего восемьдесят восемь. По сути, еще ребенок. Правда, вредный. Хотя да, — она тяжело вздохнула, — рано ему пришлось власть забрать. Ему едва сорок исполнилось, когда его отец погиб. Вот и сказывается.

— Как сказывается? — моментально вскинулась я.

— А вот так. — Ведьма неопределенно махнула рукой. — И на нем сказывается, и на Темном лесе. Вон как все поменялось. Остался последний шаг, а Грейнар все медлит. Оно и понятно: такой груз. Поделиться бы ему с кем-нибудь, да не хочет… и найти не может.

— Поделиться чем?

Вэйла замолчала, в васильковых глазах промелькнуло и тут же погасло беспокойство. Она медленно покачала головой и с едва заметной улыбкой произнесла:

— Не стоит тебе это знать, Сэлли.

— Почему?

— Есть тайны, которых не стоит касаться. Так что давай поговорим о другом. Тем ведь полно. Как и работы. За один день точно не управимся. Надо будет наложить чары, чтобы не попортилось тут все.

«Ну о другом так о другом».

— А как вы стали ведьмой?