— Не знаешь, — кивнул Сартур, — и не стараешься делать вид, что знаешь, как другие новородные. А оказались они там, потому что пришли из другого региона телепортом. А точка выхода случайного прыжка в Снежном кряже только одна.

— Случайного прыжка? — не понял Горпео.

— Как же тяжело с новичками, — пробормотал комендант. — Случайного значит с помощь свитка или мага-телепортатора, не через стационарные арки. Таких здесь шесть, но твоя троица предпочла ими не пользоваться.

— Понятно, — сказал парень, хотя понятного было мало.

— Скажи, а что ты вообще думаешь по этой ситуации? — спросил вдруг собеседник. — Ты ведь здесь человек новый, а свежий взгляд всегда важен. Это мы здесь давно живём и всё стало привычным.

И пусть говорил это комендант без какой-либо странной мимики и с нормальной интонацией, но Горпео показалось, что вопрос задан не просто так. И не ответить ведь нельзя, мало ли, какие последствия будут.

— Я сначала думал, что эта лавина из-за меня образовалась, — решил парень быть честным до конца, — но потом гном сказал, что в этом виновата магия, а при выходе из туннеля мы увидели тучу и он произнёс имя… эм-м-м… Ашвари. И добавил, что она младшая жена бога… э-э-э…

— Нуравагаша, — подсказал Сартур, — роксийского бага грома.

— Точно. А потом я увидел вашу деревню, засыпанную снегом, и… Постойте! — чуть ли не вскричал игрок. — Вы хотите сказать, что за вторым проходом тоже есть какая-то деревня?

— Есть, кивнул комендант. — Согласись, несложная логическая цепочка.

— Несложная, — кивнул Горпео. — Но, может быть, им тоже нужна помощь?

— Нужна, но они вызовут её сами. Их деревня намного крупнее нашей, и возможностей, соответственно, больше. Жатва редко уносила их жизни.

— Жатва! — воскликнул парень. — Хорн тоже говорил про жатву. Это ведь что-то нехорошее, верно?

— Верно, но с ней можно и нужно бороться. Ты, кажется, хотел помочь?

— Хотел. И хочу. Что надо делать?

— Для начала выбрать тебе дополнительное оружие. Первородный без дополнительного оружия слабее, чем с ним. У тебя основное-то какое?

— Штурмовая винтовка.

— Стандарт, — пробормотал комендант, вставая и показывая на дверь на левой стене. — Пойдём.

Не мешкая, Горпео поспешил за комендантом. Мало ли, какие таинственные коридоры скрывает за собой одна не очень-то и надёжная дверь, тем более не запертая. Некоторые игры, в основном хоррор направленности, целиком состояли из коридоров с дверьми, за которыми скрывалось самое разное, но по большей части жуткое и даже отвратительное. За этой же дверью ничего, мало-мальски похожего на скример, не обнаружилась. Больше всего небольшая комнатка походила на очень бедную оружейную.

— Вот, выбирай, — показав на стену, произнёс Сартур. — Увы, ничего лучше нет.

Арсенал и впрямь показался игроку скудным: две винтовки, два дробовика, пистолет, револьвер, арбалет и лук. На последнем он и решил остановить свой выбор. Как никак, гораздо проще использовать то, с чем знаком, нежели пытаться вникнуть во что-то новое. При наличии альтернативы, естественно.

— Лук? — искренне, как показалось Горпео, удивился комендант. — Ты первый посланник, на моей памяти, кто выбирает лук. Даже арбалет брали охотнее.

— В жизни всё бывает в первый раз, — философски ответил парень. — А что это такое вообще, жатва? К сельхозработам она ведь никакого отношения не имеет?

