Перед третьим поворотом Рорк был готов следовать за мной.

Теперь помогал уйти, потому что не верил.

— Поток откроется на высоте нижней галереи, — сказал он. — Прыгайте, когда серебряная линия коснётся края крыла. Рычаг потянете через два счёта. Раньше — пластины ударятся о корпус. Позже — вас затянет вниз.

— Вы уверены, что пояс выдержит?

— Нет.

Я усмехнулась без радости.

— Честный ответ.

— Вы требовали их с момента встречи.

— А сами до сих пор не рассказали о Лиарре.

— Если выберемся, расскажу.

— Вы останетесь в воронке.

— Значит, ответы придётся искать без меня.

Он собирался отступить, но я удержала его за предплечье.

Рорк остановился.

— Почему вы спасли меня от разряда?

— Уже ответил.

— Карты можно было подобрать. Кораблём управляли вручную. Вы всё равно бросились к рубке.

— Потому что удар убил бы вас.

— Именно это я спрашиваю.

Ветер проходил над галереей, поднимал волосы у его висков и трепал разорванный ворот рубашки. Старый шрам пересекал грудь, напоминая о северной башне Лиарры.

— Сейчас этот ответ ничего не изменит, — произнёс он.

— Для меня изменит.

— Вы уже выбрали прошлое вместо тех, кто находился рядом. Не заставляйте меня помогать вам снова делать то же самое.

Я отпустила его руку.

Рорк отошёл на шаг и открыл повреждённую створку галереи. За ней не было трапа или ограждения, только серебристый поток, приближавшийся по краю воронки.

— Ты хотела оставить меня в буре, — сказал он. — Теперь можешь уйти. Но вместе со мной останутся сто восемьдесят человек. Посмотри им в глаза и реши, сколько жизней стоит твоя месть.

Сто восемьдесят.

Я вспомнила, что в начале полёта нас было сто восемьдесят три вместе со мной и Рорком. Значит, двоих уже не было среди тех, кто мог продолжать работу. Я не знала их имён и не видела момента, когда они погибли или исчезли в воронке.

От этого становилось хуже.

Рорк отступил от выхода.

Я подошла к краю.

Внизу вращалась серебристая полоса. За ней открывались тёмные слои, а дальше, возможно, находился путь к западной границе. Если пояс выдержит, я смогу выбраться, передать карту, разоблачить Керро и рассказать о неизвестном корабле.

Возможно, даже вернуться с помощью.

Но Чёрная буря менялась быстрее любого воздушного флота. Пока я доберусь до границы, найду людей и приведу судно, внутреннее кольцо сожмётся. «Аркент» исчезнет вместе с экипажем.

Рорк не просил меня остаться.

Капитан Восс продолжал отдавать команды, готовя людей к новой попытке запустить правый двигатель. Фенн держал сигнальное полотно. Механики тянули канаты к повреждённому крылу. Они собирались бороться без картографа, потому что генерал отдал мне единственную возможность уйти.

Я поставила ногу на край галереи.

Серебристый поток приближался.

Рука легла на рычаг пояса.

Ещё один шаг отделял меня от падения.

Я сделала его, развернулась на краю к Рорку и спросила:

— Что нужно сделать, чтобы спасти корабль?

Рорк не ответил сразу.

Серебристый поток уже коснулся края повреждённого крыла. Воздушные пластины на моей спине задрожали, готовые раскрыться, а внизу за оборванным настилом вращалась полоса, которая могла вынести меня из воронки или бросить в следующий слой бури.

Рука всё ещё лежала на рычаге пояса.

— Что нужно сделать, чтобы спасти корабль? — повторила я.

Рорк шагнул ко мне, ухватился за верхний ремень и стащил с края галереи прежде, чем поток добрался до створок. Меня развернуло к его груди. На мгновение он удержал меня обеими руками, хотя повреждённое плечо отозвалось напряжением на его лице.

— Сначала перестать стоять над пропастью, — сказал он.

— Это не план.

— План находится в разрушенном навигационном узле. Снимай пояс.

