— Значит, пришёл в себя, — вошла в комнату миловидная женщина лет тридцати в красном платье с вышитым синим языком пламени на груди. Дверь, как оказалось, располагалась прямо напротив больничного места Горпео.

— Где… я… — через силу выдавил игрок.

— Тебе сейчас нельзя разговаривать, ты очень плох, — сердито сказала женщина. Её лицо размывалось и парень не мог различить его черт. В отличии от знака Триумвирата. — Ложись спать, только четыре утра.

— Сколько? — чуть не подпрыгнул Горпео, но боль огненной волной пронеслась по телу и он снова закричал. Ему ничего не оставалось как снова перейти в горизонтальное положение.

— Без лишних движений, или я буду вынуждена применить магию, — не меняя тона, сказала женщина и сняла с пояса какую-то палку. Та засияла тусклым зелёным светом. — Выбирай, или ты засыпаешь сам, или ты засыпаешь, но тогда я решу, когда ты проснёшься снова.

— Я сам, — прохрипел игрок.

— Вот и молодец, — смягчившись, произнесла служительница Триумвирата. — Тебе надо спать, сон в твоей ситуации — лучшее лекарство.

Горпео хотел кивнуть, но тело отдавалось болью при малейшем движении, поэтому он просто закрыл глаза и активировал интерфейс. Тот, на удивление, не рябил, не смазывался и вообще никак не выдавал херовое состояние игрока. Парень нашёл меню выхода и активировал через него сон. Система сообщила, что место, где он хочет уснуть, относительно безопасное, но оставлять в нём свой игровой аватар больше пяти часов при этом не рекомендовала. А уже в следующую секунду крышка капсулы отъезжала в сторону.

— Мя-я-а-у, — раздалось сверху и на живот Паше приземлился котёнок.

— Герцог, прости, я не думал, что так получится, — покаялся парень. — Я правда хотел выйти ещё вчера, но эти гадкие волки…

— Мяу, — пискнул крин и сильнее прижался к Паше.

— Надо встать Герцог, — почесал за ушком котёнка парень. — Мне одеться не помешало бы, да и ты наверное, голодный.

— Мяу.

— Ладно, — вздохнул Паша, — только держись крепче, сейчас будет трясти.

Котёнок, на удивление, стойко перенёс все подъёмы и спуски и безропотно согласился опустился на кровать. Правда, забрал за это полчаса жизни отдельно взятого Павла играми и почесушками.

Парень и не протестовал. Несмотря на столь раннее время, спать не хотелось совсем. Можно было и про игру, а вернее, различные способы и методы прокачки, почитать, но котёнку он задолжал, а копить долги его пока ещё юная душа не привыкла.

Когда Герцогу надоели игры и он, свернувшись клубком, уснул, Паша отправился проверять, не случилось ли чего страшного в его отсутствие. В туалете нашёлся полный лоток, без каких-либо следов бесчинств по квартире. Хорошо, что он оставил дверь в царство белого друга открытой, кто знает что случилось бы, будь она закрытой. Убрав лоток, насыпав нового наполнителя и сделав свои дела, парень хотел было пойти на кухню — живот с самого момента выхода из игры настойчиво требовал опрокинуть в него хоть что-нибудь — но был остановлен звоном колокольчиков из комнаты. С таким звуком на телефон Паши приходят эсэмэски, вот только кому он мог понадобиться в такую рань?

Как можно быстрее добравшись до смартфона — иначе голосовой помощник начал бы озвучивать сообщение в слух, а будить Герцога не хотелось — парень недоумённо уставился на экран, который показывал четыре буквы: дядя.

«Племяш, тебе банки с лечо и яблочным вареньем не нужны? Галя затеяла ревизию закаток на этот год, а мы ещё предыдущее не съели оказывается. Только напиши быстрее, я сегодня в командировку уезжаю»

Дядя всегда любил писать много, отец написал бы гораздо ёмче. Только у него ещё сто раз всё уточнять бы пришлось, а парень этого не любил, он знал, что отец не любит много вопросов.

Подумав, Паша решил согласиться, на что через пять минут получил новую эсэмэску:

«Ты чего не спишь-то в такую рань?»

«Не спится»

«Ну ладно. Я тогда часам к одиннадцати подъеду. Нормально?»

