Вместо ответа он поднялся и протянул ей руку. Айви настороженно нахмурилась, но всё же позволила ему помочь ей встать. Ченнинг не отпустил её ладонь и повёл к лестнице. Они поднялись на второй этаж, затем на третий и четвёртый. Музыка и шум голосов постепенно стихли. Когда впереди показался закрытый коридор, Айви остановилась. — Куда мы идём? — Ещё выше. — Выше уже некуда. — Есть крыша. Он открыл неприметную дверь, за которой обнаружилась узкая лестница. Айви последовала за ним, всё сильнее недоумевая. Ченнинг толкнул последнюю дверь. В лицо ей пахнул свежий ночной воздух. На крыше был разбит настоящий сад. В каменных вазонах росли белые и алые розы, вдоль дорожек тянулись гирлянды крошечных огней, а в центре располагалась небольшая площадка, окружённая цветущими кустами. Над ними раскинулось безоблачное звёздное небо. Айви едва не ахнула. На несколько мгновений она забыла и об обиде, и о недоверии, просто поражённая открывшейся красотой. Но затем взяла себя в руки и повернулась к Ченнингу. — Что мы здесь делаем? Он остановился напротив неё. В его взгляде не было привычной насмешки или самоуверенности. Только волнение, которое он тщетно пытался скрыть. — Мы были на балу, — произнёс Ченнинг. — Но я так и не смог пригласить тебя на настоящий танец. Айви молча смотрела на него. — Прошу, потанцуй со мной. Он протянул руку. Несколько долгих секунд она не двигалась. Разум вновь предупреждал её: один красивый жест ничего не изменит. Танец не сотрёт ложь и не вернёт утраченное доверие. Но сердце уже сделало выбор. Айви вложила ладонь в его руку. Ченнинг мягко притянул её к себе. В тот же миг зазвучала тихая мелодия. Айви удивлённо оглянулась, пытаясь найти музыкантов, однако он коснулся пальцами её подбородка, возвращая её взгляд к себе. — Смотри на меня, — попросил он. Он положил ладонь ей на талию и повёл в танце. Сначала Айви держалась напряжённо, оставляя между ними небольшое расстояние. Но Ченнинг двигался уверенно и бережно. Постепенно она позволила ему прижать себя ближе. — Я виноват, — тихо произнёс он возле её уха. — И знаю, что одного извинения недостаточно. Айви ничего не ответила. — Я должен был предупредить тебя. Должен был довериться тебе, а не решать за тебя. — Но ты не сделал этого. — Не сделал. Его пальцы чуть крепче сжались на её талии. — И если бы я мог вернуться назад, то поступил бы иначе. — Прошлого не изменить, Адриан.. — Знаю. Поэтому мне остаётся лишь доказать, что я способен быть честным с тобой сейчас. Она подняла на него глаза. — Даже если правда будет неудобной? — Даже если после неё ты возненавидишь меня. — А если я не смогу снова поверить тебе? В его взгляде мелькнула боль. — Тогда я буду ждать. Столько, сколько потребуется. Музыка продолжала звучать, а они кружили среди цветов и дрожащих огней. — Ты стала мне дорога, Ви, — прошептал Ченнинг. — Намного дороже, чем я мог себе позволить. Я думал, что смогу сохранить между нами границу. Что наша близость останется частью легенды. — Плохо получилось. — Хуже некуда, — с горькой улыбкой признал он. — И теперь мысль о том, что я могу тебя потерять, пугает меня сильнее любой угрозы, — продолжил он. — Я не прошу забыть мою ошибку. Только позволь мне всё исправить. Музыка стихла. Ченнинг выпустил её из объятий, но лишь для того, чтобы зайти ей за спину. Айви почувствовала, как он убрал её волосы с плеча. — Что ты делаешь? — Не двигайся. Что-то холодное коснулось её шеи. Айви вздрогнула и опустила глаза. На тонкой цепочке из белого золота висел кулон в форме сердца. По его краям мерцали крошечные бриллианты, а в центре сиял крупный рубин. В глубине красного камня словно горело живое магическое пламя. Ченнинг застегнул цепочку. Его пальцы на мгновение задержались на её коже. Айви повернулась к нему и сжала кулон в ладони. — Он прекрасен. — Я увидел его сегодня и подумал о тебе. — Потому что у меня каменное сердце? — Потому что внутри тебя горит огонь, — ответил