У неё был жених, но свадьбу отложили из-за болезни отца. Зинаида заявила, что выйдет замуж только в том случае, если вылечит его. А если нет? Стало быть, и её дальнейшая судьба в какой-то степени зависела от меня?! Бог миловал. Весной 1998 года Зинаида приехала ко мне с мужем, пожаловалась, что в последнее время отец ослабел, потерял аппетит, перестал ходить на прогулки. Назначенные врачом таблетки и микстуры пьёт, но толку нет. Уж не вернулась ли к нему обратно прежняя страшная болезнь? Говорит, что пока никакой боли не испытывает, но бережёного бог бережёт. Попросила дать отцу лекарства для профилактики. Лечение повторили полностью.
Как чудо я расцениваю историю и с преподавательницей технологического института Верой Васильевной. В тетрадке короткая запись: «13 июня 2002 г. Бластома головки поджелудочной железы. Стадия 3, группа 2. Объёмное образование. Была механическая желтуха — сделали операцию. Удалили камешки из желчного пузыря, но сам пузырь сохранили. Была химия. На конец июня назначена ещё химиотерапия. Из сопутствующих заболеваний пиелонефрит, зоб». Лечение было длительным, комплексным, охватывающим весь организм. К середине 2003 года Вера Васильевна была признана здоровой. Однако в недрах лимфатической системы, по-видимому, затаились и тлели не уничтоженные до конца единичные раковые клетки. Они дали знать о себе в начале 2004 года. Я назначил ещё шесть курсов лечения. Достигнув кажущегося благополучия, решил не рисковать и в 2005 году повторил их. Окончательную точку поставил в июне 2006 года, проведя один закрепляющий курс. Профилактика никогда не помешает.
В моих тетрадках зафиксированы все подробности лечения Петра Ильича и Веры Васильевны, но, представив, сколько места займёт в книге полное описание нескольких десятков месячных курсов, в сущности однотипных, часто повторяющихся, пришёл в замешательство. И решил взять за основу один из более компактных, таких же успешных лечебных комплексов, которому вполне может довериться попавший в беду человек.
29 декабря 1999 года робко постучался в дверь нежданный гость, черноглазый паренёк Талгат из далёкой башкирской деревни. После затяжных буранов автобусы не ходили. Два дня добирался он до Уфы на попутных бульдозерах и скреперах, очищающих дорогу от сугробов, едва ли не половину пути прошёл пешком. «Отец сильно болеет, — сказал он, смущённо переминаясь с ноги на ногу. — Велел найти вас. В соседней деревне от ваших лекарств одна умиравшая женщина воскресла. Вот она и дала адрес. Отец сразу духом воспрянул, говорит: сам Аллах лицом ко мне повернулся. Сейчас ждёт меня. Лишь бы дождался, не помер. Совсем плохо ему. В больнице вот такую бумажку дали». Талгат протянул мне стандартную «похоронку» с короткой записью: «Сагит С., 43 г., плоскоклеточный рак поджелудочной железы с метастазами в печень. Выписывается на симптоматическое лечение по месту жительства». А по месту жительства деревенский фельдшер мог предложить из обезболивающих средств только анальгин, других лекарств не имелось.
Авран лекарственный
Адонис -горицвет весенний
Бадан толстолистный
Белозер болотный
Борец синий
Буквица лекарственная
Вероника длиннолистная
Володушка золотистая
Волчеягодник обыкновенный - волчник
Галeгa лекарственная -козлятник
Грушанка карпатская
Девясил британский
Донник белый
Дубровник обыкновенный
Живокость полевая
Золотарник обыкновенный -золотая розга
Золототысячник обыкновенный
Зопник клубненосный
Зюзник европейский
Ирис - касатик
Калужница болотная
Качим пучковатый
Кислица обыкновенная
Кипрей узколистный -иван-чай
Конский каштан
Коровяк медвежье ухо
Короставник лесной
Лабазник вязолистный
Пока Талгат отогревался на кухне и угощался предложенными моей гостеприимной женой пирогами, я обдумывал курс лечения его отцу. В голове сначала творился хаос, беспорядочно вспыхивали и тотчас гасли мысли, лихорадочно перебирая десятки разных вариантов, то принимая их, то отвергая — такое смятение я обычно испытывал в тех случаях, когда о больном почти не было никакой информации, кроме скупого указания на диагноз. Родственники больного, к сожалению, редко имели на руках развёрнутую историю его болезни с лабораторными анализами, описанием кардиограммы, компьютерной томографии. Вот и приходилось опираться на собственные умозаключения, интуицию. В моём представлении постепенно сложилась приблизительная картина общего состояния отца Талгата, резко похудевшего, ослабленного, испытывающего бесконечные сильные боли в животе и в печени, с мрачными мыслями о скорой смерти. На меня вдруг снизошло не просто спокойствие, а какое-то озарение, и я начал легко, будто под чью-то диктовку, составлять первые лечебные курсы. Вместо болиголова и настойки травы борца уверенно остановился на мухоморе. Считается, что он помогает при всех злокачественных опухолях благодаря антибиотическому красящему веществу мускафурину, но я пользовался им выборочно, считая его наиболее эффективным при раке желудка, поджелудочной железы, щитовидной железы, раке слюнной железы, опухолях мозга, лейкозах, особенно при наличии таких сопутствующих заболеваний, как сахарный диабет, стенокардия, астма, тяжёлый климакс, катаракта. Ко всему прочему красный мухомор обладает сильным тонизирующим и болеутоляющим действием. Знали об этом ещё в древние времена. В Южной Америке индейцы использовали его наркотические и опьяняющие свойства при ритуальных торжествах. Перед боем воины принимали изготовленные жрецами племени особые настойки и натирались мазями из шляпок мухомора, что у них дополнительно порождало необычайный прилив сил, отвагу, заглушало боль от полученных в бою ран.
Сагиту С. тоже требовалось восстановить угасающие жизненные силы, хотя бы в какой-то степени избавиться от постоянной изматывающей боли. Для начала назначил по пять капель настойки на рюмке воды утром, один раз в день. Через две недели добавил ещё по пять капель на вечерний приём. Капать из пипетки, не превышая назначенной дозы. Известно, что мухомор содержит ядовитые алкалоиды мускарин и мускаридин — они и приводят к сильнейшему отравлению, вызывая удушье, судороги, потерю сознания, хотя смертельные случаи отмечаются крайне редко. На лекарство используют только шляпки молоденьких ярко-красных грибов, украшенных белыми пятнышками, обычно без ножек. Их не моют, только очищают от налипших хвоинок или другого лесного мусора. Два дня держат в холоде — в погребе или в холодильнике. Для получения сока складывают свежие, сухие шляпки в стеклянную банку с герметичной крышкой, закапывают в землю, выбирая теневой участок, куда не падают лучи солнца, на глубину не меньше метра во избежание температурных колебаний. Через месяц банку достают, образовавшийся сок сливают в другую посуду, а слипшуюся бесформенную грибную массу выбрасывают. Возможно, кто-то и ей находит применение, но я отдавал предпочтение чистому соку. Его можно хранить годами, если слегка заспиртовать (в 350 мл сока влить 150 мл водки). Но чаще всего я готовил обычную настойку: половину банки заполнял охлаждёнными шляпками, покрошив их на мелкие кусочки, по горлышко заливал водкой и настаивал две недели.
