Она отвернулась. Резко, всем корпусом, уставившись в темноту. Я увидел, как ее плечи поднялись и сжались, как она опустила голову, пряча лицо.

— Спасибо, — прошептала она. Слово вышло сдавленным комком, словно ей пришлось протолкнуть его через гортань. — Я не… Ты не представляешь, что это…

Она замолчала. Плечи начали мелко вздрагивать.

Я не стал ее утешать. Не стал класть руку на плечо и говорить, что все будет хорошо, не стал лезть в душу с вопросами или сочувствием. Не потому, что мне было все равно. А потому что есть моменты, когда чужое присутствие — это помеха, а не опора. Маше сейчас нужна была не моя поддержка. Ей нужен был воздух. Пространство. Право плакать без оглядки на чужую реакцию.

Я медленно поднялся на ноги.

— Береги его, — негромко произнес я.

И ушел.

Вернувшись на свое место у поваленного ствола, я сел, привалившись спиной к шершавой коре. Проверил автомат: магазин, затвор, предохранитель. Механические действия, не требующие напряжения мысли, но при этом позволяющие рукам быть занятыми, а голове — свободной от лишнего неподъемного груза.

Ночной лес жил своей жизнью. Шуршал, потрескивал, вздыхал. Где-то высоко, над пологом крон, прошелестело что-то крупное, рассекающее воздух огромными взмахами гигантских крыльев. Один из волков на внешнем периметре поднял голову и повел ухом, но тут же успокоился. Не угроза. Просто очередной монстр возвращался в логово после сытного перекуса.

Зэн-фон аномалии ощущался постоянным давлением на подкорку, словно тихий, басовитый гул работающего где-то неподалеку трансформатора. К нему привыкаешь, перестаешь замечать, но стоит обратить внимание, и он тут как тут, надоедливый и неотступный, как шум крови в ушах.

Я посмотрел на браслет. Фолд тускло поблескивал на запястье — ни светодиодов, ни индикаторов, ни единого намека на ту технологию, что скрывалась внутри. Просто полоска темного сплава, теплая, как кожа.

— Текущее содержимое хранилища: сорок три позиции, — тут же деловито вставила Майя. — Общий используемый объем: одна целая семь десятых кубического метра из двадцати семи доступных. Заполнение: шесть и три десятых процента. У тебя огромный запас свободного места, Аид.

Я мысленно пролистал каталог. Все на месте. Все рассортировано, подписано, разложено по категориям. Странное чувство — владеть пространством, которое не видишь, не можешь потрогать, но знаешь, что оно есть. Как дополнительный карман реальности, застегнутый на мысленную молнию.

Хороший артефакт. Очень хороший. Такие вещи не просто упрощают жизнь. Они смещают баланс. Дают преимущество, которое невозможно оценить в цифрах, потому что оно проявляется не в бою, а в сотне мелких решений, принятых на бегу: взять или бросить, нести или оставить, запасти или выбросить.

Теперь же ответ будет почти всегда один: взять.

Я перевел взгляд на Машу. Она все так же сидела спиной ко мне, и в темноте я видел только ее силуэт — сгорбленные плечи, склоненная голова, руки, прижатые к груди. Медальон. Ее пальцы наверняка все еще сжимали его: маленький, потертый, разряженный кусочек кристалла, который стоил для нее больше, чем все сто тысяч единиц зэн и десятки драгоценных камней артефакта Хилла.

Машины плечи все еще мелко вздрагивали. Неровно, с паузами. Так плачут люди, которые долго не позволяли себе плакать и наконец сломались. Тихо, сдавленно, стиснув зубы, чтобы другие не услышали.

Михаил наконец заметил, что с Машей что-то не так. Отложив оружие, он быстро подошел к ней. Потом, не разобравшись, бросил на меня гневный взгляд, присел рядом с Мари и, тепло обняв ее за плечи, прижал к себе. Рыдания вновь усилились.

Я отвернулся и устало прикрыл глаза. Не мое. Не сейчас. Завтра еще один тяжелый день. И хоть кто-то из нас должен быть в форме, чтобы его пережить.

