— Просто будьте собой.

— Мне уже говорили это однажды.

— И?

— Закончилось разводом.

На несколько секунд повисла тишина. Потом Лея тихо рассмеялась. Не громко, не пытаясь показаться вежливой. По-настоящему.

Эллианна неожиданно рассмеялась вместе с ней.

— Простите.

— За что?

— Иногда я шучу не очень вовремя.

— Поверьте, — Лея покачала головой, — сейчас это было очень вовремя.

Она осторожно коснулась серебристой ручки двери.

— Архонт умеет видеть гораздо больше, чем кажется. Не пытайтесь быть другой. Он все равно это заметит.

С этими словами она слегка склонила голову и отступила назад.

Двери открылись почти бесшумно. За ними оказался не тронный зал. И не кабинет правителя, каким его невольно представляла Эллианна.

Это была библиотека. Огромная. Настолько огромная, что она невольно остановилась на пороге.

Высокие стеллажи уходили вверх на несколько этажей, соединяясь между собой изящными белыми мостиками. Вместо лестниц между ними медленно двигались прозрачные световые платформы, на которых ардены перевозили книги и древние свитки. Под самым куполом плавали десятки серебристых сфер, наполнявших пространство мягким рассеянным светом, а в самом центре зала возвышалось древнее дерево с широким серебристым стволом. Его корни уходили прямо в белый камень пола, словно библиотека была построена вокруг него, а не наоборот.

Запах старой бумаги, дерева и чего-то едва уловимо пряного заставил Эллианну закрыть глаза. Она улыбнулась. Впервые с тех пор, как оказалась в Эйрилоне, что-то показалось ей почти родным.

Книги.

Архонт Аэрон стоял у одного из длинных столов, на котором были разложены пожелтевшие свитки. Услышав шаги, он поднял голову и спокойно посмотрел на Эллианну.

— Доброе утро.

— Доброе...

Она снова огляделась.

— Это... невероятно.

Во взгляде Архонта мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

— Именно такой реакции я и ожидал.

Эллианна медленно подошла ближе, почти не замечая, что делает.

Ее внимание уже было приковано к полкам, уходившим под самый свод, к древним фолиантам в кожаных переплетах, к свиткам, перевязанным серебряными лентами, к тонким металлическим пластинам, покрытым незнакомыми письменами.

Она осторожно провела пальцами по краю ближайшего стола.

— Здесь... тысячи книг.

— Больше.

— Десятки тысяч?

— Значительно больше.

Она посмотрела на него с недоверием. Архонт спокойно улыбнулся.

— Это Архив Памяти. Здесь собраны знания Эйрилона за последние три тысячи лет.

Эллианна медленно выдохнула.

— Я бы потерялась здесь на неделю...

— Скорее на несколько лет.

Она тихо рассмеялась.

— Возможно.

Архонт некоторое время молча наблюдал за ней. Именно так, как наблюдают не за человеком, а за ответом на вопрос, который слишком долго оставался без решения.

Наконец он неторопливо подошел к дальней стене.

Она ничем не отличалась от остальных — такой же белый камень, такие же плавные линии. Но, когда Архонт положил ладонь на ее поверхность, по камню медленно пробежали серебристые нити, складываясь в сложный древний узор.

Через несколько мгновений вся стена словно ожила. На ней начали проступать письмена. Не высеченные. Не написанные краской.

Они возникали прямо внутри камня, словно всегда были частью его, просто ждали момента, когда смогут показаться.

Эллианна невольно сделала шаг вперед. Сердце забилось быстрее. Она еще не успела рассмотреть ни одного символа, но уже чувствовала странное, необъяснимое ощущение. Будто эти знаки...

Ждали именно ее.

Архонт не торопил ее.

Он стоял немного в стороне, позволяя Эллианне привыкнуть к этому месту, словно прекрасно понимал, что для человека, посвятившего жизнь древним текстам, подобная библиотека была не просто собранием книг. Это было пространство, в котором прошлое продолжало жить, ожидая того, кто сумеет услышать его голос.

Эллианна медленно подошла к стене.

