Плутарх, заглядывавший мне через плечо, подтащил стул и уселся рядом. Я передвинул поисковик к нему. Он быстро промотал историю рода до тысяча шестисотых годов. И мы стали внимательно читать.

У князя Андрея, главы основной ветки рода Вяземских, было два сына. Старший Василий и младший Всевласий. Василий очернил перед отцом репутацию младшего брата. Всевласий был заточён в застенки Московского поместья.

В тот же год случился на Москве великий пожар, в котором погибли княжич Василий и глава рода князь Андрей. Всевласий, выйдя на свободу, взвалил на себя заботы главы рода. Под его руководством род Вяземских занял лидирующие позиции в укреплении экономики Руси.

Был женат дважды. Княжна из рода Долгоруковых подарила ему двух сыновей: Михаила и Григория. Вторая жена, из рода Морозовых, — трёх дочерей: Веру, Надежду и Любаву.

Я поднял взгляд на Плутарха. Бледный свет из окна делал его профиль похожим на ожившего мертвеца. Взгляд устремлён куда-то вдаль.

Я кашлянул, привлекая внимание.

— Если собираешься сказать, что я плохо выгляжу, то не надо, — произнёс Плутарх. — Я в курсе.

— Ты выглядишь не плохо, — спокойно ответил я. — Ты выглядишь как человек, собирающийся сделать глупость.

Плутарх медленно повернул ко мне голову. В его глазах было что-то совсем дурное. Не истерика. Хуже.

Там не было жизни.

— Знаешь, что самое забавное? — спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Думал, вот сейчас увижу, что проклятия больше нет. Что женщины моего рода не будут больше платить жизнью за чужую мерзость. Обрадуюсь.

Он ткнул пальцем в экран.

— А вместо этого читаю, что эта тварь была выдающимся государственным деятелем. Хорошим мужем. Отцом. Опорой рода. Чуть ли не благодетелем Руси.

— История — девушка ветреная, любит победителей. Кто выиграл — тот и герой. Каким бы он ни был на самом деле.

— Вот именно. Победил, — Плутарх скрипнул зубами. — И теперь эта гнида передала свои гены мне. Как прикажешь с этим жить?

— Как же я тебе завидую! — с чувством воскликнул я.

— Чего⁈

— Того. Ты можешь позволить себе этот аристократически-трагический бред. — Я театрально всплеснул руками. — «Ах, во мне кровь этого мерзавца! Ах, история несправедлива! Ах, как с этим жить⁈» Я бы тоже так хотел. Но у меня, к несчастью, на это времени нет.

Плутарх покраснел и отвёл взгляд.

— Думаешь, его гнилая кровь не будет преследовать наш род? Как мне жить с этим знанием?

— Достойно, — я устало потёр лицо. — Так, чтобы твои деяния затмили историю этого нехорошего родственника. Нашу историю пишут победители. Так стань им.

Плутарх с вопросом уставился на меня.

— Стань достойным главой рода. И если у кого-то в семье полезут грязные замашки Всевласия — сверни ему шею.

Несколько минут мы молчали.

— Ты иногда говоришь так, словно тебе уже лет шестьдесят, — уголок губ Плутарха дёрнулся. Не улыбка, только её тень. — Пойду учить свою новую биографию. Чувствую себя шпионом.

Плутарх ушёл на склад, предупредив, что ближайшую пару часов будет недоступен.

Оставшись один, я начал прикидывать дальнейшие действия. Первым делом решил разобраться с непонятным строением за полигоном, чуть не угробившим дракошу.

Уже выдвинулся к выходу, когда в дверь зашёл Тайво, толкая перед собой сервировочный столик.

С улыбкой пожелал мне доброго утра.

— Я тут кое-что на завтрак сообразил.

Мой желудок взвыл волком.

Мы с Тайво успели сделать по глотку подостывшего кофе, когда хлопнувшая дверь возвестила о новой гостье. Серафима. Хмурая. С синяками под глазами — явно не выспалась.

На наше радостное пожелание доброго утра пробурчала:

— Издеваетесь?

Тайво уступил ей своё место и кофе и собрался уходить. Серафима остановила его:

— Твой человек знает путь из аномалии, — она не спрашивала, а утверждала. — Его необходимо послать за помощью.

— Бери стул, присаживайся, — предложил я Тайво и перевёл взгляд на Серафиму. — С чего ты взяла, что это мой человек? Мы просто друзья. Отдавать ему приказы я не могу.

