— Идем, Джафар, — прошипел Хасан ему на ухо. — У меня с тобой будет долгий и очень откровенный разговор. Я расскажу тебе о том, как ты просчитался, связавшись со мной. А твою жену… я отпускаю. Хотя… сомневаюсь, что тебе удастся сохранить ваш брак после всего, что произошло.

Хасан дал едва заметный знак своим людям, и те с неохотой отпустили Самиру. Она, пошатываясь, словно сломленная кукла, бросилась в объятия брата. Он крепко прижал ее к себе, стараясь оградить от окружающего ужаса. В ее глазах плескался первобытный страх, смешанный с болью и отчаянием. Она судорожно цеплялась за брата, словно за последнюю ниточку, связывающую ее с реальностью.

Самира с ужасом смотрела, как Джафара, словно пленника, грубо заводят внутрь дома Хасана Абубокарова. Она видела его спину, напряженную, словно натянутую пружину, и знала, что его ждет впереди. Сердце ее разрывалось от беспомощности и страха.

— Пхармат… — прошептала она, протягивая к нему дрожащую руку. — Помоги ему! Умоляю… не дай этому старому ублюдку причинить вред Джафару!

Но Пхармат лишь холодно посмотрел на нее. Он поднял Самиру на руки, несмотря на ее протесты, бережно, но твердо, и вынес из двора зловещего особняка Хасана Абубокарова.

— Я не стану вмешиваться в дела твоего мужа, — отрезал он, не глядя на нее. — Он сам ввязался в эту грязную игру, пусть сам и расхлебывает. Тебя я забрал отсюда, как и обещал. А с остальным… пусть справляется сам. Я не стану рисковать своей репутацией ради его глупости. Он должен был думать головой, прежде чем вступать в сделку с таким отморозком, как Хасан Абубокаров.

Самира заплакала, чувствуя себя преданной и одинокой. Она смотрела на удаляющийся особняк, где остался ее муж, ее любимый Джафар, и понимала, что ничем не может ему помочь. И теперь ей оставалось только молиться о его спасении.

Джафара били долго и мучительно. Каждый удар, словно клеймо, отпечатывался на его теле и в его душе. Хасан Абубокаров не экономил силы, выпуская на нем всю свою злобу и ярость. Он бил его по лицу, по ребрам, по животу, наслаждаясь каждым стоном боли, сорвавшимся с губ Джафара. Он унижал его словами, оскорблял его честь, топтал его гордость, пытаясь сломить его дух. Джафар терпел, стиснув зубы, не издавая ни звука. Он не хотел давать врагу повода для радости. Он думал только об одном: о Самире. Он должен выжить ради нее.

Наконец, обессилевшего, окровавленного Джафара выбросили за городом, словно ненужную вещь. Он лежал на холодной земле, чувствуя, как жизнь медленно покидает его тело. В голове кружились обрывки воспоминаний, лица близких, моменты счастья. Он думал, что это конец, что он умрет здесь, в одиночестве, брошенный всеми. Но, видимо, судьба решила дать ему еще один шанс.

С трудом поднявшись на ноги, он побрел по дороге, надеясь на чудо. Каждый шаг отдавался острой болью во всем теле, но он продолжал идти, словно зомби. Наконец, ему повезло. Случайная попутка, добрый человек не проехал мимо, вызвал ему машину и отправил в больницу.

Три недели Джафар пролежал в больнице, восстанавливаясь после пережитого. Все это время он был одинок и подавлен. Он чувствовал себя сломленным и униженным. Хасан Абубокаров забрал у него все: его бизнес, его состояние, его репутацию. Чтобы покрыть долги, ему пришлось продать дом, драгоценности, все, что представляло хоть какую-то ценность. Когда настанет время выписки, ему будет некуда идти. Он станет нищим, бездомным бродягой.

И вот, уже под конец своего пребывания в больнице, ему сообщили, что к нему пришел посетитель. Он удивился, не зная, кого можно было ожидать. Он никого не ждал. Тем более ее.

— Джафар, — Самира робко постучалась в палату, словно боясь нарушить его покой.

Он не ответил, отвернувшись к стене. Он не хотел, чтобы она видела его в таком жалком состоянии.

Самира тихонько вошла в палату и села на стул рядом с его кроватью. Она долго молчала, пристально глядя на него.

— Зачем ты пришла? — наконец, хрипло спросил Джафар, не поворачиваясь к ней.

