— У нижней границы есть восходящий поток.

— Вы не уверены, что он сохранится.

— В левом коридоре нас уже ждёт удар.

— Ясена, верните корабль.

До облачного острова оставалось меньше минуты. Разворот сейчас подставил бы борт преследователю и оставил нас между двумя коридорами.

— Поздно.

Рорк шагнул к столу.

— Вы знали, что выберете этот путь, когда обещали вести нас по безопасной карте?

— Тогда условия были другими.

— Нет. Изменилась лишь ваша готовность рискнуть чужими жизнями ради ответов.

Его слова пронзили меня, потому что я уже сама задавала себе этот вопрос и не нашла оправдания.

— Если хотите забрать управление, попробуйте, — сказала я. — Только сначала объясните рулевому, как выйти из закрывающегося потока.

Рорк остановился.

За прозрачной стеной облачный остров навис над носом «Аркента». Левый проход скрывался за серебристой стеной, поднятой разрядом преследователя. Справа тёмные слои начали сворачиваться в глубокую спираль.

Я держала рычаг двумя руками, направляя корабль к тонкой восходящей линии.

— Всем постам приготовиться к сильному крену! — передала я. — На входе корму потянет вниз. Не сопротивляться первые три счёта, затем раскрыть камеры полностью!

Рорк всё ещё стоял рядом.

— Вы действительно верите, что сможете вывести нас?

— Иначе не повернула бы.

— Вы уже один раз поднялись на борт, зная, что план возвращения ложный.

— Сейчас у меня есть собственный расчёт.

— И память о семье перед глазами.

Я не ответила.

Впереди коридор сузился. Тёмные облачные нити коснулись носовой обшивки и потянулись вдоль корпуса. Навигационные кольца ускорились, внутренний указатель снова задрожал, хотя маршрутная планка была снята.

Преследователь дал второй разряд.

Он ударил позади нас, окончательно закрывая обратный путь.

— Входим! — крикнула я.

«Аркент» пересёк границу правого коридора.

Первые секунды поток действительно поднимал нас. Нос корабля пошёл вверх, правое крыло поймало устойчивую струю, а облачный остров начал уходить к корме.

У меня появилась надежда, что расчёт оказался верным.

Затем восходящая линия оборвалась.

Впереди тёмные слои сомкнулись, превращая проход в замкнутую воздушную воронку. Её внутренний край двигался быстрее корабля, а внешний уже закрывал путь назад.

Рорк посмотрел на меня.

В его лице не осталось ни гнева, ни сомнения. Только понимание того, какой путь я выбрала.

— Вы знали, куда он ведёт, — произнёс он.

Я открыла рот, собираясь объяснить про восходящий поток, но воронка ударила по «Аркенту» раньше, чем я успела произнести первое слово.

Воронка ударила в правый борт и развернула «Аркент» поперёк течения.

Пол ушёл из-под ног с такой силой, что меня отбросило к краю навигационного стола. Закреплённые карты вздулись, одна скоба вылетела из паза, и лист с линией Керро рванулся к прозрачной стене. Я успела прижать его предплечьем, прежде чем корпус снова накренился и всё помещение наполнил треск перегруженных рам.

За стенами рубки тёмные облачные слои вращались вокруг корабля. Воронка захватила корму, потянула её вниз и одновременно подбросила нос. Оставшиеся паруса раскрылись навстречу потоку, хотя рулевые не отдавали такой команды. Серебристые полотна выгнулись дугами, верхние крепления натянулись до предела.

— Кормовые камеры сбросить на четверть! — передала я в трубу. — Правое крыло поднять, левое удерживать на текущей отметке!

Ответ рулевого утонул в грохоте.

Стрелки приборов метались по шкалам. Внешнее кольцо показывало подъём, ручной указатель — стремительное снижение, а положение корпуса не соответствовало ни одному из них. Воздух внутри воронки закручивался несколькими слоями, каждый из которых тянул «Аркент» в свою сторону.

Восходящий поток, на который я рассчитывала, исчез.

