Эллианна не спешила отвечать. Почему-то её совсем не удивило, что этот человек сразу обратился к ней по имени. За последние часы она настолько привыкла к подобным странностям, что уже почти перестала им сопротивляться. — Мы раньше не встречались? — осторожно спросила она. Лиор улыбнулся чуть шире, однако в его взгляде мелькнула едва уловимая тень. — Боюсь, что нет. Он произнёс это настолько спокойно, что усомниться в искренности ответа было почти невозможно. — Жаль, — добавил он после короткой паузы. — Иначе я бы наверняка запомнил такую встречу. Эллианна невольно улыбнулась. — Это комплимент? — Разумеется. — Вы слишком быстро начали их говорить. — Иногда судьба дает человеку всего несколько минут, чтобы произвести хорошее впечатление. Она тихо рассмеялась. — И вы решили не терять времени? — Именно так. Он говорил легко, без малейшего усилия, словно шутки были для него таким же естественным способом общения, как дыхание. Эллианна неожиданно поймала себя на том, что впервые за долгое время улыбается совершенно искренне. С самого момента появления в Эйрилоне напряжение не отпускало её ни на секунду. Рядом с Каэлем она чувствовала себя защищённой, но одновременно постоянно ощущала тяжесть его ответственности, словно вместе с ним на её плечи ложилась какая-то невидимая ноша. С Лиором всё было иначе. Воздух словно становился легче. Даже страх ненадолго отступал. Каэль молча наблюдал за происходящим. Со стороны могло показаться, что выражение его лица нисколько не изменилось, однако Рейн слишком давно служил рядом с ним, чтобы не замечать подобных мелочей. Командующий следил за разговором с такой сосредоточенностью, с какой обычно оценивал незнакомую территорию перед боем. Каждое слово. Каждый взгляд. Каждую улыбку. Именно это заставило Рейна мысленно усмехнуться. Сам Каэль ещё наверняка не понимал, почему так внимательно наблюдает за происходящим. А вот Рейн начинал догадываться. По другую сторону зала за разговором столь же внимательно следила Серания. Она знала Лиора слишком хорошо. Настолько хорошо, что научилась различать малейшие перемены в его настроении еще до того, как он успевал их осознать. Для окружающих он оставался прежним — улыбчивым, обаятельным, лёгким в общении. Но она видела другое. Сегодня его взгляд задерживался на Эллианне чуть дольше, чем следовало. Не навязчиво. Не вызывающе. Скорее так, словно он пытался убедиться, что перед ним действительно стоит человек, которого он так долго искал глазами, сам не понимая почему. Серания подошла ближе. — Простите, что мы появились без предупреждения. Её голос прозвучал мягко и спокойно. Эллианна сразу повернулась к ней. Женщина располагала к себе с первых секунд — не только открытой улыбкой, но и каким-то внутренним теплом, которое невозможно было сыграть. — Меня зовут Серания. — Эллианна. — Очень рада познакомиться. — Я тоже. Серания улыбнулась ещё теплее, однако её взгляд невольно скользнул к серебристому знаку на запястье девушки. Улыбка не исчезла. Лишь на одно короткое мгновение в зелёных глазах мелькнула тревога. Этого было достаточно. Лиор сразу понял, что именно она увидела. Их взгляды встретились всего на секунду. Им не требовались слова. За годы они научились понимать друг друга без них."Ты заметила?""Да.""Позже."Лиор едва заметно кивнул и вновь повернулся к Эллианне так непринужденно, будто между ними ничего не произошло. — Судя по выражениям ваших лиц, — произнёс он с лёгкой улыбкой, обращаясь уже ко всем присутствующим, — мы с Серанией вмешались в разговор, который явно не предполагал веселой компании. — Верно, — спокойно ответил Иар. — Тогда, пожалуй, впервые в жизни проявлю благоразумие и не стану вам мешать. В Архиве повисло молчание. Рейн едва слышно кашлянул. Серания опустила глаза, скрывая улыбку. Даже Иар посмотрел на Лиора с откровенным удивлением. Тот оглядел всех по очереди и театрально развёл руками. — Что опять не так? — Ты только что произнёс слово «благоразумие», — невозмутимо заметил Каэль. — Да.— Добровольно. — Представь себе. — Похоже, сегодняшний день действительно богат на чудеса. Лиор тихо рассмеялся. — Знаешь, Каэль, именно за такие редкие шутки я и продолжаю считать тебя своим другом. Эллианна удивлённо посмотрела на командующего. — Подождите... Это сейчас была шутка? Каэль встретился с ней взглядом. В уголках его губ почти незаметно дрогнула улыбка. — Возможно. Она покачала головой и негромко рассмеялась. — Тогда, кажется, мне ещё многое предстоит узнать об этом мире. Никто из присутствующих не заметил, что в этот самый момент высоко над Люменором чёрная птица уже пересекала вечернее небо. К ее лапе был прикреплен маленький серебряный цилиндр, внутри которого лежала короткая записка. Всего два слова. «Она найдена».
