На протяжении полугода я заходила в её профиль каждый день. Моя сестра никогда не ставила время посещения, она всегда «Была недавно». А вчера, в её двадцать пятый день рождения, когда я зашла написать поздравления, я обомлела и выпустила из рук свой телефон. «Была давно».

Я окончательно потеряла связь с Анитой. Я знала, что она изредка звонит нашему отцу, я обижалась до слёз на них обоих, но ничего не могла с этим сделать. Да, мы немного поссорились перед тем, как она исчезла, но мы всегда ссорились по мелочам, и всегда прощали друг друга максимум на следующий день.

«Видимо, она меня не простила» — подумала я, подняв свой мобильник и глядя на профиль Аниты, которая либо действительно не появлялась слишком давно в этой соцсети, либо заблокировала меня.

Конечно, я звонила ей. Но она никогда не брала трубку. Скрепя сердце, я ушла в самый дальний угол нашей квартиры — в комнату Аниты, где уже полгода было темно и тихо, я набрала номер сестры ещё раз. Один длинный гудок, ещё один. Я считала каждый, сердце замирало при помехах на линии, но трубку так никто и не взял. Разочарованно вздохнув, я присела на краешек её кровати с телефоном в руках и когда на экране высветилось её имя, я забыла как дышать.

— Алло, — выпалила в трубку. — Анита!

— Здравствуй, Ева, — прозвучал незнакомый мужской голос. — Ты меня, наверное, не узнала, но я тебе напомню. Я Натан. Мы с братом...

— Да, я помню, я помню, — протараторила я. — Привет. А где Анита? И... Даниил?

Даниил и Натан, сыновья давнего знакомого моей семьи, Евгения Аронова, я не видела обоих уже больше пяти лет. Семья пробыла в нашем доме целое лето и уехала, когда умерла моя мама. Будучи подростком, я сильно сблизилась с младшим, Даниилом. И когда я пришла в себя после смерти мамы, я написала парню письмо, где призналась в своих чувствах, не в любви, конечно, вряд ли я тогда, тринадцатилетняя девчонка, не отличающаяся худобой и чистой кожей на лице, смогла бы рассказать девятнадцатилетнему высокому, упомомрачительно красивому и широкоплечему парню о своей тайной любви к нему, нет, я рассказала лишь о своих переживаниях, об одиночестве, о том, как я отдалилась о своей семьи. Приехать он не мог, но поддерживал меня словами, своими душевными письмами.

Дом мы продали, переехали в квартиру поближе к центру города. И когда всё стало налаживаться, Даниил перестал отвечать на мои письма. А потом пропала Анита...

Признаться, у меня закрадывались некие сомнения относительно их связи, но я хорошо помнила, что Анита была больше близка со старшим, Натаном. Я замечала их переглядки. Но ничего, кроме них и невинных прикосновений, не было.

Что же мне думать теперь?

— Я бы очень хотел всё рассказать тебе, Ева, но не могу по телефону. Это не телефонный разговор, — ответил Натан. — Вместо разговора я приглашаю тебя к нам на выходные. Что скажешь?

— Ну не знаю... — я замялась. — Тебе не кажется это странным? Я не общалась с сестрой полгода, я ей звоню, а потом ты перезваниваешь мне с её номера. Почему она сама не поговорит со мной?

Я хотела добавить и про Даниила, который ни с того ни с сего оборвал общение со мной, но не стала больше упоминать его. Даже спустя столько лет сердце болело при мыслях о нём, словно он забрал важную часть, и не вернул обратно.

— Всё в порядке, — в мягком и спокойном голосе мужчины отчётливо прозвучала улыбка. — Ева, ты же хочешь увидеть сестру? Хочешь выяснить, почему она не выходила на связь столько месяцев? Если тебе неспокойно, обратись к своему отцу, скажи о поездке. Я уверяю, он даст добро. Мы очень ждём тебя, Ева. Адрес отправлю со своего номера.

Натан положил трубку. Договорил и просто сбросил звонок, не попрощавшись со мной. Я была в квартире одна, отец еще не пришёл с работы. Сердце подскочило к горлу и устремилось вниз. Пульс застучал в моих ушах.

