Вернувшись в Драковию, Ченнинг привёз Айви в один из своих роскошных особняков. — Здесь мы и будем жить, — невозмутимо сообщил он. Айви удивлённо повернулась к нему — Мы? — Я не готов отпустить свою жену. — Вообще-то, миссия окончена. И мы больше не супруги. Ченнинг притянул её к себе, обхватив за талию. Его губы коснулись её уха. — Это ненадолго, — нежно прошептал он и слегка прикусил мочку. По спине Айви пробежала жаркая дрожь. — Самоуверенный дракон, — пробормотала она. Поднявшись в спальню, Айви остановилась на пороге и широко раскрыла глаза. Комната была обставлена роскошно, но поразило её другое: стены, шторы, покрывало, ковёр — всё здесь было выдержано в красных оттенках. Она медленно выгнула бровь и посмотрела на Ченнинга. — Что? — протянул он. — Дизайн я выбирал ещё в молодости. — Сразу видно. Скромности у тебя не было уже тогда. — Переделаешь всё, как тебе нравится. Айви улыбнулась и прошла дальше. Через несколько дней их навестили Марк, Леон и Юнис. Едва переступив порог особняка, Юнис протянула Айви конверт. — Я нашла это и просто не могла не поделиться с тобой, — сказала она, подозрительно хихикая. Ченнинг тут же напрягся и направился к Айви. — Не открывай. — Теперь обязательно открою. В конверте оказалась фотография молодого Ченнинга с надменным выражением лица и огромным красным бантом в волосах. Айви расхохоталась до слёз. — Какой грозный дракон! А бантик — чтобы враги сразу сдавались? — Отдай, — мрачно потребовал Ченнинг. Он попытался выхватить фотографию, но Айви ловко увернулась и спрятала её за лиф платья. — Я всегда буду носить её при себе. Вдруг мне когда-нибудь станет скучно. Ченнинг остановился и прищурился. — Это нечестно. — Боишься доставать? — невинно спросила Айви. — Нет. Боюсь, что гости слишком надолго задержатся. Леон кашлянул — Марк, кажется, нам уже пора. — А мне кажется, самое интересное только начинается, — возразил тот. Юнис довольно улыбнулась — Я знала, что фотография попадёт в надёжное место. Ченнинг сделал всё, чтобы гости поскорее покинули особняк. Едва за ними захлопнулась дверь, он подхватил Айви на руки и понёс в спальню. Он повалил её на кровать и навис сверху. — Надо было сразу отдать мне фотографию, — соблазнительно произнёс он у самых её губ. Айви упёрлась ладонями ему в грудь, слегка отталкивая. — Подожди. Я кое-что придумала. Ченнинг послушно слез с неё и устроился на краю кровати. — А ты пока раздевайся, — велела Айви, направляясь к шкафу. Распахнув дверцы, она достала костюм дракона, красиво перевязанный красными лентами. — Серьёзно? — донёсся с кровати голос Ченнинга. — Дракон? — Не совсем. Айви сняла с костюма несколько лент и приблизилась к нему. Велела лечь на спину, и он повиновался. Она обвязала его запястья алым шёлком и привязала к изголовью. Ченнинг проверил узлы и усмехнулся. — А мне это уже нравится, — произнёс он хриплым от возбуждения голосом. — Я вижу, — ответила Айви, скользнув взглядом по его обнажённому телу. Не сводя с него глаз, она начала медленно раздеваться. Разглядывая красивое мужское тело, ей нравилась его реакция на каждое ее движение. Одежда падала на пол мучительно неспешно. Оставшись совершенно обнажённой, не считая подаренного Ченнингом украшения, которое красиво устроилось между грудей, Айви грациозно забралась на кровать. Её губы коснулись его шеи, затем плеч и груди. Она опускалась всё ниже, оставляя на горячей коже влажные поцелуи, а потом провела языком от паха до пупка. Ченнинг тяжело дышал, но молчал. Всё его тело напряглось, когда Айви обхватила губами его член. Из его горла вырвался низкий стон. Она играла с ним то ускоряя, то намеренно замедляя движения, ласкала его языком. Ченнинг запрокинул голову, стиснув привязанные запястья. В эту минуту она могла попросить у него что угодно — и он согласился бы. Она расслабила горло и полностью вобрала его в себя до самого основания. — Если ты сейчас не остановишься, — с трудом прошептал он, — наша игра закончится, толком не начавшись. Айви не собиралась заканчивать так быстро. Она отстранилась и оседлала его, но не позволила войти в себя. Вместо этого приникла к его губам в страстном поцелуе, царапая ногтями грудь и оставляя на коже красные полосы. — Айви… — предупреждающе прорычал он. Она улыбнулась ему в губы, а затем медленно опустилась на него. Ченнинг шумно выдохнул. Первые движения Айви были плавными, почти дразнящими, но вскоре она ускорилась. Кровать скрипела в такт, а её стоны сводили его с ума. Он смотрел, как она движется на нём, и остатки самообладания таяли с каждой секундой. Наконец Ченнинг не выдержал. С громким рыком он рванул руки, разрывая ленты. Освободившись, жадно обхватил ладонями ягодицы Айви. Его пальцы стиснули её так сильно, что наверняка оставили бы синяки, но сейчас это не волновало ни одного из них. Он направлял её движения, задавая быстрый, неистовый темп. Если бы в особняке оставались слуги, они наверняка предпочли бы сбежать. Скрип кровати, громкие шлепки и стоны разносились далеко за пределы спальни. Айви вскрикнула, содрогаясь от сильнейшего наслаждения. Ченнинг последовал за ней через несколько мгновений, крепко прижимая к себе. Тяжело дыша, она упала на его влажную от пота грудь. Он обнял её и нежно провёл ладонью по растрёпанным волосам. — Я люблю тебя, — прошептал Ченнинг. — Так сильно люблю… Айви подняла на него затуманенный взгляд. — Я тоже тебя люблю. И всегда буду любить. Она выдержала короткую паузу и лукаво добавила — Даже с бантом на голове.