Символы продолжали проступать в толще белого камня, мягко переливаясь серебристым светом. Они были совсем не похожи ни на один древний язык, который ей доводилось видеть раньше, и все же в них присутствовало что-то мучительно знакомое. Не сами знаки, а логика, с которой они были выстроены.

Она наклонила голову, внимательно всматриваясь в первую строку.

— Это невозможно... — прошептала она.

— Что именно? — спокойно спросил Архонт.

— Они не образуют слова.

Он молча ждал продолжения. Эллианна сделала еще один шаг вперед. Теперь она почти касалась ладонью прохладного камня.

— Любой язык строится по определенной системе. Есть повторяющиеся окончания, одинаковые связки, закономерности... А здесь их нет.

Она подняла взгляд на Архонта.

— Такое ощущение, будто я смотрю не на текст.

— А на что?

Она долго молчала. Потом неожиданно улыбнулась самой себе.

— На музыку.

Архонт едва заметно приподнял бровь.

— Простите, звучит странно.

— Продолжайте.

— Если бы кто-то записал мелодию не нотами, а знаками... наверное, получилось бы что-то похожее. Эти символы не читаются слева направо. И не сверху вниз.

Она медленно провела взглядом по всей стене.

— Они... связаны друг с другом.

Архонт подошел ближе.

— Объясните.

Эллианна на мгновение прикрыла глаза, пытаясь подобрать правильные слова.

— Представьте звездное небо. Если смотреть на каждую звезду отдельно, никакого рисунка не получится. Но стоит соединить их между собой — появляются созвездия.

Она снова посмотрела на письмена.

— Здесь то же самое. Каждый символ сам по себе почти ничего не значит. Значение рождается из того, какие знаки находятся рядом.

Она неуверенно подняла руку.

— Можно?

Архонт молча кивнул.

Кончики ее пальцев едва коснулись прохладной поверхности. И ничего не произошло. Эллианна тихо выдохнула, сама не понимая, почему испытала легкое разочарование.

— Я и не думала, что...

Она не договорила. Под ее ладонью один из символов вспыхнул чуть ярче остальных. Потом второй. Третий.

Серебристое свечение тонкими нитями побежало по камню, соединяя отдельные знаки между собой, словно кто-то невидимый начал рисовать поверх древнего текста новый узор.

Эллианна резко убрала руку. Свет не исчез. Он продолжал медленно двигаться, пока не замер, образовав небольшую группу символов в самом центре стены.

Архонт застыл. За все годы, что он приходил сюда, стена ни разу не откликнулась подобным образом.

— Что вы сделали? — спросил он очень тихо.

Эллианна растерянно покачала головой.

— Ничего.

Она действительно не понимала. Сердце билось быстро, но не от страха. От ощущения, что древний Архив только что... ответил ей. Она снова посмотрела на выделившиеся знаки. Теперь они больше не казались хаотичными. В них впервые появилась структура. Не перевод. Не смысл.

Лишь крошечный намек на то, что этот язык однажды действительно можно будет понять. И именно в этот момент за спиной раздался негромкий голос, в котором звучала привычная легкая насмешка:

— Кажется, я все-таки не ошибся.

Эллианна обернулась. В дверях библиотеки, прислонившись плечом к высокой колонне, стоял Лиор.

На его губах играла едва заметная улыбка, словно он только что стал свидетелем чего-то невероятно интересного и теперь искренне наслаждался выражением ее лица.

— Признаться, — продолжил он, спокойно входя в зал, — я рассчитывал увидеть удивление Архонта. Но, кажется, оно оказалось ничуть не меньше вашего.

Он перевел взгляд на мерцающие символы, и в его янтарных глазах мелькнуло неподдельное восхищение.

— Добро пожаловать в самую большую загадку Эйрилона, Эллианна. Кажется... она только что решила познакомиться с вами первой.

Эллианна невольно улыбнулась.

Она сама не поняла почему. Наверное, потому что вместе с Лиором в библиотеку словно вошел совсем другой воздух — более легкий, живой, наполненный той непринужденностью, которой здесь до сих пор не хватало. За последние дни она привыкла, что каждый разговор в Эйрилоне неизменно касается пророчеств, Разломов или решений, от которых зависит судьба мира. И только сейчас впервые почувствовала, что можно просто... говорить.