Когда вдалеке показалась темно-серая крыша, сомнения мои начали развеиваться, но тревога внезапно усилилась. Вопросы вникуда посыпались один за другим.

Что ждёт меня там? Всё ли гладко у Аниты? Там ли она вообще?

А вдруг это ловушка?

«Успокойтесь, Ева Эдуардовна, какая ловушка, кому вы нужны» — подбодрила я сама себя, и вдруг стало так спокойно. Во мне не было ничего особенного. Перед такими, как Анита, потенциальные женихи выстраиваются в очередь, таких, как я, обычно не замечают.

С этими ободряющими мыслями я подошла к высоченному забору из камня и нажала на кнопку звонка. Вещей я взяла немного, но сумка уже успела оттянуть мне плечо, сняв её, взяла в руки и осмотрелась. Стоящий отдельно от всех двухэтажный дом, высокий забор, откуда-то доносился шум, клацанье когтей по деревянной поверхности. Где-то распахнулась дверь, и все звуки растворились, осталось только неровное и гулкое биение моего сердца. Калитка распахнулась...

— Привет, Ева, — мягкий голос моей сестры поприветствовал меня прежде чем показалась сама Анита. Моя дорогая сестра, худая и бледная как мел, одетая в атласное домашнее платье, которое не могло скрыть даже совсем небольшой, но сильно выпирающий круглый животик.

Глава 2

Глядя во все глаза на Аниту, я потеряла дар речи. Моя сестра беременна... Да, Аните уже исполнилось двадцать пять лет, но она и не думала о детях. Она и о замужестве не думала. Очень осторожная, неприступная, с такой лёгкостью она отшивала своих кавалеров! А теперь я видела лишь тень своей сестры с торчащими ключицами, тонкими губами и слегка неухоженным, тусклым блондом, но... В её глазах не было сожаления или печали, только тепло. Несмотря на внешний вид, Анита вовсе не выглядела несчастной. Уставшей, но не несчастной, не сломленной.

— Заходи, — она кивнула, впуская меня во двор и закрыла ладонью живот, словно оберегая его от моих глаз.

— Анита... — я бросила сумку на землю, подошла ближе и ещё раз осмотрела сестру. — Что с тобой такое? Ты поэтому не берёшь трубку? Полгода назад как ушла, и всё, что я думать должна?

— Токсикоз до сих пор мучает, Ев, всю извёл уже, — сестра приподняла уголки губ в слабой улыбке. — Пойдём уже. Потом поговорим с тобой.

Я плелась за ней, осматривая двор. Ухоженный, но без изысков. В дальнем углу стоял большой вольер с двумя достаточно крупными собаками. Породу я не разглядела, Анита для своего положения передвигалась достаточно быстро. Она запустила меня в дом, сумку, что я бросила у порога, переложила на большую полку для обуви, где не было женской обуви, кроме белых слипонов, вся мужская — туфли, кроссовки, ботинки, много пар.

— Если голодная, пойдём сразу в столовую, — Анита обернулась и коснулась моей руки. Сестра разговаривала со мной, будто мы виделись с ней только вчера. «Всё это очень-очень странно» — думала я, рассматривая большой, обставленный по-современному, но темноватый дом. — Натан не сказал мне, что ты приедешь так скоро. Ждала тебя завтра. Не подготовилась, прости.

— Почему ты не хотела поговорить со мной? Почему не сказала, что здесь? — проходя в просторную столовую, за которой находилась огороженная стеклянными дверьми кухня, спросила я в лоб. — Анит, мне всё это не нравится. Когда ты начала общаться с ними? Скажи хоть что-нибудь!

— Не утруждайся, милая, — за моей спиной послышался мужской голос, который я слышала в трубке. Натан. Мужчина обошёл меня и сестру и подмигнул мне. — Рад, что приехала, Ева. Ты так выросла. Давненько тебя не видел.

«Даниил наверняка тоже здесь» — при этой мысли сердце понеслось галопом. Братья были очень похожи внешне, но Натан, и тогда был чуть крупнее, под его рубашкой четко выделялись мускулы. Я не увлекалась мускулистыми мужчинами, но даже для меня, как и шрамы на лице, его это вовсе не портило. И Анита... Стоило мне взглянуть на неё, на то, как она смотрит на мужчину, стало всё ясно. Она была без ума от него. И, судя по тому, как бережно он усадил её за стол, как прикоснулся губами к её щеке, это было взаимно.