Три года спустяАйви сидела на траве, поджав под себя ноги, и наблюдала за светловолосым трёхлетним Никсоном. Сын унаследовал волосы отца, глаза матери и рубиновую драконью ипостась от обоих родителей. Правда, превращаться в дракона пока не умел. Лишь иногда на его коже проступали алые чешуйки. На руках Айви мирно спала трёхмесячная Элиза. Тёмноволосая, с упрямо нахмуренными бровками, она была похожа на мать как две капли воды. — Бедный Ченнинг, — сказала Юнис, впервые увидев девочку. — Теперь в семье две Колючки. Сам Ченнинг считал, что ему невероятно повезло. Заметив отца, Никсон бросил деревянный меч и помчался к нему со всех ног — Папа! Ченнинг подхватил сына на руки и звонко поцеловал в щёку. — Как поживает мой грозный дракон? — Я пока не дгакон, — вздохнул Никсон. — Дракон. Просто ещё маленький. — А когда я пгевгащусь? — Скоро. — Ченнинг, не давай ребёнку пустых обещаний, — предупредила Айви. — Никаких пустых обещаний. Посмотри на него — прирождённый рубиновый дракон. Никсон радостно зарычал. Рядом с Ченнингом шли Марк и Юнис. За три года Марк ничуть не изменился: всё так же шутил, смеялся и с завидным упорством добивался женщины, которая долго не желала подпускать его к себе. Он приглашал её на прогулки — Юнис отказывала. Присылал цветы — она возвращала. Приносил сладости — она обещала выбросить их, после чего они вместе съедали всё до последней конфеты. В конце концов Юнис опустила свои щиты. Теперь рука Марка лежала у неё на талии, и она даже не пыталась делать вид, что это её раздражает. Следом шли Леон и Алисандра — та самая пианистка из таверны. Леон сдержал обещание: вернувшись в Драковию, сразу сделал ей предложение. Алисандра согласилась, не дослушав его заранее приготовленную речь. За руку она держала трёхлетнюю Катрин. Девочка была копией отца: чёрные волосы, оливковые глаза и такой серьёзный взгляд, словно она уже готовилась занять место в совете. Никсон обнял Ченнинга за шею. — Папа, папа! — Что, сынок? — Пгавда, что ваши дгузья у нас надолго? — Правда, — ответил Ченнинг и покосился на Юнис. — Не переживай, — сказала она. — теперь я точно знаю, как это исправить. И с улыбкой на лице подмигнула Ченнингу. Айви после рождения Никсона она ушла со службы, выбрав семью. Решение было непростым, но она ни разу о нём не пожалела. Ченнингу предложили место в совете. Обсудив всё, они решили, что это идеальный вариант. Он продолжал служить Драковии, но его больше не отправляли на опасные задания. Правда, сам Ченнинг утверждал, что трёхчасовое заседание совета опаснее любого чудовища. Добравшись до Айви, он осторожно сел рядом и обнял её. Никсон тут же устроился у него на коленях, а Катрин принялась внимательно рассматривать спящую Элизу. Ченнинг посмотрел на жену и тихо произнёс — Не устану благодарить Дракодеву за то, что ты однажды появилась в моём кабинете, Колючка. Сказав это, Ченнинг нежно поцеловал её. — Фу! — возмутился Никсон. — Папа опять целует маму! — Привыкай, сынок, — ответил Ченнинг, не сводя глаз с Айви. — Я собираюсь заниматься этим всю жизнь. Вокруг раздался смех. Марк немедленно последовал его примеру и попытался поцеловать Юнис, но получил локтем в бок. Леон прижал к себе Алисандру, а Катрин заявила, что поцелуи — это глупости. Айви положила голову Ченнингу на плечо. Друзья были рядом. Дети смеялись. Впереди их ждала долгая жизнь, наполненная любовью. И впервые Айви не желала ничего менять.