«В самый раз»

Написав и отправив последнюю фразу, парень подумал, что ни фига это не в самый раз, к этому времени он планировал активно изучать новую локацию, в которой оказался. Вот только отказать дяде, который ещё и в командировку собирался, он не смог. И в очередной раз подумал над фразой Игоря Алексеевича, учителя обществознания. Как-то на уроке, сорвавшемся по причине выключения света и не возможности воспроизведения учебного фильма, он предложил порассуждать о том, чем взрослая жизнь отличается школьной. Паша особо не участвовал, пару раз ответил, когда его спросили, не более того, но под самый конец Игорь Алексеевич выдал ту самую фразу, которую парень запомнил: самое главное во взрослой жизни знать, кому и когда можно сказать нет. Одноклассники, конечно, тогда не согласились с этим, а Паша с каждым днём всё лучше понимал, что так оно и есть на самом деле. И прямо сейчас пытался доказать себе, что родственникам «нет» стоит говорить лишь в самых крайних случаях.

Влив в себя три кружки холодной воды прямо из-под крана и задумавшись о приобретении фильтра, парень достал из холодильника кашу для Герцога, предварительно переложенную в пластиковые контейнеры для удобства. Как бы эко-активисты не настаивали на полном отказе от всевозможного пластика, сделать это пока не удавалось. Да и не все были согласны с тотальным исчезновением пластмасс и полимеров.

Погрев немного каши в микроволновке буквально полминуты, так, чтобы она и холодной не стала, но и обжечься, особенно нежному кошачьему языку, было невозможно, Паша засобирался на традиционную уже пробежку. Сдаваться и бросать ставший ежедневным ритуал он не собирался.

Апатия никуда не делась, то здесь, то там пытаясь отвоевать обратно утерянные позиции. Вот и сейчас она приняла очередную попытку заставить парня остаться дома. Но Паша за ту неделю с небольшим, что жил в Питере, научился с этим справляться, главное делать всё быстро и не идти на контакт с шантажистом.

Двор встретил Пашу практически полной тишиной, не считая тихой музыки из окна второго этажа соседнего подъезда. Прислушавшись, парень на звук узнал французский, а лёгкая, не слишком грузящая мелодия подсказала ему, что это наверняка шансон. Правда, новый или старый он понять не смог, так как совсем не разбирался./

Природа, видимо решив, что петербуржцы уже достаточно настрадались и план на жаркие дни перевыполнен с лихвой, сегодня решила затянуть небо облаками. Света сквозь них просачивалось достаточно, лёгкий ветерок даровал прохладу — что ещё нужно для хорошей пробежки? Только музыки, решил Паша и включил свой самый любимый альбом. Лёгкий рок в сочетании с характерными нотами в голосе вокалиста, того самого Драгни, выветрили из головы парня все плохие мысли. Даже гопники не казались ему чем-то серьёзным, а если те попробуют оторвать его от любимой музыки… Но под аркой никого не оказалось и Паша, с шикарной улыбкой идиота., провёл шикарный час в парке, постепенно наполняющийся такими же любителями раннего бега, как и он сам.

Возвращение в квартиру прошло c оттенком «Герцог, ну мусор тебе зачем?» и последующей уборкой. Пришлось вынести тот самый злосчастный мусор, благо из подъезда выходить не надо, поимки котёнка, умудрившегося тайком выйти из квартиры и спуститься на первый этаж, личной встретиться с Романом Игоревичем, как выяснилось, большим не любителем домашних животных, о чём в лицо Паше и сказал речью минут на пять, не меньше, мыть Герцога, чему тот вообще не сопротивлялся и был даже рад, играя с водой, вытекающей из душа, и принять душ самому.

— Да уж, рыжая морда, не думал я, что ты настолько любопытный, что в мусоре копаться полезешь, — сообщил Паша Герцогу, выходя из ванной.

— Мяу, — раздалось в ответ с кухни.

— А как мне тебя ещё называть? — спросил парень, хотя и не был уверен, что котёнок имел ввиду это. — Ты вообще знаешь, как ведут себя Герцоги?

— Мяу.

— Ну значит пришло время заняться твоим образованием. Давай, доедай кашу и приходи, будем книжки читать.