— Ну… помочь, — мнётся Балабанова. — Тебе же надо было отшить своего додика, а мне некогда. Могла бы и поблагодарить, подруга. Тебе, конечно же, хотелось, чтобы именно Глебушка помог, но он занят! Мной!

Интересно от такой наглости существует волшебная пилюля? Абсурд какой-то.

— Кать, я правда не хочу ссорится, но в последнее время ты очень странно себя ведешь. Не замечаешь? Дело даже не в том, что тебе нравится Глеб и ты почему-то ревнуешь меня к нему, а в остальных мелочах. Мы не один год знакомы, и я хорошо тебя знаю, и, если у тебя есть какие-то претензии ко мне — скажи прямо. Мы ведь подруги.

Вместо ответа она разворачивается к зеркалу и разглядывает свое отражение.

В голове яростно пульсирует непонимание происходящего и отрицание того, что после моей длинной отповеди Катя абсолютно спокойна и, кажется, не торопится отвечать хоть что-то…

Я тут высказываю ей свои переживания, а она тщательно губы красит? Что за параллельная вселенная?

— Да я не слепая, Миронова! Не слишком жирно тебе и хахаля Лондонского и Глеба? Не все, знаешь ли, золотой бумагой задницы подтирают, — несдержанно отвечает подруга.

Серьезно? Уж лучше бы молчала…

— С каких это пор моя туалетная бумага резко возросла в цене? — раздражаюсь я.

— Нет, ну надо же… Алён, ты реально не видишь, как он на тебя смотрит? — на мгновение голос Катюши дрожит и с лица слетает маска невозмутимости. — Короче, у тебя вон Славик и Додик есть. Вот с ними и мути, а Глеба мне оставь. Тем более, что у маменькиного сыночка оказывается нормальное имя.

Усилием воли я заставляю себя промолчать и оставить эти плевки без ответа.

Обожжется, перегорит и прибежит мириться, как миленькая. Если только мне это будет нужно к тому времени… я ведь тоже живой человек и такое отношение от лучшей подруги ничем не заслужила.

Злость и обида душат.

Я толкаю дверь на себя и выхожу в коридор, сталкиваясь с Викой.

— Бедовая моя! Так и знала, что ты по сортирам сикаешь, — громко кричит она. — Пойдем по писярику выпьем. Настюха с хорошими новостями.

Хорошие новости? Это то, что нужно сейчас.

Делаю пару глотков приторно-сладкого коктейля и морщусь от количества алкоголя в нем. С нами увязалась Катя (хотя я думала, что ей не хватит на это совести). Теперь мы вчетвером пьем в тишине. Вика только внешне кажется простой девчонкой, но соображалка и внутренняя чуйка работают безотказно — несмотря на то, что она застала нас вместе, при Кате ни словом не обмолвилась о помощи Влада.

— Зачетный цвет волос, кстати. Я сначала даже не узнала, а потом как узнала и подумала, что вчера перепила, — рявкает она в своей привычной манере и довольно ухмыляется.

— Спасибо!

Сама никак не нарадуюсь и хочу лично еще раз поблагодарить виновницу этой красоты. Оказывается, девушку-колориста зовут Марианна и она двоюродная сестра Викуши.

«И как я сразу не догадалась, услышав их врожденную семейную „вежливость“?» — отмечаю про себя с улыбкой.

Зато Владу общение с девушкой точно зашло, по крайней мере, он не отлипает от нее и даже пытается приударить. Как раз такой перчинки ему, судя по всему, и не хватало.

Я искренне порадуюсь, если из этого вечера выйдет что-то путное, и друг наконец остепенится, окунувшись в нормальные отношения.

— Алён, там твоя мама с какой-то неприятной теткой явно тебя ищут, — тихим шепотом, прерывает мои рассуждения голос Насти.

Неприятной теткой, конечно же, оказывается Павлина. Ну не могу же я спокойно отсидеть вечер без приключений… Не для того же мама меня рожала…

— Вы меня не видели!

Молниеносно приседаю и прячусь за платьями девчонок. К счастью, барная стойка высокая, а народ так и не уменьшается.

Выжидаю несколько секунд и решаю проползти немного вперед к скрытому углу стойки. Мне плевать что думают обо мне переглядывающиеся гости. Главное — личный комфорт. А общаться с подругой матери и знакомиться с непонятным левым чуваком в мои сегодняшние планы не входит.