— Я пришла к тебе, — тихо ответила Самира, в ее голосе звучало столько нежности и любви, что сердце Джафара болезненно сжалось.

— Пришла посмеяться надо мной? — язвительно бросил он. — Посмотреть, до чего я докатился? Увидеть, как рухнул карточный домик моего благополучия? Что ж, смейся, Самира. Ты это заслужила. Я теперь полный ноль. Никто! У меня ничего не осталось.

Он не сдержался и повернулся к ней лицом. В его глазах плескались боль, отчаяние и стыд. Он не мог поверить, что эта прекрасная женщина все еще находится рядом с ним, после всего, что произошло.

Хасан Абубокаров, этот проклятый дьявол, забрал у него все. И Джафар не понимал, почему она до сих пор не ушла от него.

Когда настанет время выписки, ему будет некуда идти. Где он будет жить? Что он будет есть? Как он сможет обеспечить Самиру?

— Я пришла забрать тебя домой! — твердо произнесла Самира, глядя ему прямо в глаза.

— У меня нет дома, Самира, — прошептал Джафар, отворачиваясь от нее. Его голос дрожал от унижения и безысходности. — Я продал все, до последней нитки. Мне некуда тебя привести. Я не хочу, чтобы ты жила в нищете. Иди к своим братьям. Они позаботятся о тебе. Я… я не достоин такой жены, как ты. Ты заслуживаешь лучшего.

Самира придвинулась к нему и нежно пригладила его по голове. Джафар дернулся, словно от удара, но все же не удержался и поймал ее ладонь, легонько сжав ее в своей. Он боялся прикоснуться к ней, боялся осквернить ее своим прикосновением.

— Ты не любишь меня? — тихо спросила Самира, глядя ему прямо в глаза.

— При чем тут это? — вспыхнул Джафар. — Люблю ли я тебя? Ты же знаешь, что ты для меня весь мир. Но что я за мужчина, если не могу содержать семью? Что я за муж, если не могу защитить тебя? Я ничтожество, Самира. И ты должна уйти от меня, пока не стало слишком поздно.

— Ну, с этим ты справишься, Джафар, — улыбнулась Самира, глядя на него с любовью и верой. — Ты сильный и умный человек. Ты обязательно найдешь выход из этой ситуации. Тем более… тем более у нас скоро должен будет родиться малыш.

Джафар дернулся, словно от удара током. Его глаза расширились от изумления.

— Что? Какой малыш? — запинаясь, спросил он. — Когда? Ты уверена?

Самира кивнула и улыбнулась, положив его ладонь себе на живот.

— Да, Джафар. Я беременна. Я узнала об этом совсем недавно. Это наш ребенок. Твой и мой.

Джафар не мог поверить своим ушам. Новость о ребенке стала для него настоящим чудом, лучом света в темном царстве. Он прижал ее ладонь к своему животу, чувствуя, как внутри него зарождается новая жизнь.

— Мне достался дом от бабушки, — продолжала Самира. — Это небольшой, старенький домик в пригороде. Но там есть все необходимое для жизни. Пока поживем там. А богатство… богатство дело наживное. Главное — желание и упорство. А этих качеств тебе не занимать, Джафар. Я верю в тебя. Я знаю, что ты справишься со всеми трудностями. Мы справимся вместе.

Джафар крепко прижал Самиру к себе, уткнувшись лицом в ее волосы. Его глаза наполнились слезами счастья. Он почувствовал, как к нему возвращается вера в себя, в свои силы. Он больше не чувствовал себя сломленным и униженным. Он знал, что у него есть ради чего жить, ради чего бороться. У него есть Самира, его любимая жена, и у него скоро будет ребенок.

— Аллах по истине щедр ко мне, — прошептал Джафар, нежно целуя ее волосы. — Я уж думал, что навсегда тебя потеряю. Я думал, что все кончено. Но ты вернула меня к жизни. Ты дала мне новый смысл. Я клянусь, Самира, я сделаю все, чтобы ты и наш ребенок были счастливы. Я сделаю все, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Я верну все, что потерял. Ради тебя, ради нашего малыша!

Самира долго уговаривала Джафара навестить его сестер в Германии. Поначалу Джафар упирался, как упрямый осел. Он не желал видеть Эдгара, человека, который однажды выкрал у него из-под носа невесту, а потом украл его родную сестру. Мужа Камиллы, Андрея, он тоже видеть не хотел, считая его частью чужой культуры.