— Не имеет, — кивнул комендант. — На этот счёт есть одна легенда. Когда-то давно, когда бог Нуравагаш ещё спокойно ходил по землям роксийцев и отвечал на их просьбы, в одной небольшой деревне жила девушка удивительной красоты по имени Ашвари. Однажды Нуравагаш прокладывал канал, соединяющий соседнюю деревню, по просьбе её жителей, с полноводной рекой что текла за высоким холмом. Колодцы той деревни опустели и поля, орошаемые водой из них, стали засыхать. Источник влаги был совсем рядом, но идти к нему, сначала поднимаясь на холм, а потом спускаясь с него, было тяжело даже для самых крепких мужчин, что уж говорить о женщинах, на которых была возложена обязанность по поливу. Бог проложил канал в обход холма и развёл его сетью по всем полям, но земли, на которых пасли коз жители деревни Ашвари, оказались затоплены. Тогда Ашвари, набравшись смелости, обратилась к Нуравагашу и попросила изменить течение канала. Тот, едва взглянув на девушку, был побеждён её красотой и тут же исполнил просьбу. Но на этом Нуравагаш не остановился и решил взять Ашвари в жёны. Тут же всполошились уже имеющиеся у бога три жены, ведь Ашвари красивее их всех и они боялись, что он станет уделять им меньше внимания. Но Ашвари на предложение Нуравагаша ответила отказом. Два года бог ухаживал за девушкой, даря подарки и ей и её деревне. В конце концов, девушка, покорённая поступками Нуравагаша, уже была готова ответить согласием. Она рассказала об этом своим сёстрам и те испугались, что им, а также другим жителям деревни, снова придётся работать, ведь бог вполне мог отобрать свои подарки. Испугались этого и жители соседней деревни, той самой, куда Нуравагаш прокладывал канал, которые тоже не были обделены подарки, ведь там проживала семья матери Ашвари. Испугались и жёны. И тогда все они, независимо друг от друга, решили наложить на Ашвари заклинание, заставившее её забыть о своём согласии. И если одно заклинание сработало как надо, то от трёх Ашвари умерла. Нуравагаш, узнав, что её возлюбленной больше нет среди живых, превратил каждую из жён в гору, а у деревень отнял все дары и силой, полученной обратно, воскресил Ашвари. Вот только перестала Ашвари быть той красавицей, что полюбил Нуравагаш. Он взял её в жёны, но сделал только младшей. А Ашвари, в попытках вернуть былую красоту, с тех пор посылает на эти деревни лавины и снегопады, устраивая Жатву Душ.

Поздравляем!

Вы выслушали награду народа ракси

Награда: + 0,5% к восполнению очков здоровья

— Так эти две деревни… эта деревня — одна из двух? — спустя пару минут, переварив услышанное, спросил Горпео.

За это время они вышли из оружейной в кабинете коменданта, что располагался на четвёртом, как оказалось, этаже, дошли до первого и остановились в холле возле двойных деревянных дверей входа.

— Да, — кивнул комендант. — А вторая через хребет отсюда, та самая, что за вторым засыпанным снегом туннелем. Ашвари специально запечатывает проходы, чтобы невозможно было добрать до деревень. Пробить их может только очень сильная магия.

Горпео вспомнил, как играючи Эмили смела снег из туннеля. И кровь, текущую из носа, тоже вспомнил, но всё равно, противостоять жене бога, пусть и заочно, и выйти победителем это ж какой силой надо обладать…

— Так, нам направо, — вывел его комендант из задумчивости. — Раз ты так сильно помогать рвался, мы тебе это устроим. Но сперва приоденем тебя.

— Приоденем? Зачем? —спросил игрок, следуя за собеседником.

— Во-первых, потому что на улице холодно, а на тебе форма для тёплой погоды, — усмехнулся Сартур. — а во-вторых, потому что даже она рваная и грязная.

Горпео осмотрел себя, насколько смог. Да уж, одежда и вправду оставляла желать лучшего. Местами рваная, местами в грязи — всё как и сказал комендант. И где ему взять другую?

— Если у вас есть нитка с иголкой, я могу зашить все дыры, — предложил игрок.

— Да? Ну значит зашьёшь. А если у нас есть вода и мыло, ты её ещё и постираешь? — обернувшись, спросил комендант.

— Могу и постирать, — ответил Горпео. — Не в грязной же ходить.

— Значит, постираешь. Только предварительно помоешься сам.

Они подошли к двери, из-под которой валил пар, быстро рассеиваясь. На табличке значилось ёмкое «Прачечная». За дверью что-либо разглядеть было сложно, всё терялось в густом пару, но комендант спокойно прошёл вглубь помещения.

— Пригнись, — скомандовал он и Горпео послушно опустил голову.

Но это всё равно не спасло его от удара лбом о что- то металлическое. Раздался характерный звон.

— Да, надо было сказать присядь, — не сдерживая смех, пробулькал Сартур. — Поздравляю ты прошёл обряд инициации.