Тишину нарушила сама Эллианна. Она обвела взглядом всех, кто стоял вокруг неё, и вдруг тихо рассмеялась. Не от веселья. Скорее от неожиданного осознания происходящего. — Можно задать один вопрос? — Конечно, — первым откликнулся Лиор. Она посмотрела на него, потом на Каэля, затем на Иара. — Только честно. — Постараемся, — с лёгкой улыбкой ответил Иар. — Мне кажется... или вы обсуждаете меня так, словно я здесь вообще не стою? На несколько секунд в Архиве воцарилось молчание. Рейн первым опустил голову, скрывая улыбку. Серания тихо усмехнулась. Даже Лиор не сразу нашелся с ответом. — Признаться... — произнёс он наконец, — замечание вполне справедливое. — Очень рада это слышать. — Обычно люди не говорят нам об этом вслух. — Возможно, поэтому никто из вас не замечает, насколько это раздражает. Она говорила спокойно, без упрека, но в её голосе звучала усталость, накопившаяся за весь этот бесконечный день. — Вы постоянно произносите слова, смысл которых знаете только вы. Говорите о пророчествах, Совете, каких-то Домах, о Разломе... Потом замолкаете на самом интересном месте, переглядываетесь так, будто продолжаете разговор мысленно, и снова оставляете меня в полном неведении. Она глубоко вздохнула. — А ведь речь, насколько я понимаю, идет о моей жизни. Никто не перебил её. — Если я действительно оказалась здесь не случайно, — продолжила Эллианна уже тише, — то, может быть, я хотя бы имею право понимать, что со мной происходит? Иар медленно сложил руки за спиной. — Имеете. — Тогда почему никто ничего не объясняет? Хранитель ненадолго задумался. — Потому что знание — это тоже сила. — И? — А сила может как спасти человека, так и погубить его, если дать ее раньше времени. Эллианна устало покачала головой. — Это очень красивый ответ. — Но вас он не устраивает. — Совершенно. Лиор неожиданно тихо рассмеялся. Все повернулись к нему. — Что? — Ничего. Он посмотрел на Эллианну с искренним интересом. — Просто вы первая за долгое время, кто спорит с Иаром и при этом не чувствует себя виноватой. — А должна? — Обычно начинают. — Почему? — Потому что он почти всегда оказывается прав. Эллианна перевела взгляд на хранителя. — Это правда? Иар улыбнулся уголками губ. — Нет. Она удивлённо моргнула. — Правда? — Иногда я ошибаюсь. — Часто? — Настолько редко, что Лиор до сих пор не упускает случая мне об этом напомнить. — Потому что подобные события заслуживают того, чтобы войти в историю, — невозмутимо подтвердил Лиор. Серания покачала головой. — Не слушайте его. Он преувеличивает. — Нисколько. — Лиор... — Хорошо, совсем чуть-чуть. Эллианна снова рассмеялась. И только сейчас вдруг поняла, что уже несколько минут совершенно не думает ни о Разломе, ни о странном знаке на запястье, ни о том, что находится в другом мире. Впервые с момента своего появления в Эйрилоне она почувствовала себя... обычным человеком среди других людей. И именно эта мысль оказалась самой опасной. Потому что в следующую секунду спокойствие Архива нарушил глухой удар. Он прокатился где-то далеко за стенами Люменора, словно сама земля тяжело вздохнула. За ним последовал второй. Более сильный. Высокие окна едва заметно дрогнули. Серебристые сферы под сводом качнулись. Все разговоры оборвались одновременно. Каэль уже не улыбался. Он поднял голову раньше остальных. Прислушался. И лицо его мгновенно стало жёстким. — Это невозможно... — Что? — тихо спросил Рейн. Командующий медленно повернулся к Иару. — Защитный купол. Он посмотрел прямо в глаза хранителю. — Кто-то только что проверил границы Люменора. И сделал это с такой силой, словно хотел убедиться, что мы действительно прячем здесь нечто очень ценное.
