Вечером позвонили в дверь. Открыл не спрашивая — за день иногда бывало до десяти таких звонков, не считая телефонных. Я перестал удивляться тому, откуда люди, часто иногородние, узнают мой адрес. Смотрю: молодая женщина с двенадцатого этажа. Симпатичная, жизнерадостная, всегда улыбается. Мы здоровались, но я не знал, кто она и как зовут. «Оказывается, вот вы какой! — протяжно произнесла она, чуть ли не нараспев. — Я совсем другим представляла вас, солидным, пожилым, в очках. Вижу почти каждый день, когда гуляете с внучкой. Думала, обычный пенсионер, бывший учитель. Два года искала вас. В Союзе писателей и в редакциях ваш адрес не дают, говорят, вы запретили. А мы, оказывается, в одном доме живём. Чудеса! Я хотела попросить, чтобы вы полечили моего отца. У него рак простаты. Меня Алисой зовут, я детский врач. Историю болезни сейчас принесу. Я быстро сбегаю. На лифте туда и обратно пять минут. Сейчас!» Я ни слова не успел сказать. А вскоре вчитывался в больничную выписку, с трудом разбирая корявый почерк врача. С самим больным поговорить не удалось, он с женой на всё лето уехал в деревню. Пришлось опираться только на скудные сведения из выписки.
«26.06.97. Г. Мансур, 1934 г. Бластома предстательной железы ст. 3, гр. 2. Железа умеренно увеличена, неоднородная, содержит плотные включения. (Аденокарцинома высокодифференцированная.) Функция почек не нарушена. 10.06.97 сделана двусторонняя орхидэктомия. Начал приём флуцинома по 250 мг х 3 (на 3 месяца). Постинфарктный кардиосклероз, хронический бронхит, пневмосклероз, гипертония».
Нелегко составлять лечебные комплексы для онкологических больных, обременённых целым букетом хронических, серьёзных сопутствующих заболеваний. Они сами требуют отдельного, длительного лечения.
Первый курс оказался в некоторой степени необычным. Его основу составили настойки, водный травяной настой оказался единственным. Выглядело это так. После пробуждения — настойка травы борца высокого по возрастающей капельной схеме, от одной до двадцати пяти капель. Через полчаса — чайная ложка водочной настойки почек осины в четверти стакана воды. До еды — обычный настой травы будры по трети стакана с добавлением одной чайной ложки сока будры в каждую порцию. После еды принять чайную ложку настойки свежих цветков боярышника в рюмке тёплой воды. В свободные промежутки между приёмами пищи, обязательно с получасовыми перерывами, не меньше, следуют чайная ложка настойки корней девясила и половина чайной ложки настойки травы грушанки. Всё это, кроме настойки борца, три раза в день. Незадолго до сна — чайная ложка настойки шишек хмеля. (Все настойки растворять в таком количестве воды, пока не исчезнет запах и привкус спирта.) К осине я обратился потому, что без неё трудно себе представить лечение рака предстательной железы. Эта болезнь часто сопровождается хроническим воспалением мочевого пузыря, затруднённым, болезненным мочеиспусканием, и осина в одной связке с грушанкой постепенно избавит больного от такого лиха. Кроме того, она окажет большую услугу лёгким в сочетании с будрой и настойкой корня девясила (пневмосклероз). В свою очередь девясил, полезный при любом виде раковой опухоли, объединившись с настойкой цветков боярышника, приведет в норму артериальное давление (у больного гипертония). Надо только не забывать, что принимать боярышник нельзя натощак, лучше всего через полчаса-час после еды, иначе можно заполучить спазм сосудов. И запрещается после него пить холодную воду — разводить настойку рекомендуется в тёплой воде. Боярышник имеет прямое назначение и при заболеваниях сердца (постинфарктный кардиосклероз). Шишки хмеля я назначил не только от нервного переутомления и бессонницы. Попутно, обладая и противоопухолевой силой, они укрепляют сердечно-сосудистую систему, особенно при слабости миокарда, применяются при лёгочных заболеваниях, улучшают обмен веществ. Учёл я ещё одну немаловажную особенность шишек хмеля — они содержат около ста горьких веществ, из них самый главный — лупулин. В общей сумме они обладают эстрогенной, то есть гормональной активностью (это как хлеб насущный для человека, которому сделана орхидэктомия — удаление яичек). Таким образом, я взял под прицел почти весь организм больного.
Второй курс продолжил начатое лечение. После борца я ввёл сосновый мёд с цветками сосны, одну десертную ложку. До еды назначил настой цветков хмеля из расчёта одну чайную ложку на стакан кипятка, потомить на кипящей водяной бане пять минут, настоять один час, процедить. Принимать по четверти стакана три-четыре раза в день, добавляя в каждую порцию по сорок капель настойки зимолюбки. После еды — отвар коры лещины: одну столовую ложку на стакан кипятка, дать покипеть пять минут на слабом огне, два часа настоять, процедить. Пить по одной трети стакана вместе с чайной ложкой настойки цветов календулы три раза в день. Спустя полчаса с рюмкой тёплой воды принять чайную ложку боярышника. В промежутках между приёмами пищи — три раза в день по чайной ложке сока дурнишника, произвольно, и по глотку, до половины стакана, отвара корней копытня — в течение дня. На ночь перед сном — чайная ложка настойки синюхи (запаха валерианы, как предупредила Алиса, отец не выносил; с мелиссой тоже переусердствовал, выращивая её в саду, и пользовался длительно, без меры, поэтому сразу отказался от предложенного ему бальзама «Нежность»).
