Больше всего Паша боялся за пирог. Всё-таки это его первый опыт чего-то сложного в кулинарном деле, что-то могло пойти не так. И пусть по внешнему виду готовое изделие оказалось достаточно близко к тому, что изображали картинки в интернете, содержание здесь куда важнее формы. Парень даже хотел съесть самый первый отрезанный Денисом кусок, но его опередила Катя. Долгих пару секунд Паша внутренне обмирал, готовясь, что ребёнок выплюнут пирог, но его ожидания не оправдались. Вернее, оправдались, но другие, те, которых ждал маленький Павлик внутри него — одобрения и восхищения.

— М-м-м, вкусноти-и-ища! — восторженно протянула Катя, — Так бы и съела весь.

— Ну хоть чаем-то запивай, — укоризненно покачала головой Жанна.

— Зачем, когда и так вкусно? — спросила девочка.

— А если подавишься? — посмотрел на неё Паша. — Как ты тогда сможешь съесть всю вкуснотищу.

Девочка сглотнула и потянулась за чашкой, мать с благодарностью посмотрела на парня.

Через двадцать минут чаепитие постепенно подходило к концу, но расходиться никто не собирался. Когда ещё в Петербурге выдастся такая серия из тёплых дней, что можно будет спокойно сидеть за столом и наслаждаться жизнью? Ни один петербуржец, хоть коренной, хоть не проживший здесь даже года, таких прогнозов делать не мог, уж слишком нестабильна в городе погода.

Постепенно, общая группа чаёвничающих разбилась на пары. Мужчины обсуждали будущий «памятник» кошке и котятам. Кирилл Дмитриевич рассказывал, и даже показывал, на рисунке, как он его видит. По его задумке, в центре должна быть кошка-мать, снизу к ней тянулись котята, а она обнимала их своим длинным хвостом. Именно деталь хвоста и обрабатывал Кирилл Дмитриевич, когда Паша предложил чай с пирогом. Денис полностью согласился с видом памятника, предложив ещё и мини-постамент, а также помощь с материалами. Кирилл Дмитриевич отказываться не стал и соглашался со всем, что говорил Денис.

Марина Сергеевна и Жанна, оказавшаяся по образованию ландшафтным дизайнером, а по профессии озеленителем крупного предприятия, разговаривали о будущем двора. Они явно нашли друг друга и планов на двоих составили столько… Марина Сергеевна рассказала, что шефство над двором ей досталось буквально этой весной. Её предшественница очень любила пустые газоны и на отчисляемые из фонда ТСЖ деньги нанимала косильщиков. С большим трудом, в том числе и силами Пашиной бабушки, удалось отстоять единственную сирень и немногочисленные кусты, которые всё-таки придётся вырубить, очень в плохом они состоянии. А уж про лавочки, клумбы и прочую «ересь» при Анастасии Валентиновне — именно так звали предшественницу — и вовсе говорить не следовало. На фоне второй половины двора, с детской площадкой, яблонями, вишней и цветами весь летний сезон, их половина проигрывала существенно.

— Так может сразу оставить здесь стол и пить чай каждый день? — вставила своё непосредственное детское слово Катя, строя очередную рожу Паше, который ответил ей тем же.

Ни девочка, ни, по сути, взрослый парень не поняли, в какой момент их затянула странная игра из жестов, переглядываний, подмигиваний и корч рож. Более того, по каким правилам ведётся эта игра они не смогли бы ответить ни под каким допросом. Да и не требовались им правила. Зачем, если и так играется хорошо?

— Катенька, пойми, в любой момент может пойти дождик и…

— Мы спрячемся под крышей, — как ни в чём не бывало, ответила дочь матери.

— Да где же мы возьмём-то её, доченька?

— Если изначально поставить беседку с крышей, то проблема решится сама собой, — рисуя пальцами какую-то странную фигуру, до конца непонятную даже для него самого, ответил Паша.

— Хоть один умный человек нашёлся, — вздохнула Катя и все рассмеялись, даже она сама.

— А что, вполне здравая идея с беседкой, — вклинился в разговор Денис. — Как раз на вот этом месте можно и поставить. Всё равно здесь уже третий год ничего не растёт, а дворник лишь пыль выметает.

— Сынок, но ты же как никто знаешь, как это дорого.