— Что делать? Что делать? Что же делать? — бормоча себе под нос, я заметалась по спальне сестры. Прибежала в свою и начала лихорадочно собирать вещи. Я не была близка со старшим братом Даниила, за то лето я перекинулась с ним всего парой слов, но я была уверена — если он сказал, что мой отец даст добро на поездку, значит, так и будет. А мой отец никогда не сделает плохо ни мне, ни Аните.

Но... Он знал, что она там? Знал и ничего не сказал мне?

На всякий случай я собрала вещи заранее. Выходные были свободны — я сдала все экзамены, хотела с понедельника начать искать подработку на лето. Теперь всё потеряло значение. Только Анита. Только Даниил.

Я не могла не поехать. В груди так и замирало при мыслях об этом парне. Соцсетей у него не было. Каким он стал? Свободен ли он? Думал ли он обо мне? Почему он сам не поговорил со мной...

* * *

Как я и думала, Натан оказался совершенно прав. Отец отпустил меня без колебаний, но говорить об Аните отказался, мол, ему самому неизвестно, почему сестра оборвала общение со мной. Сидя в его машине у здания железнодорожного вокзала, я то и дело поглядывала на часы, папа же судорожно вздохнул, прежде чем попрощаться со мной.

— Я бы сказал тебе, дочь, но Анита попросила меня ничего тебе не передавать. Причину выяснишь сама, хорошо? Меня попросили не лезть в это дело, я и не лезу. Но парни они хорошие, не беспокойся. Как вернёшься, позвонишь, я тебя встречу.

— Хорошо, пап, — ответила я. Выйдя из машины, я взяла сумку и отправилась к вокзалу. Скорый поезд уже стоял путях. Мой первый в жизни путь в гордом одиночестве, в таинственную неизвестность. В купе с милой пожилой попутчицей, в переживаниях и спутанных мыслях в тяжелой голове, которая серьёзно разболелась к концу моего пути. Я не стала просить Натана встретить меня, вызывала такси и все время пялилась в своё косметическое зеркало, пока водитель вёз меня по закоулкам и объездным. Я нанесла легкий макияж, ещё в поезде подкрутила волосы, погладила места, где они пушились и торчали в разные стороны. Оделась закрыто, скрывая небольшие недостатки своей фигуры. Из зеркала на меня смотрела симпатичная кареглазая девушка с волнистыми каштановыми волосами и взглядом как у испуганного кролика. Красоткой я себя не считала — моя сестра была намного привлекательнее, высокая блондинка с янтарными глазами, Анита была прекрасна. Она пошла в маму, мне же досталась непримечательная внешность отца...

Оба брата же были похожи на своего отца как две капли, темноволосые, крепкие, не обделённые ростом и внешней привлекательностью. Что, скрывать, оба были такие, что глаз не отвести, только на лице Натана красовался крупный шрам. Мне было странно смотреть на него, но Анита махала рукой, мол, так даже лучше. На Даниила я была готова смотреть бесконечно, пока они гостили у нас. Признаться, я даже однажды сфотографировала его исподтишка. Фото получилось нечётким, смазанным, но это было единственное, что не давало мне забыть о том, как он выглядит. Впрочем, я не забыла. Когда он перестал отвечать на мои письма, я разобиделась и попыталась выбросить его из головы. Выбросила и фото, но ничего не забыла...

– Дальше никак, я там не проеду, – таксист остановил машину, обернулся и вырвал меня из мутных воспоминаний. Я начала озираться по сторонам. Впереди была роща, дорога резко уходила вверх, только на внедорожнике проехать, не иначе.

— А это точно там? — спросила я, вглядываясь в темноту. Уже вечерело, сгущались сумерки.

— Точно. Метров триста отсюда точка.

— Ну ладно, — вздохнула я, сунула мужчине четыре сотни и вышла из машины. Пока он доставал мой багаж, вернул мне сотню за то, что не смог доставить до места. Я взяла деньги не глядя. Дорога приковывала мой взгляд — слишком мрачное место, слишком туманное будущее. Я уже начала жалеть, что поехала одна к чёрту на куличики, но возвращаться было поздно. Поднималась по крутой грунтовой дороге с мыслями о сестре. Пыль поднималась вверх, я порядком устала, но упорно шла вперёд. Дорога выровнялась, но легче мне не стало, роща была темной и очень тихой, сомнения тугой проволокой обвивали моё сердце – а вдруг я ошиблась? Вдруг Натан написал не тот адрес?