Серафима раздражённо передёрнула плечами.

— Тем лучше, — она переключилась на Тайво и заявила командным тоном:

— Через час ты должен выдвинуться в путь. К тому времени я составлю доклад. Передашь его лично в руки Ягужинскому, в прокуратуру.

— Не-е-ет, — протяжно, с улыбкой произнёс Тайво.

— Что значит «нет»⁈ — взвилась Серафима. — Я приказыва…

— Так я не ваш боец, — он одарил её безмятежной улыбкой. — Я вообще гражданский. И гулять по аномалии Топь не имею ни желания, ни права.

— Я ведь могу доставить тебе массу неприятностей, — кривая улыбка исказила её лицо. — Причём не только тебе, а всем твоим родным.

— Ты угрожаешь моему другу? — Арктический холод моего голоса заставил Серафиму передёрнуть плечами.

— Бесит! — рявкнула она и выскочила на улицу.

Мы с Тайво молча перекусили. В конце завтрака он официальным тоном обратился ко мне:

— Князь Медведев, прошу принять меня и сестру на службу рода Медведевых. Если выберемся отсюда — готов принести клятву у Стелы.

— Не «если», а «когда», — поправил я Тайво. — Считай, что принят на испытательный срок. Всех, кто будет давить, посылай ко мне. А сейчас иди отдохни.

Тайво ушёл, увозя столик. Я тоже поднялся и направился к непонятному зданию. По дороге меня перехватила Серафима.

— Князь, ты знаешь, где сейчас находится Плутарх?

— Да, — ответил я, не останавливаясь.

Серафима замерла в растерянности. Потом догнала.

— Ну и?

— Что «ну и»?

— Где Плутарх? — скрипнув зубами, прошипела она.

— Он сейчас занят. Не надо его отвлекать.

Серафима схватила меня за плечо. Если бы не укреплённые кости, мог бы получить травму. Наши взгляды скрестились в молчаливой борьбе.

— Михаил, не строй иллюзий. Тут не замок Арзамасских, где тебя выгуливали в песочнице. У меня опыта побольше, чем у Алёны и у тебя вместе взятых. Дальше я беру командование на себя.

Я спокойно снял её руку с плеча.

— Командуй. — Мой взгляд стал спокойным и равнодушным.

Серафима, готовая воевать за место ведущего, в растерянности отступила.

— Так просто?

— Не вижу смысла усложнять, — моя улыбка заставила её насторожиться. — Ты наверняка знаешь, где враг и как с ним бороться. Готова вытащить нас всех живыми. Зачем мне тебе мешать? Жду указаний.

Растерянность Серафимы продержалась ещё пару секунд и обернулась злостью.

— Считаешь, что не справлюсь? — прошипела она. — Думаешь, ты самый умный?

— Ни в коем случае, — мой спокойный тон подействовал, как ушат воды. — Готов выполнить любой приказ. Кроме «красиво умереть».

Надо отдать ей должное: поняв, что загнала себя в патовую ситуацию, Серафима не стала разыгрывать роль начальницы-психопатки. Сделав пару глубоких вздохов, командир решила погасить возникший по её же вине конфликт.

— Князь, прошу прощения за неподобающий тон.

— Мне кажется, эти испарения болот аномалии вредно влияют на нервную систему, — миролюбиво пошутил я.

— Думаю, вдвоём мы справимся с любыми проблемами, — лёгким кивком она дала понять, что недоразумение исчерпано.

— Если не секрет, — спросила Серафима, — куда вы направлялись? И хотелось бы обсудить ближайшие планы.

— Мне не даёт покоя здание за полигоном. Предлагаю осмотреть его вместе. А через пару часов освободится Плутарх, и мы приступим к планированию.

Серафима оказалась умной женщиной. Второй раз спрашивать, где племянник, не стала.

Мы направились к зданию. Чем ближе подходили, тем сильнее нервничала Серафима. На лбу выступил пот. Она передёргивала плечами, как от озноба, и всё замедляла шаг.

— Не нравится мне это, — сквозь зубы процедила она. — Ребята на складе, вроде, пару десятков РПГ со спецприпасом нашли. Может, лучше издалека?

Неожиданно она закатила глаза и начала заваливаться.

В последний момент я подхватил Серафиму и аккуратно опустил на землю. Сам не испытывал никакого дискомфорта. Чуть оттащив её в сторону, передал командира пробегавшему мимо бойцу-егерю.