Контакта с Мансуром я не имел, не слышал голоса, даже его внешний облик не мог представить себе. В сущности, работал вслепую, опираясь только на скудные сведения из короткой больничной выписки. Даже с больными, живущими в далёких краях, я общался по телефону и ощущал непрерывное движение, как если б держал руку на пульсе, а тут я направлял свои усилия в глухую пустоту. Мне оставалось лишь напрягать воображение и нащупывать в непроглядной пелене тумана зыбкие ориентиры, не зная, что ожидает нас при очередном шаге вперёд, глубокий овраг, болото, дремучий лес или ровная дорога, ведущая нас к желанной цели. Алиса на все мои вопросы о самочувствии отца отвечала с милой улыбкой: «Нормально!» Когда я интересовался, как он переносит лекарства, ответ следовал такой же: «Нормально!»
Приходилось фантазировать дальше, гадая, какие растения окажутся предпочтительней для моего загадочного пациента. После орхидэктомии необходимы гормоны. Таблетки, назначенные ему на три месяца, закончились. Стало быть, им требуется замена. Природа предусмотрела для таких случаев ряд растений. В их число входит солодка голая, солодка уральская — одно из самых древних растительных лекарств, известное нам ещё из папируса Эберса. В античности поставляли грекам солодковый корень скифы, обменивая на золото, дорогие ткани, виноградное вино, оливковое масло. И в наши дни солодка применяется широко, даже от, казалось бы, неизлечимых болезней, например от болезни Аддисона. А в моём случае главным было то, что входящие в состав солодки глицирризиновая кислота и глицир-ризин, стимулируя деятельность коры надпочечников, дают возможность отменить гормональные препараты у гормонозависимого больного. Установлено, что алкалоиды, кумарины и ряд других биологически активных веществ проявляют противоопухолевую активность. Задерживают рост опухолей и алкалоиды лопуха. Вот и возьмём их за основу. Начиная третий курс, предложим одно из действенных лекарств для борьбы с раком предстательной железы. Столовую ложку измельчённых корней солодки надо залить 0,5 л воды, довести до кипения и на самом слабом огне дать слегка покипеть десять минут. Процедить после остывания. Принимать за полчаса до еды по две трети стакана отвара три раза в день, на протяжении трёх недель. Затем три недели пить точно такой же отвар из корня лопуха большого, так же из одной столовой ложки на 0,5 л воды, покипятив десять минут и принимая до еды по две трети стакана. И снова вернуться к солодке, чередуя с отваром корня лопуха. И так вести лечение попеременно до трёх раз. Это составит сразу три курса. Настойка борца на весь период останется, а от соснового мёда придётся отказаться. В одной солодке столько сладости, что через три месяца на сахар и мёд смотреть не захочется. Начиная очередной, третий курс, необходимо было дополнить его вспомогательными лекарствами. Солодка может повысить давление, её одну нельзя применять при сердечной недостаточности. Пришлось включить по чайной ложке настойки пустырника и — отдельно от нее — по чайной ложке настойки свежих цветков боярышника, три раза в день. Это в промежутках между приёмами пищи. Во время еды положено принимать настой травы астрагала шерстистоцветкового. Более подробно я расскажу о нём в главе «Растения для сердца», а здесь дам только рецепт: две чайные ложки травы залить стаканом кипятка, настоять два часа, процедить. Использовать в процессе еды или сразу после трапезы по трети стакана, три раза в день. Астрагал очень эффективен при сердечно-сосудистой недостаточности, дистрофии миокарда вплоть до порока сердца и надёжен при гипертонии. Он содержит в себе необходимый при раке уникальный комплекс селена и токоферолов. Через полчаса после еды принять, так же три раза в день, отвар корней таволги — лабазника вязолистного. При раке любых органов одну столовую ложку измельченных корней заливают стаканом кипятка, парят на водяной бане полчаса, процеживают в горячем виде минут через десять и пьют по трети стакана три раза в день. Солодка задерживает жидкость в организме, может вызвать отеки, и лабазник в данном случае не окажется лишним, так как он благотворно действует на почки и его специально назначают при отёках. Вместо синюхи я посоветовал вечером выпить стакан чая из душистой травы котовника кошачьего, заваривая две чайные ложки травы в стакане кипятка. В народной медицине его применяют при истощении, малокровии, для аппетита, а также при стенокардии, головных болях, спазмах желудка. В виде иллюстрации приведу в пример один забавный случай. В годы студенчества моя дочь отправилась в верховья реки Белой, в почти безлюдный горно-лесной край. Молодёжь сплавлялась на лодках по зажатой среди скал бурной речушке, проводя вечера у костра возле палаток. Пели песни, бренчали на гитаре, засиживаясь до глубокой ночи. Пили душистый чай, заваренный, как им казалось, речной мятой. Так было в первые два дня. И вдруг всё переменилось. После ужина, с аппетитом умяв подгоревшую на костре кашу и макароны с тушёнкой, у огня засиживались недолго, расползались по палаткам полусонные, уже без смеха и шуток, тотчас засыпали, вставали поздно, с ленцой. Причиной столь разительных перемен был чай с заваркой из котовника. Дочь почему-то приняла его за речную мяту, запах схожий. А от него и аппетит зверский, и сон богатырский. Когда я спросил у Алисы, понравился ли её отцу котовник, она весело засмеялась: «Очень. Спит от него, как сурок».