— Прекрасно знаю, мама. А ещё я знаю, что Анастасия Валентиновна оставила после себя немалое наследство, экономка хе…

— Не надо так о покойниках, сынок! — поспешила перебить Марина Сергеевна сына. — Не нам её судить.

— А вот не повторить её ошибок вполне нам, — встал на сторону Дениса Кирилл Дмитриевич. — Вариант с беседкой очень хороший, да и место на этом квадрате хватит для достаточно большой конструкции.

— А если кто-нибудь из зависти захочет её испортить? — спросила Жанна. — Все ведь старания пойдут прахом.

— Вот это уж точно не проблема, — сказал Паша. — Нанять юриста и грамотно оформить постройку не проблема, если не будет тёрок с ТСЖ.

— Не будет, — заверила Марина Сергеевна.

— Ну вот, а с тотальной помешанностью федеральных властей на безопасности с их камерами чуть ли на каждом метре высмотреть злоумышленника не составит больших проблем. И тогда ему и заплатить штраф придётся, и ремонтом беседки заняться. И это в лучшем для него случае.

— Пашенька, откуда ты всё это знаешь? — спросила Марина Сергеевна.

— С отцом, владельцем пусть небольшой, но всё же компании, и не такому научишься, — ответил парень, перемигиваясь с Катей. — У нас дома столько юридической литературы по всем шкафам напихано, что не прочитать чего-нибудь просто невозможно.

— Очень даже возможно, — парировала женщина. — Но где нам найти нормального юриста?

— У меня есть подруга, работает с жилищными вопросами, к тому же должна мне, — ответила Жанна.

— Тётя Изи? — спросила девочка у мамы.

— Да доченька, тётя Изи, — сказала та и пояснила остальным: — Её Изабелла зовут, но Беллой она быть категорически не хочет.

— Ну что, значит, решено, — сказал Денис, — будем ставить беседку. Со светом, отоплением, окнами, всё как положено.

— Как всё это сложно звучит… — покачала головой Марина Сергеевна.

— Ничего, мама, уж все вместе мы обязательно спра…

— Чего это вы тут расселись, как у тёщи на именинах? — раздался сзади ворчливый голос.

Все обернулись на звук. Там, метрах в десяти от стола, стояла женщина глубоко пенсионного возраста на вид, опираясь на палку. Никто не заметил, как она подошла, все были увлечены разговорами. Паша узнал старушку, именно она отгоняла от коробки собаку, которая на следующий день всё же сделала своё грязное дело.

— Сидят, будто так и надо, дел у них никаких нет, — продолжала ворчать старушка. — Инвалида с собой ещё потянули, как будто он имеет право на глаза нормальным людям показываться.

Веселье моментально выветрилось из каждого, сидящего за столом, будто его и не было никогда. Даже Катя помрачнела, прекратив игру. А Паша проникся к старушке неприязнью.

— А эти двое… Ну ладно пигалица, она не понимает ещё ничего, да и вырастет дура дурой, как мать её. Но верзила здоровенный, как маленький, строит из себя недоумка. Недоумок и есть. Нет бы на завод устроиться, работать как все, жениться, детей завести…

— Пить по вечерам, бить жену, третировать детей, — не сдержался Паша.

— Ты поговори мне ещё тут! — вскричала старуха.

Старушкой её назвать после такого парень даже мысленно не решался. Как есть первозданная фурия с характером гоблина.

— Ольга Дмитриевна, вы опять скандала хотите? — будто ни к кому не обращаясь, спросил Денис.

Старуха посмотрела на мужчину, в её глазах отчётливо проступил страх. Значит, решил Паша, между ними произошло что-то, отчего скандалистка боится Дениса.

— А ну, уступи место старшим, пигалица, — доковыляла до стола старуха и зло посмотрела на Катю.

Жанна моментально вскочила, забрала девочку, и они молча удалились в сторону своего подъезда.

— Вот и пиздуйте отсюда, вам здесь не рады, — закричала им вслед Ольга Дмитриевна. Паша аж поморщился от громкости практически рядом с правым ухом. — А ну угостите даму пирогом.

Никто не сдвинулся с места, кроме Кирилла Дмитриевича, который уехал к себе.

— Наконец-то эти доставщики научились нормальные пироги делать, — проворчала старуха. — Налей мне чаю, верзила.