— Присаживайтесь, девушки, с меня кофе, с вас улыбки, — он снова подмигнул уже нам обеим. — Или наша гостья голодна? Я совсем забыл сказать, что ты приезжаешь сегодня.

— Анита уже сказала, — улыбнулась я. — Я бы перекусила что-нибудь, но сначала я хочу узнать, что случилось. Почему вы скрывали всё это от меня?

— Понимаю. Хорошо понимаю тебя. Это серьёзно. Но, — мужчина развернулся и оперся о столешницу, — только не сердись, ладно? На меня можешь, на Аниту нет. Так вышло. Ничего уже не исправишь, поэтому я прошу тебя, будь гостьей в нашем доме, но не затевай ссор. Аните категорически нельзя нервничать.

— Да, — сестра кивнула. — Мы поговорим об этом как-нибудь, но не сейчас, хорошо?

Я нервно сглотнула, понимая, что из меня пытаются сделать дуру. Внутри кольнуло, и сильно, но я выдавила из себя улыбку и сказала сестре:

— Я хочу знать только одно, ты не злишься на меня? Может, я сделала что-то не так?

— Нет, всё хорошо, — кивнула Анита. — Я не злилась и не злюсь.

— Вот и славно, — Натан всплеснул руками и продолжил заниматься кофе. Поставив перед нами две чашки, он ушёл в сторону кухни, а я отпила терпкий напиток, поглядывая на сестру. Я не знала, что сказать ей. Что спросить у неё. Мне запретили что-либо выяснять, и это настораживало. Натан вернулся с легкими закусками, сел рядом с Анитой, а я невольно покосилась на еще один стул.

— Сейчас, я ему позвоню, — достав телефон из кармана, сказал мужчина и набрал чей-то номер. — Даня... Гостья у нас... Ясно... — разговор был коротким. Убрав телефон обратно, Натан сцепил пальцы в замок и, глядя мне в глаза, словно понимал, что это имеет значение, произнёс:

— Даниил будет либо поздно ночью, либо уже завтра. Брат очень хотел увидеть тебя, но появились кое-какие дела.

— Ничего, — проблеяла я. Не получилось сдержать эмоции и румянец на щеках. Они так и вспыхнули жарким пламенем.

«Он хотел увидеть меня! Не просто хотел, очень хотел! ОЧЕНЬ!»

— Вы общались какое-то время, — продолжил Натан. — Я помню, как он писал тебе письма.

— Да, но потом перестал отвечать, — вырвалось у меня.

— Этого я не знал, — пожал плечами мужчина. — Но уже неважно, да? Забудем прошлое и будем жить дальше. Так получилось, что Анита случайно забеременела, и мы уже решили начать афишировать наши отношения. После родов сыграем свадьбу, ты уже приглашена, — махнул он в мою сторону, хотел продолжить, но я перебила:

— А где ваш отец?

— Умер полтора года назад, — будничным тоном произнёс в ответ Натан. — Сердце прихватило.

Тогда он и перестал мне отвечать. Ровно полтора года назад.

«Ева. Знаешь, у меня сердце не на месте. Как будто должно случиться что-то плохое. У тебя такое бывает? Наверное, бывает у всех людей. Каждый день я смотрю в зеркало и мне кажется, что за моей спиной стоит тень. Клянусь, это так. Очень надеюсь, что у тебя всё хорошо. Крепко обнимаю тебя, лучик. Без твоих писем мне так тоскливо, поскорее бы увидеть тебя. Вечером напишу ещё, надо бежать» — это сообщение от него было последним. Я написала, что тоже очень хочу его увидеть, но письмо ушло в пустоту. Я перечитывала его столько раз, сколько волос у меня на голове. И запомнила каждую строчку.

Почему мы так и не встретились раньше?

— Очень жаль, — вздохнула я. — Понимаю, какого это.

— Вам было хуже, — покачал головой Натан. — Я помню то лето. Так внезапно. Никто этого не ожидал.

Это правда. Мама не болела. Она была полностью здоровой, за исключением небольших проблем, которые есть почти у всех людей, кому уже перевалило за сорок лет. Не инсульт, не аневризма, не тромб. Она просто упала и перестала дышать. Причину так и не установили. Остановка сердца. И всё. Может, отец скрыл что-то от меня и сестры, но я запомнила — когда он это говорил со слезами на глазах, это были самые искренние слова, которые я когда-либо слышала в своей жизни.