Он отпустил меня и закрыл створку. Серебристая линия прошла снаружи, взвилась над галереей и исчезла за кормой. Единственная возможность покинуть «Аркент» ушла вместе с ней.

Я расстегнула верхний ремень. Пальцы слушались плохо, и Рорк, заметив это, молча освободил боковую пряжку. Пояс опустился в мои руки.

— Отдайте его Воссу, — сказала я. — Если появится ещё один поток, пусть решает, кого можно отправить за помощью.

— Это решение капитана.

— Вы только что предложили его мне.

— И ты отказалась.

Его голос оставался ровным. Ни облегчения, ни благодарности в нём не было. Я и не заслуживала их за то, что решила не бросать людей, которых сама завела в ловушку.

Рорк забрал пояс и закрепил его на уцелевшей стойке.

— Идём.

Он повёл меня от кормовой галереи к лестнице, ведущей под командную палубу. Мы не успели пройти и нескольких шагов, когда внутреннее кольцо воронки сжалось. Корабль накренился вправо, повреждённая рама протяжно застонала, а люди на палубе бросились к натяжным канатам.

Рорк опёрся ладонью о мачту и удержал меня за локоть.

— Долго этот участок не продержится, — сказала я.

— Поэтому будешь строить новый маршрут во время движения.

— Без исправных приборов?

— Используй то, что осталось.

— От рубки к узлу нет передачи, внутренний указатель разбит, два навигационных кольца повреждены. Правый двигатель не работает, левый теряет тягу. У нас нет карт того, что находится за воронкой.

— Всё верно.

— Вы перечисляете причины, по которым это невозможно.

— Я перечисляю условия задачи.

В обычной ситуации такая уверенность вывела бы меня из себя. Сейчас она помогла сделать следующий шаг.

У лестницы нас встретил капитан Восс. Его взгляд остановился на поясе, оставшемся у галереи, затем переместился на меня.

— Госпожа Кловер остаётся, — сообщил Рорк. — Отведите всех свободных людей к ручным тягам.

— Генерал, правое крыло может оторваться при следующем сжатии.

— Поэтому вы закрепите его до следующего сжатия.

Восс повернулся ко мне.

— У вас есть путь?

— Через несколько минут будет.

Я не знала, смогу ли выполнить обещание, но сомнение сейчас не помогло бы ни капитану, ни людям, ожидавшим распоряжений.

Мы спустились в навигационный узел. После последнего удара помещение выглядело хуже, чем несколько минут назад. Центральная ось раскололась у основания, металлические тяги лежали поперёк прохода, а правый ручной рычаг удерживали два каната, не давая ему упасть вместе с повреждённой рамой. Через трещину в корпусе проникал свет внутреннего кольца, отмечая на полу движение воронки.

Старший механик стоял возле левого привода. На скуле у него темнела полоса пыли, рукав был разорван у локтя.

— Левый двигатель удерживает четверть мощности, — доложил он. — Если увеличить тягу, начнётся расхождение креплений. Правый можно запустить вручную, но общий вал не вращается.

— Значит, двигатели будут работать отдельно, — ответила я. — Сколько времени требуется от команды до изменения тяги?

— На левом — четыре счёта. На правом, если запустится, не меньше семи.

Разница могла разорвать корабль при первом же повороте.

— Сделайте два поста, — приказала я. — Один человек у каждого двигателя считает вслух. Команды на изменение тяги будут поступать заранее и с разной задержкой. Никто не действует по соседнему посту.

Механик посмотрел на Рорка.

Генерал поднялся на остатки центральной площадки.

— Слушать всем, кто находится в узле. С этого момента госпожа Кловер распоряжается кораблём без ограничений. Её приказ отменяет любой другой, включая мой. Если она потребует снять людей с поста, изменить тягу, освободить крыло или оставить отсек, выполнять сразу.

Несколько человек прекратили работу. Один из механиков перевёл на меня тяжёлое внимание. Он мог находиться среди тех, кто слышал признание Восса о выбранном мною маршруте. Мог понимать, что женщина, получившая полную власть, недавно направила их в мёртвый поток.