Я направила корабль сюда, потому что увидела возможность пройти над мёртвой зоной. Потому что преследователь перекрыл безопасный коридор. Потому что за облачным островом могла находиться башня, хранившая ответы о Лиарре.

Причины оставались убедительными лишь до того мгновения, пока палуба не встала почти вертикально.

С верхней мачты сорвался первый парус.

Полотно взвилось над кораблём, раскрылось огромным серебристым крылом и исчезло во вращающихся облаках. Второй парус лопнул вдоль центрального шва. Его нижняя половина обмоталась вокруг тяги, заблокировав движение кормовой рамы.

— Остановить правый двигатель! — крикнул Восс с командной палубы.

Почти одновременно рулевой передал другое:

— Левая рама теряет тягу!

Двигатели работали несогласованно. Правый продолжал толкать корму вверх, левый захлёбывался в плотном потоке и сбрасывал мощность рывками. Корабль разворачивало вокруг собственной оси, приближая правое крыло к внутренней стене воронки.

Я попробовала изменить курс ручным рычагом. Тот дошёл до середины и застрял. Передача от рубки к рулевому узлу больше не отвечала.

Рорк удержался у двери, вцепившись одной рукой в боковую стойку. Его ноги скользнули по наклонённому полу, однако он сумел добраться до переговорной системы.

— Восс, доложить повреждения!

— Два верхних паруса потеряны! Правая рама не принимает команды, левый двигатель работает с перебоями! Кормовая галерея расходится по старому повреждению!

На палубе люди ползли к страховочным линиям. Кто-то пытался освободить парус, намотавшийся на тягу. Один из матросов сорвался, но канат удержал его над настилом, пока двое товарищей не подтянули мужчину к мачте.

Они всё ещё выполняли мои распоряжения.

Люди, которых Рорк перед развилкой обязал следовать за мной до конца, сейчас пытались спасти корабль, заведённый мною в ловушку.

— Я могу выровнять нос, — сказала я. — Нужно на несколько секунд отключить оба двигателя.

Рорк повернулся ко мне.

— Мы потеряем высоту.

— Воронка всё равно тянет корму вниз. Пока двигатели работают вразнобой, нас разворачивает. Если отключить их одновременно, корпус ляжет по направлению потока.

— А затем?

Я посмотрела на показания, которые едва удавалось сопоставить друг с другом.

— Затем придётся запустить их вместе.

— Они уже не принимают общие команды.

— Значит, запускать будут вручную.

Рорк вызвал капитана.

— Подготовить механиков у обоих двигателей. По команде картографа остановить тягу полностью.

Восс не стал уточнять, насколько опасен манёвр.

— Принято.

Рорк посмотрел на меня через наклонённый стол.

— Когда?

Я ждала момента, когда внутренний слой воронки подхватит левое крыло снизу. Поток приближался в виде широкой серой полосы, испещрённой белыми искрами. Если отключить тягу раньше, корабль развернёт кормой к центру. Если опоздать, правое крыло врежется в облачную стену.

— Через десять счётов.

Он повторил команду по системе связи.

Я считала про себя, наблюдая за движением серой полосы. За кормой на мгновение открылись огни преследователя. Неизвестный корабль остался за внешним краем воронки и держался на безопасной высоте.

Они не собирались идти следом.

Они ждали, когда «Аркент» исчезнет.

На пятом счёте преследователь выпустил разряд.

Белая линия прошла над кормой и ударила в проход, через который мы вошли. Облачные пласты сомкнулись, окончательно отрезая обратный путь.

— Они закрывают выход! — донёсся голос Восса.

— Не отвлекаться! — приказал Рорк. — Готовность двигателей?

— Готовы!

Серая полоса приблизилась к левому крылу.

— Сейчас! Оба отключить!

Гул оборвался.

Резкая тишина длилась меньше секунды, однако я успела услышать треск дерева, свист воздуха в разбитой раме и собственное дыхание. Затем воронка подхватила тяжёлый корпус. «Аркент» провалился кормой вниз, нос описал широкую дугу, а правое крыло прошло в нескольких шагах от тёмной стены.