Утро второго дня пути по аномальной зоне выдалось промозглым. Низкие облака, похожие на грязную вату, ползли над верхушками деревьев, и лес вокруг казался серым, придавленным к земле. Мы двигались на северо-восток, по скорректированному маршруту, огибая горную гряду по широкой дуге. Волки шли размеренной рысью, экономя силы. Снег задавал темп, и я чувствовал его спокойную, деловитую сосредоточенность. Рана на боку белого волка затянулась и уже начала покрываться новой шерстью.

Маша ехала на Тени и выглядела заметно лучше, чем вчера. Сон, пусть и тревожный, вернул ее лицу вполне здоровый румянец. Одной рукой она держалась за загривок волчицы, а второй рассеянно теребила амулет на шее. Складывалось такое ощущение, что Мари все еще не до конца поверила в его возвращение.

Михаил замыкал колонну верхом на Буром. За прошедшие сутки их отношения совершили удивительный скачок от вооруженного нейтралитета до чего-то, что я бы назвал робкой неафишируемой привязанностью. Дальнейший прогресс был налицо.

— Алекс, — голос Майи оторвал меня от задумчивого созерцания окрестностей, — фиксирую нарастание зэн-фона. Направление на два часа. Интенсивность значительно выше средних значений.

Я чуть натянул загривок Снега, сбрасывая скорость.

— Насколько выше?

— Текущий зэн-фон в зоне нашего движения: двести пятьдесят шесть единиц в час. В указанном направлении показатели растут экспоненциально. Предварительная оценка силы источника: свыше двух тысяч единиц. Возможно, больше.

Две тысячи единиц. Я мысленно прикинул. Пещера Колосса излучала около четырех тысяч в пиковых зонах, и мы собрали там хороший урожай кристаллов, а могли бы — в десятки раз больше. Если новый источник действительно такой мощный, да еще и не такой опасный… К последнему своему допущению я, конечно, отнесся весьма скептически, но…

— Майя, что это может быть?

— Единственное, что можно сказать наверняка, это крупное месторождение зэн-кристаллов. Рекомендую провести разведку. Ресурсная база команды остается сравнительно низкой для заявленных долгосрочных целей.

В этом Майя была права. Выручка от добытых кристаллов может быть весьма неплоха для краткосрочного выживания, но ничтожно мала для моих далеко идущих планов. Закупка в Камнегорске снаряжения, экипировки и припасов для всей группы, приобретение вменяемого транспорта для логистических целей, создание постоянной базы… Нам нужно было значительно больше.

Я поднял руку, останавливая колонну.

— Что за хрень, Карамазов? — Михаил подъехал на Буром, привычно положив руку на приклад автомата.

— Майя засекла мощный источник зэн-фона. Скорее всего, месторождение кристаллов. Примерно… — я глянул на внутренний интерфейс, — в двух километрах к северо-востоку.

Маша тут же напрочь забыла о своем амулете и подалась вперед. Ее глаза алчно блеснули:

— Насколько мощный?

— Относительно пещеры, он, конечно, вдвое слабее, — задумчиво ответил я. — Но, учитывая, сколько там было кристаллов…

Михаил выразительно посмотрел на меня. Его лицо, обветренное и покрытое двухдневной щетиной, приняло то самое выражение, которое я уже научился безошибочно читать: «Ты серьезно? После того, что было?»

— Пещера, — произнес он с расстановкой, — которая оказалась легкими спящей горы. Горы, которая чуть нас не расплющила. Мне напомнить, как мы оттуда выбирались?

— Не надо, — спокойно ответил я. — Здесь ситуация другая. Фон вдвое слабее, значит и опасности такой не должно быть. К тому же мы не полезем в очередную узкую дыру. Проведем предварительную разведку, оценим риски и только тогда примем решение.

— Примерно то же самое ты предлагал и в прошлый раз, — парировал Михаил. — Сейчас тоже планируешь один туда отправиться?

В чем-то он был, конечно, прав. Но, как по мне, других вариантов быстро поправить финансовое положение у нас не было.

— Маша, ты что скажешь?

Она на секунду прикрыла глаза. Я уже выучил этот жест. Мари прощупывала зэн-фон, используя свои природные способности, усиленные Системой.

— Чувствую, — медленно и отстраненно произнесла она, — что-то большое и живое… Но, не так, как в прошлый раз. Больше смахивает на… растение. Энергия течет ровно, циклически. Нет ощущения угрозы.