он. — Даже когда ты изо всех сил пытаешься его скрыть. Айви посмотрела ему в глаза. Обида никуда не исчезла. Как и страх, что он снова решит что-то за неё, промолчит или попытается защитить ценой её доверия. Но чувства оказалась сильнее желания уйти. — Я попробую дать тебе ещё один шанс, — тихо сказала она. — Но если ты снова попытаешься меня об… Она не успела договорить. Ченнинг накрыл её губы поцелуем. Первое мгновение Айви хотела оттолкнуть его — хотя бы из упрямства. Но его руки сомкнулись на её талии, и вся решимость исчезла. Она вцепилась пальцами в его камзол и ответила так же жадно, выплёскивая в поцелуй всё, что мучило её со вчерашнего вечера: обиду, страх, и тоску. Ченнинг целовал её страстно, но бережно, словно всё ещё не верил, что она позволила ему приблизиться. Когда он отстранился, их лица разделяло лишь несколько сантиметров. — Я не обману тебя, — хрипло пообещал он. — Больше никогда. Айви коснулась пальцами его губ. — Не заставляй меня пожалеть, что я поверила тебе. — Не заставлю. Она всё ещё не доверяла ему до конца. Но когда Ченнинг снова поцеловал её под звёздным небом, Айви позволила себе хотя бы ненадолго забыть об этом. Письмо было отправлено. Оставалось только ждать. Дни тянулись мучительно медленно, но Айви почти не жаловалась. Каждую свободную минуту они с Ченнингом проводили вместе, словно пытались наверстать всё упущенное. Они целовались в пустых коридорах, запирались в библиотеке и однажды едва не попались в зимнем саду. — Это была твоя идея, — прошептала Айви, торопливо поправляя платье. — Ты могла отказаться. — Я отказалась. Дважды. — Крайне неубедительно. Она толкнула его локтем, а Ченнинг поймал её за талию и снова поцеловал. — Ты неисправим. — Зато тебе не скучно. С этим спорить было трудно. Их страсть вспыхивала в самых неожиданных местах: в пустой гостевой комнате, в купальне, даже в мобиле, который Ченнинг предусмотрительно остановил подальше от людных улиц. После они возвращались в особняк с невинными лицами и старались не смотреть друг на друга за ужином, чтобы не рассмеяться. Но о деле они не забывали. Через несколько дней им удалось вновь встретиться с королевой. На этот раз разговор был коротким. Едва оставшись с ними наедине, она достала из складок платья крошечный стеклянный флакон с мутной янтарной жидкостью. — Это лекарство, которое придворный лекарь ежедневно даёт королю, — тихо сказала она. — Я забрала немного из новой порции. Ченнинг принял флакон и спрятал во внутренний карман. — Он заметит пропажу? — Нет. Айви коснулась её руки. — Мы выясним, что это. — Поспешите, — попросила королева. — Моему супругу становится хуже. Вернувшись в особняк, Ченнинг передал флакон Айви. — Не открывай. — Почему? — Вдруг это яд. Она вскинула бровь. — Поэтому ты отдаёшь его мне? — Я доверяю твоей осторожности. — А я-то решила, что ты хочешь от меня избавиться. Ченнинг притянул её к себе. — Слишком поздно. Я уже привык просыпаться рядом с тобой. — Ты привык просыпаться на моей половине кровати. — У тебя мягче подушка. Он поцеловал её в кончик носа. О предстоящем приезде друзей следовало предупредить хозяев. За ужином Ченнинг сообщил графу, что трое их знакомых вскоре будут проездом в городе. — Мы хотели попросить разрешения разместить их здесь на несколько дней, — добавила Айви. Граф лишь махнул рукой. — Разумеется. В доме достаточно свободных комнат. — Благодарю вас, — ответил Ченнинг. — Надеюсь, ваши друзья не столь же беспокойны, как вы двое, — с улыбкой заметила графиня. Айви замерла с бокалом у губ. Ченнинг же сохранил совершенно невозмутимый вид. — Не понимаю, о чём вы. — Конечно, — невинно отозвалась графиня. — Просто в западном крыле удивительно тонкие стены. Под столом Айви наступила Ченнингу на ногу. Он даже не поморщился. — В следующий раз, — шепнула она, когда они вышли из столовой, — я тебя задушу. Ченнинг наклонился к её уху. — В западном крыле? Айви не выдержала и рассмеялась.

