— Рорк, отпусти меня и лети по восточной линии!

Серый глаз оказался совсем близко.

В нём была ярость.

И страх.

— Доверься мне!

Когти разомкнулись.

Канат рванул меня к кораблю. Рорк исчез за серебристой стеной, унесённый встречным потоком.

Люди Дейра подтянули меня к борту. Я ударилась о тёмную обшивку, ухватилась за решётку и перевалилась через ограждение. Несколько рук подхватили меня, не давая снова скатиться к краю.

— Генерал где? — спросил Дейр.

Я поднялась.

За кормой рушился Небесный узел. Его кольца распадались на огромные каменные дуги, которые потоки уносили к нижней шахте. Между ними уже нельзя было различить чёрного дракона.

— В восточном коридоре.

— Он сможет выйти?

— Если увидит повороты.

Я бросилась к сигнальному устройству «Северного стража».

Основная труба была повреждена после разрыва креплений. Две боковые пластины сохранились, зато их направление оставалось связано с погибающим узлом.

— Разверните носовой приёмник на восток! — приказала я.

— Механизм зажат! — ответил сигнальщик.

— Тогда вручную!

Трое матросов освободили нижнюю ось. Я сама повернула пластину к серебристому коридору. По ней прошла вибрация, принесённая движением драконьих крыльев.

Рорк был там.

Я не видела его, но слышала каждый удар воздуха.

Первый пришёл справа.

Второй ниже.

Третий сопровождался треском разряда.

Я разложила на палубе обрывок старой карты. После разрушения узла линии изменились, однако мой новый маршрут сохранял три основных поворота: над нижней шахтой, вокруг западного обломка и вниз к выходу между фронтами.

— Рорк, ты слышишь меня?

Ответа не было.

В истинном облике Рорк не мог ответить так, чтобы я его услышала, а обычные сигналы тонули в буре. Я должна была доверять движению пластины.

— Подними левое крыло. Правое держи у тела. Поток идёт снизу.

Сигнальное устройство задрожало.

Удар воздуха изменился.

Он услышал.

— Держись серебряной стены, но не касайся её. Через пять счётов откроется первый поворот.

Я считала вслух.

Корабль Дейра уходил от центра, двигаясь по западному краю пустого сектора. Впереди появлялся выход из бури. Если Рорк пропустит поворот, его вынесет к Кассару далеко от нас. Если возьмёт ниже, попадёт в нижнюю шахту.

— Сейчас влево!

Пластина отозвалась глубоким гулом.

На мгновение в облаках появился чёрный силуэт. Рорк пролетел между двумя каменными обломками, используя левое крыло и хвост для поворота. Правое висело вдоль тела.

Потом тьма скрыла его снова.

— Он не удержит ещё один подъём, — сказал Дейр.

— Ему больше не придётся подниматься.

Я следила за картой. Второй участок шёл по дуге вокруг разрушенного внешнего кольца. Воздушная масса там двигалась быстрее корабля и могла прижать дракона к камню.

— Рорк, впереди обломок. Иди над ним, потом сразу опускайся.

Сигнальная пластина дрожала всё слабее.

— Ты слышишь?

Один тяжёлый удар.

Да.

— Ещё один поворот. Потом вниз. Доверься мне.

Я не знала, способен ли он различить слова или только направление голоса. Продолжала говорить, описывая каждый изгиб, каждое движение воздуха и расстояние до выхода.

— Левее на полкрыла. Теперь держи. Не пытайся раскрыть правое. Поток сам развернёт тебя. Ещё три счёта… два… один… вниз!

Облака впереди разорвались.

Чёрный дракон вылетел из бури.

Он шёл низко, едва удерживаясь над кормой «Северного стража». Левое крыло двигалось с большими паузами, правое не раскрылось. Серебристый гребень потускнел под следами разрядов.

— Сеть к корме! — приказал Дейр.

Люди освободили палубу.

Рорк пересёк последний поток, задел когтями ограждение и тяжело опустился на настил. Корабль накренился под его весом. Матросы отступили, давая дракону пространство.

Серебристое свечение прошло по чешуе.