Мама точно будет искать среди знакомых, поэтому темный угол рядом с большими фикусами, мне кажется идеальным местом для «отсидки».

Как ни в чем не бывало поднимаюсь на ноги и, убедившись в отсутствии «хвоста», сажусь на высокий барный стул.

— Эффектно, — раздается красивый мужской голос слева от меня.

— А то, — ухмыляюсь в ответ. — Я на шпионском задании. Нельзя чтобы враги обнаружили.

— Коллега значит? — заговорщическим тоном уточняет парень. — Я, в некотором роде, тоже не хочу быть обнаруженным.

— Даже так? Значит, у нас сбор спецагентов.

— За знакомство, агент Колючка? — незнакомец салютует мне бокалом с янтарной жидкостью.

Пожимаю плечами и разглядываю парня. Мне нечем с ним чокаться, разве что головой…

— Почему Колючка?

— Кажешься той, кто любит кусаться, — с улыбкой заключает он.

— А ты… м-м-м… агент Бибер! Больно слащавый, — поясняю на его вопросительный взгляд.

Брови моего собеседника удивленно взлетают вверх, но он только лишь хмыкает. Еще один красивый фитнес-хлебушек, правда мне с ним детей не крестить. Отсижусь немного и двинусь дальше прятаться.

Вообще, мы с Настей планировали побыть здесь только часик, но новый собеседник легко и непринужденно втягивает меня в разговор.

— Ты просто не представляешь имя того, с кем меня хотят познакомить! Если скажу, то сам предложишь мне политическое убежище, — спустя пятнадцать минут оживленной беседы, я вываливаю на «Бибера» свои злоключения.

— Заинтриговала. Удиви меня, — улыбается парень.

— До-о-ри-име-е-донт! — протяжно тяну я, как когда-то подкалывали девчонки.

Несколько секунд мой собеседник удивленно моргает, а затем начинает громко хохотать, привлекая к нам абсолютно ненужное внимание.

Набрасываюсь на смеющегося парня, призывая замолчать:

— Не для этого я здесь прячусь, чувак, — шиплю и закрываю его рот своими ладонями.

— Чувак? Тебе точно исполняется тридцать лет? — выбираясь из-под моей хватки, всё ещё веселится парень.

Разве я называла ему свой возраст? Блин, вот что стресс с людьми делает.

И в следующую секунду я панически наблюдаю, как ледокол по имени Янина Дзержинская топит в нашу сторону.

Ну капец…

— Бибер, подыграй мне, прошу! — выпаливаю резко и прижимаюсь губами к ничего не подозревающему парню.

Молюсь всем чертям и ангелам, чтобы незнакомец меня не оттолкнул с возмущениями. Второго позора за день я просто не переживу.

Однако меня ожидает сюрприз, когда мужские руки ложатся на талию и прижимают к горячему, вкусно пахнущему телу, а губы мужчины перехватывают инициативу.

Парень по-хозяйски проводит своим языком по моим губам, настойчиво прося впустить его внутрь, чтобы познакомиться с моим. И когда я, опешив, его впускаю, нагло углубляет поцелуй.

Целоваться мужчина умеет.

А-то, что передо мной молодой, пышущий тестостероном мужчина — это очевидно.

Давно меня не целовали с такой уверенной страстью.

По телу против воли проскальзывает волна возбуждения, и я провожу руками по его спине с перекатывающимися мышцами. Он не толстый, но и не худой. Тело у парня шикарное — мощный торс, к которому я плотно прижата грудью.

Незнакомец нежно обхватывает мой затылок, но в то же время держит достаточно крепко, словно боясь, что я сейчас испарюсь. Я позволяю нашему поцелую продлиться еще несколько бесконечно долгих секунд и провожу рукой по его груди.

Тонко намекаю, прося остановиться, но он не реагирует. Сильнее надавливает на мою шею и слегка прихватывает зубами нижнюю губу. Движение настолько мужское, что меня затапливает его энергетикой. Сказывается еще и длительное воздержание, но всё же держу себя в руках.

Я ощущаю, что пространство между нами резко наполняется посторонней энергией людей, и еще раз упираюсь ладонью в его грудную клетку, чувствуя под ней бешено стучащее сердце.