В один из вечеров, когда всё семейство собралось в гостиной, раздался звонок в дверь. — Ваши гости прибыли, — сообщил дворецкий. Ченнинг, Айви и хозяева дома вышли встречать Юнис, Марка и Леона. После коротких представлений граф велел проводить гостей в приготовленные комнаты, а графиня лично проследила, чтобы им подали ужин. Лишь некоторое время спустя все трое незаметно пришли в комнату Айви и Ченнинга. Ченнинг поочерёдно обнял друзей. — Ну и как вы справляетесь без меня? — Стало гораздо спокойнее, — ответил Марк. — А таверна? Еще не разнесли? — спросил Ченнинг. — Стоит...Пока. Леон тяжело вздохнул. — А я скучаю по своей пианистке. — Ты говорил об этом всю дорогу, — напомнил Марк. — Я хочу на ней жениться. — И это ты тоже говорил. Каждые десять минут. — Иногда каждые пять, — уточнила Юнис. Пока Леон в очередной раз рассказывал, как прекрасна его возлюбленная, Марк не сводил глаз с Юнис. Ченнинг заметил это и наклонился к его уху — Осторожнее. Ещё немного — и Леон окажется не единственным женихом в комнате. — Я никогда не видел женщины прекраснее, — тихо признался Марк пожирая взглядом бёдра Юнис. Ченнинг еле сдержал смех. — Это ты ещё не видел её во времена учёбы в академии. Точно бы голову потерял. — Правда? — заинтересовался Марк. — Пгавда, пгавда, — ответил Ченнинг и рассмеялся. — Я всё слышу, — холодно произнесла Юнис. Ченнинг мгновенно перестал смеяться. — А речь у неё теперь безупречная, — добавил он, отступая поближе к Айви. Покончив с приветствиями, они перешли к делу. Ченнинг и Айви коротко рассказали о состоянии короля, подозрительном лекарстве и необходимости попасть во дворец. После недолгого обсуждения решили не терять времени. Айви достала флакон и передала его Юнис. — Нужно выяснить, что внутри. Юнис осторожно осмотрела мутную жидкость. — Мне понадобится немного времени. Она вышла, унося флакон с собой. Марк проводил её взглядом. — Даже не думай, — предупредил Ченнинг. — Сначала лекарство, потом ухаживания. — А когда можно думать? — Судя по её лицу — никогда. Наутро Юнис уже стояла в комнате Айви и Ченнинга с победным видом. — Я знаю, что это за отрава. И знаю, как спасти короля. — Больше всего ценю в женщинах ум — Произнес Марк не отрывая взгляд от пышной груди Юнис, которая практически выскакивала из декольте ее платья. На изготовление противоядия ушло ещё два дня. Возможно, Юнис справилась бы быстрее, если бы Марк не проводил возле неё всё свободное время. — Тебе помочь? — в который раз спросил он, опираясь на край стола. — Да. Отойди. — Насколько далеко? — До Драковии. — Жестоко. А я уже решил, что между нами возникла особая связь. Юнис подняла пузырёк с мутной жидкостью. — Ещё слово — и я проверю её действие на тебе. Наблюдавший за ними Леон тяжело вздохнул. — Завидую твоей стойкости, Марк. Меня хотя бы отвергают не каждый час. — Тебя вообще некому отвергать, — заметил Ченнинг. — Твоя пианистка осталась в Драковии. — Именно поэтому моя любовь возвышенна и трагична. — А моя, значит, приземлённая? — возмутился Марк. Юнис окинула его взглядом. — Твоя пока односторонняя. Когда лекарство было готово, все отправились к королеве. Я удалила от покоев супруга всех слуг, лекарей и стражу — тихо сообщила она. — Сказала, что чувствую приближение его конца и хочу остаться с ним наедине. — Убедительно? — спросил Ченнинг. — Придворные уже обсуждают, в каком платье я появлюсь на похоронах. — Значит, поверили, — спокойно заключила Айви. Под видом новой помощницы королевы Юнис провели к больному. Она осмотрела короля и дала ему первую дозу противоядия. Так продолжалось десять дней. Королева изображала убитую горем жену и раз за разом выгоняла всех из крыла. Юнис давала лекарство, Айви следила за слугами, а Ченнинг пытался выяснить сколько у них осталось дней в запасе до решающего удара по королю. На одиннадцатый день король открыл глаза. Он был слаб, но понимал речь и мыслил ясно. Ченнинг, Айви и королева рассказали ему об отравлении и назвали виновников. Затем Ченнинг снял с пальца перстень Веймаров и положил его на стол. — Моё настоящее имя — Ченнинг Паджет. Капитан западной части армии Драковии. — Айвира Эверлейн, — продолжила Айви, решив не сообщать о том что она профессиональный шпион. — Мы прибыли в Вальдерн, чтобы выяснить, кто готовит войну против нашей страны. Король долго молчал. — Я никогда не желал войны с Драковией. Напротив, хотел предложить торговое соглашение. Но вскоре после того, как сообщил об этом советникам, слёг. Управление пришлось передать в их руки. — Пока нельзя показывать, что вам стало лучше, — предупредила Юнис. — Несколько дней вы должны изображать полную беспомощность. — Иными словами, тяжело больного овоща, — уточнил Ченнинг. Королева бросила на него ледяной взгляд. — Капитан умеет подбирать слова, — сухо заметила Айви. — Зато смысл ясен, — прошептал король. Он попросил передать в Драковию всю собранную информацию и запросить помощь. Никто не знал, сколько предателей находилось во дворце и кому ещё можно доверять. Покинув королевское крыло, Ченнинг, Айви, Юнис, Марк и Леон отправились в игорный дом, где находился тайный связной. — Если нас разоблачат, — сказал Леон, оглядывая ярко освещённый зал, — я хочу, чтобы пианистке сообщили: мои последние мысли были о ней. — Твои последние мысли будут о том, зачем ты поставил все деньги на чёрное, — ответил Марк. — А твои — о Юнис, которая так и не согласилась с тобой поужинать. — Я соглашусь, — неожиданно произнесла Юнис. — Если ты сейчас помолчишь. Марк немедленно закрыл рот. Пока друзья отвлекали внимание шумной игрой, Ченнинг и Айви передали связному зашифрованное послание. Выходя из игорного дома, Ченнинг притянул Айви к себе. — Значит, вопрос о нашем браке стал сложнее? Она поправила воротник его сюртука и тихо ответила — Намного сложнее. — Обсудим это дома? Он поцеловал её, не обращая внимания на ехидные возгласы друзей. Послание уже отправилось в Драковию. Теперь им оставалось ждать подмоги.