Рорк вернулся в человеческий облик и остался на одном колене, опираясь левой рукой о палубу. Правое плечо было неподвижно, на коже оставались тёмные полосы, волосы спутались от ветра.

Я подбежала к нему.

— Ты обещал вернуться.

— Выполнил.

Голос звучал хрипло, но в нём сохранилась привычная точность.

Я опустилась рядом и обхватила его лицо ладонями. Мне требовалось убедиться, что он действительно здесь, что буря не оставила мне очередное отражение.

Рорк коснулся моей талии левой рукой.

— Ты цела?

— Да.

— Уверена?

— Не начинай.

— Тогда почему дрожишь?

— Потому что ты летел на одном крыле.

— На одном хорошем крыле.

Я рассмеялась, хотя смех сразу перешёл в неровный выдох.

Вокруг нас работал экипаж. «Северный страж» покидал Чёрную бурю по новому коридору, капитан Дейр передавал сигналы обоим флотам, люди закрепляли повреждённые рамы. Никто не вмешивался в несколько мгновений, которые мы отняли у общего хаоса.

— Рорк.

Он поднял голову.

Я больше не хотела ждать мирного договора, спокойной палубы или часа, в котором над нами не рушилось небо. Мы слишком долго позволяли приказам, вине и страху выбирать слова за нас.

— Я выбираю тебя, — сказала я. — Не из-за долга. Не из-за благодарности. Потому что люблю.

На его лице появилось выражение, которого я раньше не видела. Сдержанность осталась, однако под ней открылась такая глубокая нежность, что мне стало трудно дышать.

Рорк провёл пальцами по моей щеке.

— Повтори это, когда над нами будет мирное небо.

— Ты мне не веришь?

— Верю. Хочу услышать ещё раз.

Я наклонилась и прижалась лбом к его лбу.

— Тогда тебе придётся дожить.

— Теперь у меня есть приказ.

Голосовой контур вспыхнул сразу с двух сторон.

Сначала пришёл западный сигнал. Над Облачным заливом защитные башни Лиарры открыли отводящие рамы. Жителей выводили по северной дороге, корабли уводили к безопасным причалам, а воздушная волна проходила над морем, теряя силу в пустом секторе.

Затем ответил Кассар. Семь башен подняли щиты, восточный флот направил поток к горной расселине, верхние террасы начали эвакуацию.

Оба города стояли.

Из западной сигнальной пластины донёсся первый глубокий звон.

Ему ответил восточный.

Звуки проходили по двум созданным мною коридорам, встречались над палубой и расходились над спасёнными землями.

Одновременно зазвонили башенные колокола Лиарры и Кассара.

Колокола продолжали звонить.

Глубокий голос Лиарры шёл с запада, перекатывался по новым воздушным коридорам и встречался над палубой с высоким, многоголосым звоном Кассара. Два города, разделённые границей и девятью годами войны, отвечали друг другу через небо, которое едва не уничтожило их обоих.

Я всё ещё стояла на коленях рядом с Рорком. Его левая рука лежала у меня на талии, правая оставалась прижата к телу. Под ногами дрожал настил «Северного стража», корабль выходил из последнего тёмного слоя, и на обшивку впервые за много часов падал настоящий дневной свет.

Он был бледным, рассеянным после облачной тьмы. Я зажмурилась, а затем заставила себя посмотреть вперёд.

Над нами открывалось чистое небо.

Не спокойное: далеко за кормой ещё рушились остатки Небесного узла, по краям Чёрной бури бежали серебряные разряды, а два отведённых фронта расползались к безлюдным секторам. И всё же между кораблём и высокими облаками больше не было вращающейся стены.

Рорк поднял лицо к свету.

— Мирное? — спросила я.

— Пока только свободное.

— Ты обещал дождаться мирного.

— Поэтому не прошу повторять сейчас.

Даже после полёта на одном крыле он сохранил способность спорить с точностью картографа. Я хотела ответить, но капитан Дейр подошёл к нам с кормовой площадки.

— Генерал, госпожа Кловер, западная и восточная группы вышли из основных потоков. «Аркент» держится. Кассар сообщает, что удар прошёл севернее террас. Лиарра отвела волну над заливом.